Магнус Чейз и боги Асгарда. Книга 1. Меч Лета - Рик Риордан

— Ты мой отец?

Галлюцинация удивлённо изогнула брови, затем закинула голову назад и громко рассмеялась.

— Ох, а ты мне нравишься! Нам с тобой будет очень весело. Нет, Магнус Чейз, я не твой отец, но я, определённо, на твоей стороне, - сказал он и провёл пальцем под логотипом Ред Сокс на вязаной кофте. - Вскоре ты познакомишься с моим сыном. А пока я дам тебе небольшой совет: внешность обманчива, как и побуждения твоих товарищей. А ещё... - тут он резко наклонился ко мне и схватил за запястье, - будь добр, передай от меня привет Всеотцу.

Я попытался вырваться. Хватка у него была железная. Сон снова изменился. Теперь я летел сквозь холодный серый туман.

— Прекрати сопротивляться! - произнёс женский голос.

Это была та самая девушка, которую я видел на мосту. Она мчалась по воздуху на своей облачной лошади, держа меня под боком, словно корзину с бельём. Её кольчуга поблёскивала в сероватом свете, а её пылающее копье взгромоздилось ей на спину.

Она усилила хватку.

— Хочешь упасть в Пропасть?

Девушка явно не шутила. Я посмотрел вниз: подо мной не было ничего, кроме необъятной пустоты. Нет, куда-куда, а туда я точно не стремился.

Я хотел было сказать что-либо в ответ, но не смог; вместо этого лишь слабо покачал головой.

— Тогда прекрати сопротивляться.

Из-под её шлема выбилось несколько прядей тёмных волос. Глаза у неё были цвета красного дерева.

— Не заставляй меня пожалеть об этом, - предупредила она. После этого я вырубился.

Очнувшись, я ахнул от неприятных ощущений: каждая мышца моего тела настороженно напряглась. Я присел и осмотрел свой живот, где по идее должна была находиться зияющая дыра вместо моих внутренностей. Однако я не обнаружил ни кусков асфальта, ни боли, ни своего странного меча. Даже мои вещи были в отличном состоянии - сухие, без каких-либо тлеющих дыр и оторванных рукавов. Признаться, моя одежда выглядела чересчур идеальной. Я носил её уже несколько недель — джинсы, несколько рубашек, одетых одна на другую, и пиджак - и ничто из этого не воняло. Казалось, их постирали, высушили и надели на меня, пока я был в отключке. Пугающе. Мои вещи пахли лимоном, что напомнило мне о старых добрых деньках, когда мама занималась стиркой. Даже кроссовки были как новенькие, такие же ослепительно белые как в тот день, когда я вытащил их из помойки за спортивным магазином.

Что ещё странно: я сам по себе был чистехонький. Слои въевшейся грязи на руках бесследно исчезли. Кожа была нежной и свежей, будто меня только что хорошенько отдраили мочалкой. Я запустил пальцы в волосы и не обнаружил там ни клоков, ни веток, ни мелкого мусора.

Я медленно поднялся. На мне не было ни царапинки. Я подпрыгнул, радуясь внезапному приливу энергии. Глубоко вдохнув, я почуял запах костра и приближающейся метели. Меня переполнило чувство облегчения. Каким-то образом я всё-таки выжил!

Вот только... это было невозможно. Куда меня вообще занесло?

Мне понадобилось несколько минут, чтобы прийти в себя. Я стоял у входа во внутренний дворик шикарного восьмиэтажного особняка из белого камня и серого мрамора. Двойные парадные двери из тёмного крепкого дерева были оторочены металлом; по центру каждой двери располагалось по дверному молотку в виде волчьей головы.

Волки... этой детали было достаточно, чтобы я возненавидел это место.

Я обернулся в поисках внешних ворот. Вместо них я обнаружил бесконечную стену из белого камня. Нет парадных ворот? Серьёзно?

Стена закрывала мне обзор, но, вне всяких сомнений, я до сих пор находился в Бостоне. Несколько близстоящих зданий показались мне знакомыми. Где-то вдалеке в небо взмывала башня Даунтаун Кроссинг. Видимо, я был на Бэйкон-стрит, по ту сторону Общественного парка. Но как я здесь оказался?

В углу двора росла берёза с белоснежной корой. Я подумывал взобраться на неё и перелезть через стену, но до нижних веток было не дотянуться. Только потом я заметил, что дерево было полностью покрыто листвой, что весьма нетипично для древесных растений посреди зимы. К тому же, его листья отливали золотом, словно их покрыли высококачественной позолотой.

На стене рядом с деревом была прикреплена мемориальная доска. Сначала я не обратил на неё особого внимания, поскольку на половине зданий в Бостоне есть похожие таблички с историческими фактами. Сейчас же я решил присмотреться. Надпись была написана на двух языках. Одна - на скандинавском руническом письме, вторая - на английском:

ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В РОЩУ ГЛАСИРА!

ТОРГОВЫМ АГЕНТАМ И ПОСТОРОННИМ ЛИЦАМ ВХОД ВОСПРЕЩЁН

ОТЕЛЬНЫЙ СЕРВИС: ПОЖАЛУЙСТА, ВОСПОЛЬЗУЙТЕСЬ ВХОДОМ В НИФЛЬХЕЙМЕ

Лады... Мой ежедневный лимит странностей достиг критической точки. Пора было валить отсюда: перебраться через стену, узнать, что там случилось со Блитцем и Хартом, и, быть может, с дядей Рэндольфом - сегодня я добрый, - а затем, думаю, автостопом добраться до Гватемалы. Этот город меня доконал.

Внезапно двойные двери со скрипом отворились. Оттуда полился ослепляющий золотистый свет.

На веранде показался крепкий мужчина в одежде швейцара: цилиндр на голове, белые перчатки и тёмно-зелёный фрак с вышитыми буквами О.В. на отвороте. Однако он мало чем напоминал обычного портье - полное бородавок лицо, покрытое пеплом, длиннющая и неопрятная борода, глаза, налитые кровью, и двойной топор на плече. Его бейдж гласил: «ХУНДИНГ, САКСОНИЯ, ЦЕННЫЙ ЧЛЕН КОМАНДЫ С 749 О.Э».

— И-извините, - заикнулся я. - Наверное... Э-э, я не туда попал.

Мужчина нахмурился. Он подошёл поближе и понюхал меня. От него несло скипидаром и горящей плотью.

— Не туда попал? Это вряд ли. Тебе нужно на регистрацию.

—Э-э... что?

— Ты ведь мёртв, не так ли? - спросил бородач. - Следуй за мной. Я проведу тебя