Ты студент, Гарри! - Сергей Вишневский

—Петр, ну хоть ты ему скажи,— вздохнула мать.

—Ну, так-то это твоя судьба, Гарри,— попытался придумать хоть что-то отчим.

—Ну, начнем с того, что если я от Моретти ничего не получу, то деньги на учебу у меня все равно будут. Я ничего не потеряю. А Абрамович согласился на символический рубль оплаты, если ничего не выгорит.

—А если выгорит, то сдерет три шкуры,— хмыкнул Петр.

—Ну, тут тоже верно,— кивнул парень.— Там в договоре процент зависит от суммы. Чем больше сумма, тем выше процент. Но ты недооцениваешь евреев, Петь. Поверь, я еще доволен конечной суммой останусь.

Гарри погладил живот и с сожалением взглянул на поднос свежей курочки.

—Прости мам, все же ты права. Если съем еще — точно лопну или буду мучиться животом.

—Я оставлю тебе на ужин,— тяжело вздохнула Лариса.

—Спасибо, мам,— встал из-за стола начинающий некромант.

Взяв телефон в руки, парень тут же умчался в коридор.

—За мной Боря приехал. Я убежал!

* * *

—Слушай, может вдвоем?— спросил Гарри и с опаской взглянул на дверь одиночной палаты, где находилась Екатерина.

—Ну уж нет,— хмыкнул Боря.— Достать за пару часов чистую машину через знакомых отца — запросто, но вот успокаивать Катьку — это уже без меня. Я тебя тут снаружи подожду.

Начинающий некромант вздохнул, перехватил поудобнее небольшую серую коробку и, осуждающе взглянув на друга, открыл дверь в палату. Зайдя в нее, он обнаружил насупившуюся подругу, хмуро смотрящую в окно, из которого солнечные лучики, пробивавшиеся через листву, словно издеваясь бегали по ее лицу.

—Кать,— осторожно произнес Гарри, прикрыв за собой дверь.— Привет.

Девушка хмуро взглянула на друга, тяжело вздохнула и снова уставилась в окно.

—Кать, я понимаю, что был не прав… Но другого выхода не было.

—Мог бы просто сказать раньше, придурок,— буркнула девушка.

—Если бы мы сказали раньше, то ты бы вообще завернула проект,— почесав голову, произнес Гарри и прошел в палату.

Отодвинув стул, он спокойно уселся в него.

—А лучше было бы договариваться за моей спиной?— спросила Катя и взглянула на друга.

—Ну, Наумова…

—Да причем тут она?— вздохнула Екатерина.— Вы… вы просто у меня за спиной договариваетесь, что-то решаете…

Девушка умолкла на пару секунд, после чего тихо произнесла:

—Друзья так не поступают.

Гарри, хотевший выдать оправдательную триаду, закрыл рот и тяжело вздохнул и остановил взгляд на кисти, от которой у девушки шла капельница.

—Прости,— произнес начинающий некромант.— Действительно херня вышла.

—Не херня, а некомпетентная ситуация… аристократ хренов…

Гарри улыбнулся.

—Мы тут, в общем, подумали,— Гарри взял коробку, что принес с собой и достал оттуда их бокал.

Голубое стекло с легким оранжевым свечением по контуру, а внутри светящаяся белым светом жидкость.

—Смотри, что получается, когда заканчиваем,— произнес Гарри и достал из кармана угольно черный камешек.

Бросив его по центру бокала, он с улыбкой уселся обратно и с улыбкой начал наблюдать за реакцией Кати, зачарованно уставившейся на происходящие метаморфозы.

Камешек, поначалу нырнувший в силу света, очень быстро всплыл и начал подниматься. Это сопровождалось выбросами струй черного дыма. Когда камешек поднялся до краев бокала струйки исчезли, а затем с краев бокала потек черный туман. Он облизывал поверхность бокала, спускался по ножке и стелился на пару сантиметров вокруг. Тут же, у самой поверхности он собирался и затягивался под ножку бокала, а затем черной жилкой поднимался внутри ножки и устремлялся сквозь свет к камню. Свет в бокале при этом начал сиять еще сильнее, но это сглаживалось за счет черного тумана.

Вид круговорота тьмы, заключенного в лабораторную посуду, созданную с таким трудом, зачаровал Катю, и она с десяток секунд просто пялилась на результат их работы.

—Красиво…— наконец прошептала она и повернулась на бок, чуть не забыв про капельницу.

—Мы с Борей тоже залипли,— кивнул начинающий некромант.— Дядя Женя вообще с полчаса пялился, как зачарованный. Предлагал выкупить за любые деньги. Мы решили, что… лучше отдадим тебе. Все таки это наш первый артефакт.

—Лабораторная посуда,— усмехнулась Катя.— Господи, как красиво…

Гарри кивнул и взглянул в окно.

—Ты как хоть? Не болит ничего?

—Нет. Мама поначалу чуть с ума не сошла. Успокоилась, когда врачи объяснили, что произошло.

—Я, кстати, думал, что такие выбросы бывают только у детей, в начале,— пробормотал Гарри.

—Обычно так и есть. А тут… что-то вроде эмоционального прорыва. Резерв сильно вырос.

—Угу. Мне кажется, что у меня тоже,— кивнул начинающий некромант.— Я тогда реально испугался, что ты меня убьешь.

—Я плохо помню то состояние,— призналась Катя.— Но то, что ты меня жутко взбесил, не забыла.

—Чего ты так взбесилась то?

—Я слышала, что ты Наумовой говорил,— грустно улыбнулась Екатерина.

—Ну, ты же понимаешь, что это была шутка?

—Даже если нет, то какая мне собственно разница? Кто я тебе? Подруга. Мы не встречаемся. Я тебе не жена. Я тебе никто, но у меня есть чувства…— Катя вздохнула и перевела взгляд с их недоартефакта на впавшего в ступор с одной приподнятой бровью парня.— Что ты так пялишься? Чувства как младшему брату, который связался с какой-то потаскухой, придурок! Ты вообще понимаешь, что ты ей не нужен? Ей нужны только дети или статус. Не Гарри Беленький, а забавный некромант.

—Ты вообще понимаешь, что сейчас растоптала мое чувство собственного достоинства?— буркнул, насупившись, Гарри.

—Гарри, давай говорить честно. Ты себя в зеркале видел?

—Видел,— тяжело вздохнул Гарри.— Не Ален Делон…

—Кто это?

—Не важно,— ворчливо отмахнулся начинающий некромант.— А что Боря?

—А Боре, если он продолжит пялится на чужие сиськи — я вообще отрежу его «достоинство».

—Ну, куда-то же ему надо пялится,— хмыкнул Гарри.— Мы по другому не можем. Знаешь, как иногда крыша едет? Хоть на луну по ночам вой.

—Ты сейчас мне предлагаешь вообще голой ходить, чтобы вы, два похотливых кобеля, перестали на всех заглядываться?!!

—Ну, эксперимент был бы довольно интересный, но боюсь тут уже мы начнем выкалывать глаза, чтобы на тебя никто не пялился… Ну, Боря бы точно начал.

—Беленький… ты неисправим.

—Я бы попросил! Мрак-Беленький!— поправив ворот рубашки, произнес Гарри и поднялся.