Оруженосец - Артем Тихомиров

Правда, иные принцессы, герцогини или баронессы оказывались на поверку не столь целомудренными и желали отблагодарить Кая абсолютно недвусмысленным образом. И здесь от него требовалась куда большая выдержка, чтобы не поддаться соблазну, а он был велик, просто неописуемо велик…

Что делать бедному герою в такой ситуации? Так и помереть недолго.

Кай с неясной надеждой размышлял о своей идее насчет отпуска. Имеет он, в конце концов, право на отдых или нет? Можно было бы поехать (разумеется, инкогнито) по своим секретным местам и навестить старых зазнобушек, девиц не благородных, но чрезвычайно приветливых, умеющих ценить тайную дружбу с неким знатным господином не меньше денежек, которыми он одаривает их.

Бедный Карамболь даже не подозревал, какова секретная, скрытая даже от его пытливого взора сторона жизни Кая. В ней он мог позволить себе то, о чем не мог и помыслить, оставаясь Рыцарем Льва, пятым по счету героем в Большом Рейтинге Героев.

— Вы не передумаете насчет принцесс? — без особой надежды поинтересовался Карамболь.

— А? Нет, дружище, не передумаю… — ответил Кай. — Если честно, меня от них тошнит. Дай мне спасти какую-нибудь трудолюбивую крестьянку…

— Вы знаете, что это невозможно. В этом месяце вы уже исчерпали лимит благотворительных спасений, — ответил гном, вынув свою записную книжку. — Кстати, жители деревушки Верхние Коленки шлют вам большой привет.

— Ага.

Кай помнил, что работенка-то была, в общем, плевая: извести стаю злых козлоногов, которые вытаптывали кукурузные посевы. С ними могли бы вполне справиться и сами крестьяне, стоило только вооружиться вилами и косами да дубинками потяжелее. И все же, сделав доброе дело бесплатно (как в Старые Деньки), Рыцарь Льва чувствовал громадное удовлетворение.

— Что ж, — сказал Карамболь, аккуратно складывая портреты принцесс в стопочку. Их предстояло вернуть безутешным родственникам. — Поезжайте в отпуск. Думаю, недельки вам хватит. Я подготовлю для «Героических вестей» пресс-релиз. — Гном повернулся, уставившись на принца. — Ваше высочество?..

Кай не отвечал, потому что его внимание отвлекло что-то на улице.

Это что-то было не выше ста шестидесяти, каштанововолосое, с большими серыми глазами, полными испуга и надежды. Оно куталось в плащ, шарахаясь от чересчур энергичных прохожих, и напоминало трепетную лань, угодившую неожиданно для себя в темный лес, полный волков. Принц увидел этот чуть вздернутый носик и румяные щечки, и его сердце сделало попытку соскочить с положенного места. А после того, как взгляд Рыцаря Льва остановился на ее губах-вишенках, у героя и вовсе произошел инфаркт. Так, по крайней мере, самому ему показалось.

Карамболь поджал губы, подошел к подоконнику и выглянул из окна:

— Полагаю, вы увидели летающую корову, принц.

Кай молчал, впав в оцепенение.

Это был не сон, не мираж.

Она действительно стояла там, ожидая, что кто-нибудь поможет ей, прижмет к себе, шепнет на ушко что-нибудь успокоительное…

— Нет, летающей коровы нет, — констатировал Карамболь, к прискорбию Кая, не способный воспринимать красоту.

— Она…

— Что?

— Она, — повторил Кай. — Самая прекрасная дева из всех…

Карамболь опять уставился в окно, пытаясь разглядеть в движущейся толпе означенное чудо.

— Ничего не…

Гном закончить не успел. Кай, сбросив ступор, вылетел из кресла, точно снаряд из катапульты, и помчался на улицу.

Едва не вынеся на себе дверь вместе с косяком, принц очутился на крыльце. На миг он потерял девушку в толпе, но она была на месте. Кай возмутился. Как смеют эти мужланы толкать ее и относиться к бедняжке с таким пренебрежением! Негодяи! Рука Рыцаря Льва потянулась к поясу, но меча там не было. И хорошо: в ту минуту принц мог бы наделать глупостей.

И все же он решил не медлить и храбро бросился вперед, намереваясь вырвать прекрасную деву из толпы, где ее уже готовились затоптать громилы-тролли, которые группой в дюжину голов шли на обед.

Кай оказался возле девушки и, подхватив ее за локоть, быстро убрал с траектории тролльского движения. Она ахнула в испуге, побледнела и… Рефлексы у Кая были превосходными, к тому же привычка подхватывать (изящно) падающих в обморок красавиц отрабатывалась годами.

Принц не дал ей упасть. В тот же миг к ним подскочил Карамболь, ловко пролавировав в толпе верзил:

— Что случилось? Кто она?

— Не знаю, — ответил Кай. — Надо оказать ей помощь.

— Какую? — мгновенно поглупел агент, бросая взгляды по сторонам.

— Девушка без чувств, а тебя интересуют детали? — разозлился Рыцарь Льва. — А ну — в дом!

— Что вы, ваше вы… — Гнома толкнули, он сбился с мысли и некоторое время был занят тем, что пробирался обратно к крыльцу.

Зато принцу толпы зевак нисколько не мешали. Он подхватил девушку на руки и легким быстрым шагом достиг двери. Гном не отставал.

— Вы не можете! Ваша репутация! Вас тут все знают, и если увидят, что вы таскаете бесчувственных девиц к себе на квартиру, может быть скандал! В толпе могут быть репортеры.

— Наплевать! — бросил Кай через плечо.

— Вот опять это слово! Где вы его подцепили, ваше высочество? — воскликнул гном отчаянно.

Ему ничего не оставалось, кроме как проследовать за рыцарем в дом. Прежде чем закрыть дверь, Карамболь внимательно оглядел улицу на предмет слишком любопытных субъектов, проявляющих к происшествию нездоровый интерес. Таковых в Таратае было много. Те же репортеры местных газет — пронырливые типы, при одном взгляде на которых Карамболя кидало в дрожь. Не было места, куда они не готовы заглянуть в поисках пикантных подробностей, из которых можно потом состряпать сенсацию. Бульварная пресса. В отличие от солидной, себя уважающей, для нее не существовало рамок приличий.

По счастью, скользких типов поблизости не было. Улицу Героев заполняли в основном приезжие, не знакомые с принцем и по большей части никогда не слышавшие, что это за улица такая и чем она отличается от других.

Считая, что сегодня Каю дьявольски повезло, Карамболь закрыл входную дверь и опустил засов. Все еще уверенный, что принц совершает большую ошибку, гном помчался в гостиную. Девушка сидела в кресле, по-прежнему без сознания, а рыцарь стоял над ней и держал руку на ее шее.

— Что вы делаете? — у гнома глаза полезли на лоб.

— Пульс проверяю, — ответил Кай деловито, затем, по мнению агента, сделал неслыханное — отогнул большим пальцем одно веко незнакомки, потом другое. И сказал: — Угу.

Что это «угу» означало, Карамболь не понял. Его взгляд метнулся в сторону незанавешенного окна, а следом за взглядом в том же направлении метнулся и сам коротышка.

— Вы сошли с ума! А если кто увидит? Что вы делаете? — Карамболь выпалил это, побагровев до свекольного оттенка.