Белый дракон - Энн Маккефри

— Да, зачастую это приводит к лучшим результатам, — согласился Робинтон.

Лесса поднялась и с загадочной улыбкой направилась к лестнице.

Н'тон привез не только Никата, но и трех опытных горняков. Сразу за ним прибыл Ф'нор с Вансором, Бенелеком и двумя телгарскими подмастерьями; оба — весьма внушительной комплекции. Не дожидаясь Д'рама и Торика, весь отряд отправился через Промежуток на Плато и приземлился вблизи раскопа Никата. Яркий дневной свет позволил быстро раскрыть тайну этого кургана. По боковым стенам просторной комнаты маршировали животные — большие и маленькие, забавные и страшные, но все как один — неведомые Перну. В дальнем конце зала, на больших вертикальных планшетах, сплетались в прихотливый узор цифры и буквы. Робинтон удовлетворенно кивнул:

— Комната арфиста… Тут учили самых маленьких.

— Тогда где-то рядом должны находиться классы для старших, — решил Бенелек. — Возможно, мы найдем там что-нибудь поинтереснее… — он окликнул помощников и с сосредоточенным видом отправился к ближайшему кургану справа.

Подождав, пока юноша отойдет подальше, Лесса усмехнулась:

— Он так уверен, что его ждут Записи, полные звездной премудрости… Но с таким же успехом там могут оказаться игрушки для грудных младенцев.

— Бенелек — упорный парень, — заметил Ф'лар. Он поглядел на солнце и предложил: — Не пора ли раскопать мой курган?

Памятуя, что в предыдущих двух холдах вход располагался с торца кургана, они не стали расчищать крышу. Рамот'а и Мнемент' приступили к работе, и серо-черная земля полетела двумя потоками; вскоре показалась дверь — очень большая, в нее свободно прошел бы дракон средних размеров. Большую дверь полагалось откатывать в сторону по направляющим, но в ней с краю была проделана еще одна дверь — в человеческий рост. Эту, на петлях, удалось открыть, после чего Никат с Фандарелом обнаружили, что материал, из которого сделаны петли, совсем не похож на металл. Очарованные мастера приступили к изучению очередного чуда, и в этот момент прибыли Джексом с Рут'ом. Как только они приземлились на вершине кургана, в небе возникли еще три дракона.

— Д'рам, — сказала Лесса, — и два коричневых из Бендена, посланных нам в помощь.

— Пришлось повозиться с картой, — Джексом протянул арфисту свиток, поклонился бенденцам и бросил рассеянный взгляд на курган Никата. — Нашли что-нибудь интересное?

Робинтон аккуратно уложил в сумку драгоценную карту и покачал головой.

— Помещение, в котором обучали ребятишек… Там забавные картинки — взгляни, если хочешь.

Но Джексому явно было не до развлечений. В глазах его застыло напряжение, и арфист понял: что-то произошло.

— Могу ли я поговорить с тобой, мастер Робинтон? Если только… — юноша кивнул в сторону раскопанного кургана с таинственно зияющим проемом распахнутой двери.

— Нам все равно придется подождать, пока помещение не проветрится, — сказал Робинтон и, взяв юношу под руку, отвел в сторонку. — Ну, мой мальчик? Что случилось?

— Шарру не выпускают из Южного… Брат приставил к ней охрану… — голос Джексома был тих, и арфист про себя похвалил воспитанника — тот ничем не выдал владевшего им возбуждения.

— Ты в этом уверен? Откуда ты узнал? — спросил Робинтон, подняв глаза к небу и наблюдая за бронзовым Д'рама, заходившим на посадку.

— Шарра сама сказала Рут'у. Торик хочет выдать ее за одного из своих новых холдеров. Нас, наследников северных родов, он считает ничтожествами! — В глазах Джексома разгорался опасный блеск, и Робинтон впервые — и не без удовольствия — убедился, что юноша очень похож на своего отца, на Фэкса.

— Про некоторых наследников иначе и не скажешь, — с легкой насмешкой произнес он. — Ладно, — арфист покачал головой, заметив, что молодой лорд Руата не склонен к шуткам, — что ты задумал, Джексом?

— Я верну ее, — тихо и решительно произнес юноша, посмотрев на Рут'а. — Торик кое-чего не принял в расчет… Я не только наследник Руата; я также всадник!

— Прилетишь в Южный и увезешь ее? — Робинтон едва сдерживал улыбку, представив, какую балладу сложит Менолли о столь романтическом похищении. Воистину, дай событиям идти своим чередом — и получишь сказку!

— Почему бы и нет? — внезапно в глазах Джексома мелькнули озорные искорки. — Сомневаюсь, что Торик ожидает от меня решительных действий. По его мнению, я — ничтожный наследник ничтожного рода!

Арфист сжал плечо юноши — Торик со своей командой уже приземлился в распадке меж двух курганов. На ходу стягивая толстую куртку и шлем, южанин направился к предводителям Бендена; однако, едва поприветствовав их, резко повернул в сторону. Не оставалось сомнений, что его целью был Джексом.

— Мой мастер! — южанин приветствовал арфиста вежливым поклоном, но взгляд его буквально сверлил затылок Джексома. Со скучающим выражением на лице юноша изучал ближайший курган и, к восторгу Робинтона, даже не обернулся.

— А, холдер Торик, — он слегка склонил голову, бросив на гостя небрежный взгляд из-за плеча.

Глаза южанина сузились, однако придраться было не к чему: Конклав никогда не предлагал ему титула. Он с преувеличенной любезностью поклонился и протянул:

— А, лорд Джексом! — по его тону было ясно, кого он считает настоящим лордом.

Джексом медленно обернулся.

— Шарра сказала мне, что ты не одобряешь брачного союза с Руатом, — спокойно произнес он.

— Да, наследник, не одобряю! — Торик бросил взгляд на Робинтона и презрительно ухмыльнулся. — Она заслуживает большего, чем северный холд размером с обеденный стол!

— Я не ослышалась, Торик? — раздался за спиной южанина вкрадчивый голос Лессы. Она подошла к Джексому и встала рядом.

— Холдер Торик считает, что его сестра заслуживает большего, чем северный холд величиной со стол, — повторил Джексом, и в голосе его прозвучала скорее насмешка, чем обида.

Глаза Лессы гневно сверкнули, хотя на губах продолжала играть улыбка.

— Я не собирался оскорблять Руат, — поспешно сказал Торик.

— Разумеется… Это было бы весьма неблагоразумно с твоей стороны. Ведь ты знаешь, что я горжусь своим происхождением, — небрежно заметила Лесса.

Огромная фигура Торика словно съежилась под ее ледяным взглядом.

— Он ведь может и изменить свое мнение, — вмешался Робинтон, начиная мостить южанину дорогу для отступления. — Подумай сам, Торик! Этот союз, столь желанный для молодой пары, даст кое-что и тебе. Ты породнишься с одной из благороднейших семей Перна…

— И обретешь милость Бендена, — без обиняков закончила Лесса. На ее губах уже играла улыбка — столь обворожительная, что Робинтон содрогнулся, представив, до чего может довести Торика его упрямство.

Южанин стоял, потирая лоб; ухмылка на его лице заметно поблекла.