Ловец магических животных - Валентина Елисеева

— Словом, в маленьких птенцах особого толка нет, пух один, так тот гроши стоит. Они у тебя хоть светятся или совсем мелкие, магии набрать не успели? — зевнул Сет.

— Светятся будь здоров! — засуетился Хайдук и принёс из соседней комнаты клетку с пятью птенцами: желтовато-белыми комочками, размером с голубя. Комочки ярко горели огненными всполохами, словно на перьях зажигались и гасли фитильки десятков свечей.

— Тьфу, их ещё в два раза меньше, чем болтают, — поморщился Сет.

Из комочков высунулись красные клювики, над ними заморгали чёрные глазки-бусинки. Глазки перебежали с одного человека на другого и быстро захлопнулись.

— По золотому за штуку отдам, — постановил Хайдук.

— Ищи другого дурака, дружище, — фыркнул Сет. — С них всех перьев на один золотой не наберётся, за такую грабительскую цену они мне не сдались.

Птенцы ни с того ни с сего громко и жалобно распищались, и Хайдук с руганью накинул на клетку полотенце. Птенцы утихли, а Сет подумал и предложил два золотых за всех. В итоге сошлись на трёх, и один довольный ловец передал живой товар другому довольному ловцу.

— Поделись опытом, как ты огненных саламандр скрутить умудряешься? — попросил при расставании Хайдук. — Эти рептилии такие на ухо и нюх чуткие, что к ним никак не подобраться и ловушки они на раз распознают!

— Верно, по земле к этим огненным гадам подкрадываться бесполезно, — кивнул Сет, — но опытом поделюсь: их с воздуха отлично видно. Всего делов: резко спикировать из поднебесья и вцепиться в гребень на спине.

— Как же ты их ловишь с воздуха-то? — вытаращил глаза и раскрыл от изумления рот Хайдук.

— Предельно просто: хватаю за хребет дракона и велю ему тащить мне саламандру, — пожал плечами Сет и понёс домой укутанную полотенцем клетку.

— Пытать ящерицу и ощипывать фениксов сейчас будете? — спросили зеваки, готовые дежурить у дома знаменитого ловца сутки напролёт ради свежих жутких новостей.

— Обязательно, ждите криков.

…

Захлопнув за собой тяжёлую входную дверь, Сет прошагал в свой бывший приёмный кабинет и с грохотом поставил на стол тяжёлую клетку. Птенцы тихонько пискнули, но шевелиться боялись — после писка под полотенцем воцарилась мёртвая тишина. Сет сдёрнул покров и на него уставились пять пар глазок-бусинок. Глазки завращались, осматривая комнату и заглянувшего в неё Фредо: мальчишка при виде птенцов сурово свёл брови и погрозил им кулаком, после чего исчез, прикрыв за собой дверь. Птенцы втянули головы в плечи и быстро-быстро заморгали, жалобно взирая на ловца.

— Удивительно, что таким пустоголовым созданиям, как вы, хватило мозгов молчать в тряпочку и не демонстрировать свою разумность! — прорычал Сет, гневно сверкая синими глазами и отпирая клетку.

Птенцы с опаской вышли из своей тюрьмы и сгрудились на столе, прижимаясь друг к другу.

— М-мы помнили т-твои п-поучения, — сбивчиво прочирикал центральный птенец, бывший чуть крупнее собратьев по выводку.

— Если вы их помнили, то как угодили в клетку?! — гаркнул Сет.

— Родители улетели охотиться, мы остались, а в гнезде скучно, тесно, — наперебой распищались птенцы. — И он говорит… Нет, это ты сказал! Нет, не я, а ты первый предложил самим мошек половить! Нет, не я первый!

— Молчать! — скомандовал Сет и гомон смолк. Сет ткнул пальцем в самого крупного птенца и велел: — Ты рассказывай, как вы «сами мошек ловили».

— Возле гнезда мошек было мало, мы полетели, где просвет был: на открытых полянах бабочек много, а они вкуснее мошек. Поймали пару бабочек на одной полянке, полетели на другую…

— В сторону защитного полога летели? — ледяным тоном уточнил Сет, и птенцы вновь дружно втянули головы в плечи.

— Кто ж знал, что полог именно там? — рассудительно возразил главарь выводка. — И мы не собирались приближаться к границе, мы заметили мерцание полога издали и благоразумно повернули назад.

— И на какой стадии полёта истощилось ваше благоразумие?

— Оно не истощилось! — обиделся птенец. — Просто мы заметили на земле крошки — булочку рассыпанную, сладкую: сахаром и ванилью на всю поляну пахло. Кто ж знал, что это ловушка…

— А чуть-чуть подумать не судьба?! Например, задаться вопросом, откуда в лесу взялась сдобная булка?

— Думали, ты обронил — кто ещё мог бы за полог пробраться?

— Другой ловец, как оно и вышло в действительности! Поражаюсь, что вам хватило смекалки и выдержки не вступить с ним в переговоры!

— Пролетала такая мыслишка, но мы вспомнили твои советы и запреты, — вздохнули птенцы.

— Слава богу, хоть когда-то вы о них вспомнили!

— Кстати, а почему нельзя было поговорить с другим ловцом? — высунулся вперёд любопытный клювик самого мелкого птенца. — Пообщались бы, как умные существа с умным существом, он бы нас и выпустил. Если бы люди знали, что мы разумны как они, нас бы не убивали, так?

Печально усмехнувшись, Сет покачал головой:

— Ошибаешься. Солидарность к подобному себе у людей быстро сменяется соображением, что разумная тварь опасней неразумной, а её перья, скальп и кровь всё равно нужны человечеству. Никто и никогда не сомневался в разумности эльфов — однако это не спасло волшебный народ от истребления в людском сообществе века назад. «Прикинься глупым животным» — непреложное правило поведения магических существ среди людей! Родители толковали вам об этом с момента рождения, и счастье, что вы всё-таки последовали этому совету!

— Боимся представить, как сильно будут ругаться папа с мамой, — понурились птенцы.

— О, не напрягайте фантазию — вы узнаете это прямо сейчас, — коварно усмехнулся Сет.

Он распахнул дверь и впустил в комнату разъярённых фениксов, весь день просидевших на рынке в клетке, прислушиваясь к разговорам окружающих в попытке разузнать хоть что-то о своих пропавших детях. Смертельная тревога за детей сменилась у отца и матери яростной тягой к лучшему их обучению и воспитанию, которые предотвратили бы в будущем опасные эскапады детишек.

— Бить ребёнка — непедагогично! — испуганно запищали птенцы при виде перекошенных клювов любящих родителей.

— Предположу, педагогика вам сейчас не поможет, — хмыкнул Сет, уходя из кабинета. За его спиной верещали птенцы, гневно клекотали взрослые птицы, в воздухе заклубились пух и перья. Запахло палёным: ссоры фениксов без огня не бывает.

Выскочивший на улицу Фредо спешно закрыл ставни на окнах кабинета, отсекая красноречивые громкие звуки побоища от любопытствующих зевак.

— Идите, не мешайте работать, — буркнул мальчик ротозеям.

— Ишь, как орут, когда их ощипывают, — делились впечатлениями люди, расходясь по домам.