Дом Солнц - Аластер Рейнольдс

— Однозначно на Калгана это не указывает, — заметила Пижма.

— Но раз мы его уже подозреваем… — начал Чистец.

— Калгана нужно остановить, — перебил я.

Чистец прервал сообщение Аконита — к нему можно было вернуться после решения неотложнейшей из проблем. По тактическим прогнозам, в зону обстрела «Серебряных крыльев» Калган должен был попасть менее чем через пять минут.

— Сигнал он уже получил, — сказал Паслен. — Калган знает, что мы в курсе.

Чистец вновь открыл канал связи с «Полуночной королевой»:

— Калган… нам нужно поговорить. Если ты видел сообщение Аконита, то понимаешь, что у нас серьезный повод для беспокойства. Вероятно, наши опасения необоснованны — я хорошо знаю тебя и доверяю, — но отмахнуться от них я не могу. Не начинай атаку, вернись, и тему мы закроем.

— Если вернется, Калган невиновен, — сказал я. — Только, по-моему, у него таких намерений нет.

Горчица смотрел на меня так, словно я знал ответы на все вопросы:

— Думаешь, он служит людям-машинам?

— Нет, он же старается не пустить их к звездамбе.

— Так, получается, он за нас?

— Нет, пока жива Портулак.

Мы ждали ответа, но, как я и предполагал, напрасно. О чем Калгану было с нами беседовать? С позволения Линии он беспрепятственно попал туда, куда хотел. Недаром я усомнился в его отваге, когда он пожелал возглавить атаку на «Серебряные крылья». Хотя дело не в трусости, а в том, что я не знал его по-настоящему. Таился среди нас, а сам докладывал хозяевам из Дома Солнц — теперь я чувствовал, что Калган отважнее нас всех.

— Входящее сообщение, — неожиданно объявил Чистец.

— От Калгана?

— Нет, от Портулак.

Я приготовился рассказать ей о вероятных планах Калгана, хотя она вряд ли могла бы защититься.

— Лихнис, у меня есть новости, только… неважные. — Портулак вздохнула, и в ее голосе зазвучало напряжение. — Геспер поймал Каденцию, но особого повода для оптимизма нет, ведь «Серебряные крылья» до сих пор не в наших руках. Зато мы заглянули в ее мысли. Насчет звездамбы ты прав — роботы направляются именно туда. Одноразовый ключ спрятан на борту моего корабля. Где именно, я не представляю, только при другом раскладе Каскад и Каденция не захватили бы «Крылья». Лихнис, им известно о нас больше, чем нам самим. — Портулак запнулась, будто сбившись с мысли. Я чувствовал ее усталость — каждое слово стоило неимоверных усилий. — Звездамба не то, что мы думаем. Нет, собирали ее Горечавки, но не для того, чтобы законсервировать энергию умирающей звезды. В ней что-то другое, нам совершенно неизвестное. Или зарытое в наших воспоминаниях так глубоко, что мы сами не видим. Хотя не исключено, что у тебя получится лучше, чем у меня. Главное — там не застывшая сверхновая, а что-то хуже и страшнее.

Голова гудела, и я решил приостановить воспроизведение:

— Портулак, послушай, мы выяснили, что Калган — предатель. Он и засаду подстроил, и Минуарцию убил. Его атака будет куда мощнее нашей. Пусть Каскад учтет это, если подслушивает.

— С ума сошел? — шепотом спросил Лопух.

— Нет, не сошел, — ответил я, приостановив передачу сигнала. — Пусть лучше Каскад убьет Калгана, пока Портулак на борту.

— Но цель роботов…

— …волнует меня куда меньше, чем безопасность Портулак. — Я почувствовал, как краснею от напускной храбрости. — Я и Геспера хочу спасти, мы перед ним в долгу. Если кто не согласен, пристрелите меня сразу. До звездамбы лететь шестьдесят с лишним тысяч лет. Я не намерен ставить на Портулак крест с самого начала.

— Пусть Лихнис отправит свое сообщение, — проговорил Чистец.

— Добавить почти нечего, — продолжил я, стараясь говорить спокойно и уверенно. — Если Каскад управляет пушками «Серебряных крыльев», пусть стреляет по Калгану из всех. Это не значит, что, когда он уничтожит предателя, я не постараюсь убить его самого.

Я отослал свой сигнал и вернулся к сообщению Портулак.

— Вот что тебе нужно знать, — продолжила она. — Люди-машины — не первые носители искусственного интеллекта. Задолго до них существовала другая цивилизация. Назовем их Первыми Роботами, пока не выяснили, как называли себя они сами. Откуда взялись те роботы, не важно. Важно другое — ключевыми игроками на галактической арене они так и не стали. Первые Роботы погибли, пав жертвами искусственного вируса… — Чувствовалось, что Портулак опускает больше, чем говорит. — Так мне объяснил Геспер. Ему известно ровно столько, сколько Каденции, а она старательно прячет от него свои мысли.

Зачем она лжет? Понимает ведь, что я чувствую фальшь. Потому что Каскад наверняка подслушивает?

«Читай между строк», — велел голос Портулак.

— Первые Роботы вымерли, но не все. Некоторые сорвались с места прежде, чем вирус распространился. Они заперты в звездамбе. Томятся там миллионы лет и ждут шанса выбраться. Пойми, Лихнис, вполне возможно, что они настроены против нас. Мы заперли их в звездамбу. Мы, Лихнис, мы, Горечавки. Для Каскада и Каденции Первые Роботы как исчезнувшие боги — такие же, как люди-машины, только быстрее, лучше, сильнее. За миллионы лет взаперти они еще усовершенствовались. Люди-машины хотят освободить Первых Роботов, чтобы те распространились по галактике и поработили человеческую метацивилизацию. В этом их цель, Лихнис, — в уничтожении человечества, а не местных цивилизаций. Роботам хватило ума понять: если не предпринять мер, чтобы уничтожить нас, рано или поздно мы уничтожим их.

— Может, пусть тогда Калган их одолеет? — спросил Щавель.

Мне бы возненавидеть его за гнусные слова, но злобы в них не было, только трезвая оценка ситуации. Самое ужасное, я уже не исключал, что он прав.