Элина и Орбус - Лера Зима

– Это еще не все, – прохрипела демоница и рассыпалась.

Снова соберется, – подумала я. Но нет, кости тоже стали прахом, который сдуло ветром, растворило в тишине, так же, как и песок, в который превратились призраки видения моих друзей в Паньей слободе. Что-то щелкнуло, и открылись обе двери.

На полу – мой кулон.

– Спасибо тебе, Валентин! – говорю я, поднимая кристалл с благодарностью.

* * *

Но на этом все не закончилось. Блик кристалла снова засверкал там, где только что изливала свой гнев демоница. Воздух засиял сизым свечением, и вверх поползли сгустки тумана.

О боже. Очередной раунд. Да она неуничтожима!

Там, где был пепел, стояла девушка. Ее каштановые волосы были уложены в аккуратную прическу, а сама она грустно улыбалась.

– Теперь я могу появиться. – Рядом со мной стояла Аллессандриния.

– Спасибо тебе! – говорю я. – А кто это рядом? Твоя сестра?

– Я Корана. – Ответила девушка, не дожидаясь моей покровительницы. – Богиня Дорского леса и ночной луны, что синевеет в ночной тишине.

– Она больше не враг, не стоит бояться, – заметив мою тревогу, проговорила Аллессандриния.

– Ой, простите, что убила вас.

– Не меня. А демоническое зло во мне, – рассмеялась Корана.

– Я не знала, что Вы, такая милая, точнее, можете ею быть, когда стреляла, – выговорила я.

– Нет, меня освободила не стрела. Меня пробудила твоя любовь. Твои чувства, а не жажда обладания. Спасибо, что сумела показать мне такое.

– И от меня тебе спасибо, Элина, – сказала Алессандриния.

– За что?

– За то, что помогла всем нам.

– А что будет с народом Безвременья?

– С ними все хорошо. И всегда будет так. И если надо, они придут к тебе на помощь, ведь твои предки, тоже оттуда, – сказала Корана.

– Кора, нам пора, Боги Небесных Созвездий ждут нас. – Позвала ее Аллессандриния.

– Вы уходите навсегда? Аллессандриния, я больше не смогу тебя звать?

– Не навсегда. Если, действительно, понадоблюсь, зови.

– И меня тоже, – улыбнулась Корана.

Обе засияли в белом ореоле, и яркие шарики, словно светлячки, закружили вокруг этих юных дев, унося в неведомые дали.

А дверь, за которую я боролась, теперь была открытой.

* * *

Иду по последнему коридору, с высоко поднятой головой. Кажется, я обрела новое умение, новый талант. Видимо, не без помощи того опыта, со штукатулкой. Теперь мне не нужны были инструменты. Я слышала все.

И то, что раньше казалось какофонией, приобрело иное звучание: в мое сознание проникали звуки Орбуса, и Луны, и Земли, и созвездий. Я вслушивалась в музыку сфер. Странное, непривычно земному уху звучание, в котором ноты перемежевались с непонятными переходами четвертью тонов. Я чувствовала пульс замка. И знала, он стучит в последний раз. Скоро дьявольский камень, сердце этого мира, что ядовитым оком повисло над землей, как проклятие, отравляя нашу жизнь, биться перестанет.

Отворяю последнюю дверь.

* * *

Передо мной предстал замысловатый оптический механизм. В окне виднелась Земля, многократно преломлялась в кристаллах.

Осмотрев многочисленные грани, я нашла нужный камень, самый крупный. На его поверхности отражалась моя родная планета. От металлической оправы его серебряные нити отходили тончайшей паутиной.

– Это тот самый камень, – произнесла я и вытащила из оправы.

* * *

Сердце билось. И музыка играла громче и громче. И воцарилась тишина. Мелодия затихла, сердце замерло. Кристалл разлетелся на осколки.

* * *

Теперь надо придумать, как же попасть домой.

Обратный путь преодолевать не хотелось. Долго. Муторно. И неразумно.

Да, в лесу оставался мой шалаш. Пожалуй, я бы хотела вновь вернуться в тот лес и переночевать в сложенном из веток убежище.

Может быть, вернусь туда в следующий раз? Переночую в своем лесном домике. Он оказался самым гостеприимным местом на этой планете. Кто лучше создает: я или Морринг? – развеселилась я от собственной мысли. Но если и так, то точно не в этот раз.

Я посмотрела на окно, на Землю, на комбинацию кристаллов, на постамент. Думаю, эта система может работать как телепортер.

Достала порошок Процуса и распылила в свете отраженной земли.

Что-то пошло не так. В воздухе почувствовалась наэлектризованность и запах гари. Я обессиленно свалилась на постамент и упала.

[1] Пс. 90:1