Ветер Севера в академии Морте - Диана Хант

– Адептка Севѐри, я правильно понял, вы дали имя высшей нечисти? – тоном, ничего хорошего мне не предвещающим, осведомился ректор.

– Ну уж нет. – Я твёрдо решила не сдаваться. Несмотря ни на что. – Он сам так представился. И на нём не написано, что он нечисть.

– Пых! – подтвердил мои слова снежный человечек.

– Когда напишут, поздно будет. – Задумчиво протянул сутулый, худой, как жердь маг в остроконечной шляпочке.

– Он не нападает… –– отмерла, наконец гнома и отрешённо пригладила бороду. –– Поразительно!..

– Пых. – С достоинством ответило ей существо и… поклонилось.

– Ого! Вы ему понравились! – воскликнула я. – Может, это даже какой-то ваш предок!

Гнома выпучилась на меня поверх круглой роговой оправы. Её розовые щёки в мгновение ока стали малиновыми. Судя по вытянувшимся лицам Магистров – я, кажется, что-то не то ляпнула.

– Или потомок. – Брякнула я в надежде спасти ситуацию.

Но увы. То, что мертво, умереть не может – это, кстати, у них у самих на дверях написано, не иначе как иномирской литературой на досуге балуются… Гнома лишь оскорбилась ещё сильнее.

– Возмутительно! Это совершенно никуда не годится! Какое сказочное хамство! – и тут она совершенно неожиданно для меня обернулась к ректору и взмахнула ручками: –– Вот оно! Пожалуйста! Влияние Тиму!

– Ну конечно, всем вам Петтери виноват! – весело подхватил кто-то из Комиссии. – А до него девчушка была голубой незабудкой! Незабудки драконами не становятся. И, кроме того…

И тут до меня дошло, что о моём посещении, назовём это так, комнаты Тиму Петтери здесь всем известно… Правда, сейчас это уже казалось наименьшим злом. Магистры ругались! И причиной их ссоры, ну или яблоком раздора выступала ваша покорная слуга. Они разделились на два лагеря, а то и на больше, припоминали друг другу какие-то разорённые пикси теплицы и вытоптанные кентаврами грядки… Поминали в сердцах расписанные похабщиной волшебдревья и наводнение неистоволунной ночью...

Что я могла? Лишь пытаться убедить всех успокоиться и покаянно признать во всеуслышанье, что Пых – мой собственный предок. Самый что ни на есть.

– Ну, хотите, буду звать его Дедушкой?..

– Да вы только посмотрите! – нервно застучал копытами кентавр, когда «Пых» не позволил никому из Магистров ко мне приблизиться.

– Вот именно! Она ещё издевается!

– Да не то, руова Тофара! Смотрите, он ведь почему-то встал на её защиту!.. Или мне кажется?

– Ой… – мгновение – и обида гномы сменилась изумлённым недоумением. – И в самом деле ведь защищает! Точно!

– Правда, защищает!

– Немыслимо!

– Вот уж точно… Это ни на что непохоже…

– Ну-ка, нейтири, продемонстрируйте-ка нам целесообразность позитивного протокола…

– Эм?.. Что?

– Иди сюда, девочка. И Дедушку своего, –– короткий смешок. – Тоже зови…

Далее последовала долгая муторная не то проверка, не то исследование и расспросы, расспросы, расспросы... Если вкратце – мне говорили, что скомандовать Пыху и всё никак не могли поверить в то, что он подчиняется. Беспрекословно.

Только я не командовала.

Я просила.

Усаживалась на корточки перед странным существом и приговаривала:

– Ну, пожалуйста, Дедушка Пых. Ну, ради меня, а? Ну или ради руовы Тофары, – это я приговаривала шёпотом. – Покажи ещё разочек, как вызываешь позёмку и крохотный снежный шторм?

И Пых показывал. Слал гноме воздушные поцелуи, чем заставлял её багроветь и трястись от злости ещё больше и… показывал. Ему нравилось, что я зову его Дедушкой. А что нравилось мне – так это то, что подробностей эпизода о нахождении моего тела в мужском кампусе не выспрашивали.

После долгих и откровенно провальных попыток загнать Пыха в стеклянную банку решено было оставить его при мне. Причём последнее веское «добро» дала именно руова Тофара Камнетёс. Оскорблённая нами с Дедушкой гнома.

– Нейтири каким-то образом умудрилась его подчинить. – Вздохнула она, ставя затейливую закорючку под общим решением. – Он не опасен. К тому же, кому как не мне знать каково светочу в тёмной академии…

А вот насчёт факультета Алхимии Иири, к сожалению, не ошибся.

– Ты сперва с общими дисциплинами освойся. – Приподняла изящную бровь русалка, наматывая голубой локон на пальчик и остальные Магистры поспешно закивали. – Специализация начинается не раньше Третьего уровня.

– Тогда прошу допуск в Малый Лабиринт. – Произнесла я волшебную фразу, которой научил Иизакки. – Для тренировок

– Напарника сменить хочешь? – хохотнул кентавр, подмигивая ректору. – Кто б сомневался.

Гер Петтери только вздохнул.

– Тиму, конечно, не самый коммуникабельный адепт, Туули, – проговорил он, оборачиваясь ко мне.

– Засранец он. – Подтвердил ещё один Магистр, ухмыляясь и ректор досадливо поморщился. – И всё же практиковаться тебе пока лучше с ним. Для развития дракона, опять же...

– Вы серьёзно? Ну куда ей в Лабиринт? – тут же возмутилась гнома. – Вы ещё на соревнования с этой нечистью её отправьте!

Однако «абонемент» в Малый Лабиринт мне всё же выдали. То есть ежесуточный пропуск.

– Начиная с завтрашнего дня. – Хмуро предупредила руова Камнетёс. – Хотя я бы и завтра тебя туда не пускала.

По пути в женский кампус Иири успел более-менее внятно объяснить, почему Морте так важно было меня заполучить.

Дело в том, что Ялохикаарме, Ледяные Драконы прежде жили здесь, во Фьордах. Так что природы магий Источника Морте и нашей с Ломтиком – родственные. То есть – теоретически – мы с малышом попали в нужное место!

Если б, конечно, не кое-какие брюнетистые мажоры и не продажные ректора, что, пользуясь служебным положением приобретают сыночкам магические кормушки...

Из дельного, но увы, нудного до оскомины на зубах рассказа Иири Иизакки сам собой напрашивался вывод: раз уж я так важна для тёмных, на меня так и так наложили бы лапу, но всё же было неприятно. Кому понравится, когда его используют вслепую?

Чтобы избавиться от неприятного осадка, я принялась расспрашивать о связи мага и соула. И узнала, что пока Ломтик маленький, мы оба нуждаемся в непрерывном, как можно более тесном контакте. Однако, чем старше будет становиться дракошка – тем дальше сможет отлетать, не прерывая нашей глубинной душевной связи.

– Именно душевной, не духовной. – Поправил меня Иизакки. – Как-никак душа у нас с соулами одна на двоих.

И он с нежностью почесал свою золотую ящерку за ушком.

Я прыснула: представилось вдруг, как Ломик размером с собаку с ещё не отросшими крылышками скачет рядом… А потом увиделось вдруг, как летает над головой кругами… Поделившись своими мыслями с Иири, я призналась, что до сих пор не верится, что всё это со мной. И что однажды Ломтик произойдёт из дракошки в Дракона. …