Последняя игра - Дэвид Эддингс

– Только если ты всерьез хочешь купить меня, –последовал ответ.

– Мы можем поговорить об этом после того, как я увижутвой танец, – сказал он.

– Можешь отбить такт? – спросила она.

– Могу.

– Прекрасно. – Ее руки коснулись цепочки у талии,и та зазвенела, расстегиваясь. Велла распахнула свой тяжелый халат, сняла его ивручила Тэшору.

Затем осторожно развязала веревку вокруг шеи и повязалаголову лентой красного шелка, чтобы поддержать копну блестящих, иссиня-черныхволос. Под красным фетровым халатом она носила тончайшее розоватое платье измаллорийского шелка, которое шуршало и плотно облегало ее тело. Платьеспускалось до середины икр, а на ногах у Веллы были мягкие кожаные ботинки. Изверхней части каждого ботинка торчала украшенная драгоценными камнями рукояткакинжала, а третий кинжал она носила на поясе у талии. Платье было с узкимворотничком, но руки оставались открытыми до плеч. На каждом запястье у Веллыбыло с полдюжины узких золотых браслетов. Она грациозно наклонилась иприкрепила к каждой лодыжке связку маленьких колокольчиков, затем поднялагладкие, округлые руки – так, что их кисти оказались на уровне лица.

– Вот такт, человек со шрамом, – сказала онатрапперу и стала хлопать в ладоши. – Попытайся поддерживать его.

Такт состоял из трех размеренных ударов, за которымиследовали четыре быстрых. Велла начала свой танец медленно, важно, с гордымвысокомерием. При движениях ее платье шуршало, а его подол взлетал вокруг ееполных икр.

Худой траппер подхватил такт, и его ладони громко хлопали втишине, которая наступила во время танца Веллы.

Гарион начал краснеть. Движения Веллы были нежными иплавными. Звон колокольчиков на ногах и браслетов на запястьях как бы дополнялхлопки траппера. Ее ступни, казалось, трепетали в сложном рисунке танца, а рукикрасиво извивались в воздухе. Но самое интересное происходило подбледно-розовым платьем. Гарион с трудом проглотил ком в горле и обнаружил, чтопочти перестал дышать.

Велла начала кружиться, и ее длинные черные волосыразвевались, будто повторяя переливы шелкового платья. Затем она замедлилатанец и снова вернулась к гордому, чувственному высокомерию, которое возбуждаловсех находившихся в комнате мужчин.

Когда же она остановилась и улыбнулась легкой, загадочнойулыбкой, они разразились возгласами одобрения.

– Ты очень хорошо танцуешь, – невозмутимо заметилтраппер со шрамом на щеке.

– Разумеется, – ответила она. – Я все делаюочень хорошо.

– Ты любишь кого-нибудь? – Вопрос был заданнапрямик.

– Ни один мужчина не завоевал еще моего сердца, –категорически заявила Велла. – Я не видела мужчины, который бы стоил меня.

– Все может измениться, – заметил траппер ипредложил:

– Одна золотая марка.

– Это несерьезно, – фыркнула она. – Пятьзолотых марок.

– Полторы, – раздалось в ответ.

– Это даже оскорбительно. – Велла подняла руки, илицо ее приняло трагическое выражение. – Четыре, и ни гроша меньше.

– Две золотые марки, – предложил траппер.

– Невероятно! – воскликнула она, простирая впередруки. – Почему ты просто не вырежешь мне сердце и не покончишь со всемэтим?! Три с половиной марки – на меньшее я не рассчитываю.

– Чтобы сэкономить время, почему бы не сказать просто –три? – твердо сказал траппер. – С тем, что эта сделка станетдолговременной, – добавил он, подумав.

– Долговременной? – Глаза Веллы расширились.

– Ты мне нравишься, – ответил он. – Ну, чтоты на это скажешь?

– Встань и дай мне посмотреть на тебя, – приказалаона.

Траппер медленно приподнялся со стула, на котором сидел.Высокий, жилистый, скуластое лицо иссечено старыми шрамами. В каждом движении –уверенность и сила. Велла поджала губы и внимательно посмотрела на него.

– А он неплох, – прошептала она Тэшору.

– Ты могла бы заполучить кое-что и похуже,Велла, – поощрительно ответил ее владелец.

– Я рассмотрю твое предложение о трех марках идолговременности сделки, – заявила Велла. – А имя у тебя есть?

– Текк, – с легким поклоном представился высокийтраппер.

– Ну что ж, Текк, – сказала ему Велла, –тогда не уходи. Я с Тэшором должна обговорить твое предложение. – Онавзглянула на него почти застенчиво.Думаю, что ты мне понравишься, –добавила она гораздо менее вызывающим тоном.

Затем взялась за ремешок, который все еще был обмотан вокругруки Тэшора, и вывела его из таверны, раз или два оглянувшись через плечо наузколицего Текка.

– Вот это женщина, – пробормотал с ноткойглубокого уважения в голосе Силк.

Гарион обнаружил, что снова в состоянии дышать, хотя уши егогорели.

– Что же они подразумевают под долговременностьюсделки? – тихо спросил он Силка.

– Текк предложил сделку, которая обычно кончается браком, –пояснил Силк.

Это сбило с толку Гариона.

– Я ничего не понимаю, – признался он.

– Если кто-нибудь просто владеет женщиной, –сказал ему Силк, – это не дает ему каких-либо особых прав на ее личность,и это обеспечивается кинжалами, которые она носит. Никто не приблизится кнедракской женщине, если ему не надоело жить. Решает она. Брак обычнозаключается после рождения у нее первого ребенка.

– Почему же тогда она так заинтересована в цене?

– Потому что получает половину, – пожал плечамиСилк.

– Она получает половину денег всякий раз, когда еепродают? – недоверчиво спросил Гарион.

– Конечно. Вряд ли было бы честно поступать иначе, нетак ли?

Слуга, который принес им еще три кружки эля, остановился истал разглядывать Силка.

– Что-нибудь не так, дружище? – спокойно спросилего Силк.

Слуга быстро опустил глаза.

– Извиняюсь, – пробурчал он. – Я толькоподумал… Вы напомнили мне кое-кого, вот и все. Теперь, разглядев вас получше, японял, что ошибся. – Он быстро поставил кружки, повернулся и ушел, не взявдаже монет, которые Силк положил на стол.