Гвардия Феникса - Стивен Браст

– Да, понимаю.

– И зная, что граф Шалтре...

– Которого вы убили.

– Да...

– Продолжайте.

– Отец выяснил, что Шалтре получил разрешение от ее величества Черовы создать армию наемников драконлордов...

– Ну и?

– Он договорился с некими вассалами о моей защите.

– Очень правильная идея.

– Вы так считаете?

– Я уже сказала это раньше и теперь повторяю: да, мой дорогой Айрич.

– Отец знал, что эти люди прекрасно подходят для выполнения такой задачи, потому что они отличались осмотрительностью, обладали чувством долга и не знали страха.

– Хороший выбор, как мне кажется.

– Они были дзурлордами.

– Продолжайте.

– Как, вы еще не поняли?

– Нет, мой добрый Айрич.

– Они были бароном и баронессой Даавия.

– Мои отец и мать?

– Совершенно верно.

– Но ведь их убили.

– Но вовсе не во время бегства с поля боя. Доставив меня в безопасное место, они позволили врагам себя убить, чтобы никто не узнал тайны.

– Так вы хотите сказать?..

– Да, именно поэтому они и обратились в бегство, когда враг напал на ваши владения. Они знали, что целью наемников было мое убийство, а они дали клятву меня спасти.

– Значит, их нельзя обвинить в трусости!

– Более того, моя добрая Тазендра, они самые настоящие герои, о чем я готов свидетельствовать перед вашим Домом. Они вовсе не бежали с поля битвы, а выполняли долг чести.

Глаза Тазендры засияли, точно огонь на вершине Горы Дзур.

– В том нет позора.

– Ни в малейшей степени, Тазендра.

– Ба. Называйте меня Даавия.

– Как пожелаете, баронесса.

– К вашим услугам, герцог.

– Рад за вас, баронесса, – сказал Кааврен.

– Благодарю, лейтенант.

Кааврен вздохнул.

– Кааврен, кажется, вы расстроены? – спросил Пэл.

– Я рад за Тазендру, о, простите, баронессу и за Айрича тоже, но все ж...

– Но что? – не утерпела Тазендра (мы, во всяком случае, будем по-прежнему называть ее именно так, чтобы не путать наших читателей).

– Не вызывает сомнений, что наши друзья покинут службу в Гвардии и мне будет их очень не хватать. А разве вы, Пэл, не будете без них скучать? Скажите откровенно.

– Конечно, Кааврен. Но все ж...

– Но что?

– Боюсь, я, как и Айрич с Тазендрой, не собираюсь продолжать службу.

– Неужели? – с удивлением и горечью воскликнул Кааврен. – И вы тоже?

– Я подал прошение его величеству, который заинтересовался моей особой, чтобы он разрешил мне стать учеником доверенного лица, герцога Уэллборна.

– О, из вас, мой друг, получится замечательный представитель этой удивительной профессии, однако...

– Да?

– Не знаю, есть ли мне смысл оставаться в Гвардии. Наверное, вы правы, Айрич, сказав, что она постепенно превращается в полицию. Впрочем, есть ли у меня выбор? Без вас, друзья мои, мне будет очень грустно.

– Ба, – возразил Пэл, – вы молоды, у вас еще будет множество друзей. Кроме того, хоть я и буду занят, но не покину двор, а значит, мы сможем время от времени встречаться.

Кааврен ничего не ответил, и несколько лиг они проехали в молчании. Наконец Кааврен заговорил:

– Что ж, так тому и быть. Вы покинете меня, чтобы следовать велению своей судьбы, и я желаю вам удачи. А у меня по крайней мере есть теперь чин лейтенанта, который позволит мне вести приличный образ жизни.

– Что вы имеете в виду? – спросила Тазендра.

– Я смогу оставить себе наш дом и буду продолжать в нем жить. А ваши комнаты сохраню в прежнем виде – на случай, если вы когда-нибудь пожелаете меня навестить.

– Отличная мысль, – ответили остальные.

– И кто знает, – сказал Кааврен, глядя на расстилающуюся перед ними дорогу так, словно он смотрел в будущее, – возможно, судьба еще соберет нас вместе. По причинам, о которых мы сейчас и не подозреваем.

– Кааврен, вы уже говорили, что иногда обладаете даром предвидения, – промолвил Айрич. – И в данном случае я уверен, так оно и будет. Более того...

– Более того?

– Как сказал однажды Пэл нашему капитану... – Ну?

– Мы ни о чем другом и не просим.