За короля и отечество - Линда Эванс

— Свяжите им руки покрепче, — произнес Анцелотис вслух. — Да не так, за спиной. Тащите их в крепость. Нам еще нужно как следует допро… — Он осекся, ибо вдруг заметил какое-то движение далеко внизу, на юго-востоке.

Далеко-далеко, за боевыми порядками Арториуса и его катафрактов, за обломками сгоревшего обоза, за бегущими в беспорядке остатками саксонской пехоты, равнина потемнела от живого ковра. От скачущей быстрым галопом конницы. Целой армии. Она неслась прямо к Кэр-Бадоникусу, и Анцелотис не имел ни малейшего представления о том, что это за армия. Следом за Анцелотисом и саксонские короли повернулись в ту сторону.

— Ваши подкрепления? — севшим от волнения голосом спросил Мелвас.

Король Эйлле в явном замешательстве покачал головой:

— Нет. Клянусь Вотаном, я бы не отказался сейчас от подкрепления, но это не мои. И не Седрика.

— Тогда чьи?.. — Анцелотис вдруг сообразил, кто это может быть. — Боже праведный! Отведите этих людей в крепость и как следует стерегите. Лучники, по коням, за мной!

Он пришпорил коня, послав его в галоп вниз по склону. Там, на равнине Солсбери, бегущая от Арториуса саксонская пехота заметалась. Передние ряды бегущих повернули обратно в сторону бриттов или пытались убежать в сторону, убраться с пути несущихся друг навстречу другу масс кавалерии.

Отчаянно погоняя лошадь, Стирлинг с Анцелотисом догнали Арториуса — тот удивленно натянул поводья, останавливая коня. Как раз в этот момент саксы, всего несколько минут назад бежавшие от бриттов, врезались в их ряды, моля о пощаде. Многие бросались ничком на землю, распластываясь в грязи перед белым жеребцом Арториуса.

— О Боже! — выдохнул Арториус, когда Анцелотис остановил коня рядом с ним.

Теперь они уже могли разглядеть флаги приближающейся армии. Анцелотис очень даже узнал эти флаги — равно как Арториус. Душа у Стирлинга ушла в пятки… да что там, не в пятки, а в грязь под конскими копытами, откуда пыталась уползти вместе с отчаявшимися саксами.

— Ирландцы!

Арториус уже открыл рот, чтобы скомандовать атаку, когда лавина ирландцев резко остановилась, не доезжая до них на расстояние брошенного дротика. На мучительно долгую минуту над полем боя и смерти воцарилась неестественная, оглушительная тишина. Потом от ирландцев отделилась небольшая группа всадников. Медленным шагом двинулись они навстречу Арториусу; кони приплясывали, остывая от долгой скачки, а над головой у всадников реяла полоса белой ткани. Их было пятеро — Стирлинг различил трех женщин и двух мужчин. Спустя минуту они подъехали достаточно близко, чтобы узнать лица.

— Моргана! — ахнул Арториус. Он пришпорил коня и поскакал вперед, жестом приказав катафрактам оставаться на месте. Анцелотис не отставал от него.

Они встретились на полпути между двумя армиями, а вокруг валялись в грязи в попытке избежать лишнего внимания сдавшиеся саксы. Лицо Морганы словно изваяли из гранита, так сильно оно побледнело и вытянулось от усталости и напряжения. Рядом с ней ехал Медройт. Анцелотис поразился выражению его глаз: они светились каким-то внутреннем огнем, которого он у него раньше не замечал. Второй мужчина носил принятые у ирландцев знаки королевской власти — почти такие же, как одна из двух оставшихся дам, девушка на вид даже младше Медройта. Отец и дочь, догадался Стирлинг, судя по чертам лица и гордой осанке. Третья женщина держалась чуть в стороне; судя по острому взгляду и неброским манерам, она занимала пост придворного советника.

— Приветствую тебя, брат, — негромко произнесла Моргана, сидевшая в седле неестественно прямо. — Я привела тебе новых союзников Британии. Король Даллан мак Далриада. — Она жестом представила короля Арториусу. — Риона Дамгнейт, друидесса его совета. Килин, дочь Даллана мак Далриады и жена Медройта, короля Гэлуиддела согласно моему надлежащим образом заверенному указу. Он сделал принцессу Далриады королевой Гэлуиддела, связав два наших народа воедино. Прежде чем ты скажешь что-либо, — остановила она готового уже возразить ей Арториуса, — знай, что саксы учинили в ирландских землях на нашем острове неслыханное зверство и попытались возложить вину за это на бриттов.

Лайлокен…

Стирлинг невольно задумался о том, где могут находиться этот ублюдок и его невидимый гость.

Моргана тем временем описывала уже известную им с Арториусом историю про отравленные колодцы Дунадда.

— Далриаданские ирландцы, — добавила она, — равно как их родня в Белфасте, ищут союза с силой, способной сбросить саксонских свиней в море. Даллан мак Далриада испрашивает у тебя чести присоединить его войско — не такое уж и маленькое войско — к нашему, дабы раз и навсегда избавить оба наших острова от угрозы саксонского разбоя. — Она говорила это с такой настойчивостью и уверенностью во взоре и голосе, что побледневший Арториус так и не нашелся что сказать ей. — И уж во всяком случае, это по меньшей мере обезопасит наши северные границы и значительную часть западного побережья.

Долгую минуту Арториус сидел, молча глядя на нее. Потом совладал с собой настолько, что обрел дар речи.

— Я не могу доверять ирландцам, Моргана.

— Братец, — мягко возразила она. — Они ведь и так уже дали нам самого ценного заложника из всех, что могли бы найти у себя: Килин, наследницу королевского рода клана Скотти, последнюю прямую наследницу по отцовской линии. Больше недели мы с Медройтом находились в полной их власти — они могли убить нас и напасть на Гэлуиддел, на Айнис-Меноу, на Стрэтклайд… да что там — на любое королевство Британии по своему выбору, пока все наши армии отражают угрозу с юга. Однако вместо этого они решили искать союзника для борьбы с общим врагом.

Анцелотис со Стирлингом, которым не терпелось узнать побольше о новых союзниках Морганы, вглядывались в лицо ирландского короля. Они увидели в нем гордость, силу, боль — но ни капли коварства. А Килин — Боже праведный, королева Гэлуиддела! — крепко держала Медройта за руку, и смотрел он на нее с такой нежностью, что все сомнения в душе Анцелотиса исчезли сами собой. Он повернулся к Арториусу.

— Подобный вопрос надо решать на совете королей и королев Британии, — негромко заметил он. — Лично я бы на твоем месте позволил ирландскому войску стать лагерем здесь, заперев саксов в долине между двумя нашими армиями, а короля Даллана и королеву Килин пригласил бы на переговоры в большую залу Кэр-Бадоникуса. Черт, как жаль, что Эмрис Мёрддин делся куда-то — нам бы очень пригодились его суждения.

— Куда-то делся? — резко переспросил Арториус.

Анцелотис рассказал все, что знал.

— Ох, не нравится мне все это, — буркнул дукс беллорум. — Очень не нравится.

Анцелотис так и не понял, что тот имел в виду: исчезновение Эмриса Мёрддина или своих новых родственников. А может, и то, и другое сразу.

— Ладно, давайте-ка соберем этих бедолаг. — Арториус махнул рукой в сторону валявшихся в грязи саксов. — А потом пойдем в этот ваш зал.