Нарцисс в цепях - Лорел Гамильтон

Я застыла, держа в ладонях лицо Натэниела, а он стоял междумоих ног на коленях, почти весь скрытый столом, подняв лицо навстречу моимпоцелуям. Понятно было, как это выглядело, и я не была уверена, найдется лиобъяснение, удовлетворяющее Ричарда. Насколько мне известно, Ричард еще не зналпро ardeur,и прямо сейчас мне как-то не хотелось ему рассказывать.

Я еще раз нежно поцеловала Натэниела и отодвинулась. Несобираюсь вести себя так, будто меня застигли за неблаговидным деянием, разничего такого нет. Натэниел понял намек и положил голову опять ко мне на колени— как я поняла, это значило, что от двери его не видно, стол закрывает.

Ричард ворвался в кухню как гневный вихрь, от клубящейся егосилы у меня кожу закололо. Он встал рядом со мной, глядя сверху вниз наНатэниела, припавшего щекой к моему бедру. Натэниел смотрел на него снизувверх.

У дверей в кухню стояли Джемиль и Шанг-Да. Отличныетелохранители, но от некоторых опасностей никакой телохранитель тебя неприкроет.

Я почувствовала, как у меня лицо становится нейтральным,пустым, вежливым.

— Я утешаю своего леопарда. Что-нибудь не так?

— Кажется, он вполне утешен.

Голос Ричарда был вполне нормален, но сила полыхала жаром,как открытая дверь печи.

Я облизнула губы. Все равно надо будет объяснить про ardeur,раноили поздно, и так как мне нужна его помощь для Грегори, сегодня самоеподходящее время.

— Мы с Натэниелом обсуждали некоторые побочные эффектысоединения вампирских меток.

— Ты имеешь в виду ardeur, —уточнил он.

Я не стала скрывать удивления:

— Откуда ты знаешь?

— Жан-Клод решил, что мне следует знать. Он намекнул,что мне неплохо бы оказаться здесь утром, в твоем распоряжении.

— И ты?..

Я смогла придать голосу безразличную интонацию, но не настолькобезразличную, насколько надо было бы.

— Я не позволяю ему, или Ашеру, или кому-нибудь из них,от меня питаться, что кровью, что чем-нибудь другим. Не вижу, почему я долженизменять этому правилу, если дело идет о тебе и о сексе вместо крови.

— Он тебе объяснил, что, если я не буду кормиться оттебя или от него, мне все равно придется кормиться на ком-то?

— С тобой всегда твой Нимир-Радж. — В голосе былотакое густое презрение — хоть ножом режь.

— Мику вызвали по делам парда.

— Ты действительно думаешь, что он не вернется до утра,чтобы ты могла его оттрахать? Сомневаюсь.

Я уставилась на него, продолжая сидеть в лучах его горящейсилы и в ощущении его физического присутствия. Ричард был из тех огромныхмужчин, которые никогда не кажутся огромными, если не рассердятся. Сейчас онказался огромным, но на меня впечатления не произвел.

Я стала поглаживать волосы Натэниела, и он ткнулся лицом вмою ногу, расслабив напряженные мышцы.

— Ты не забыл, что ты меня бросил?

— А ты с ним первый раз трахнулась до того, как я тебябросил, или после?

Мне пришлось припоминать секунду-другую.

— После.

— И сколько же ты горевала об этой потере? Целыхполсекунды?

Я почувствовала, как жар заливает мне щеки. Мое поведениетрудно было бы назвать нравственным, а объяснять Ричарду, что это был ardeur,вданный момент тоже было бы не совсем уместно.