Свадьба по приказу, или Моя непокорная княжна - Валерия Чернованова

Я замолчала, почувствовав, что голос уже начинает садиться. Мне бы водички…

Не знаю, о чем думал муж, к каким приходил выводам, но его лицо по-прежнему не выражало никаких эмоций. Совершенно. Резкие черты, заледеневший взгляд и крепко сжатые в кулаки пальцы.

— Эй! — наконец крикнул Андрей, ударив по крыше кареты. — Разворачивай к главному храму! Скорее!

— Спасибо, — растроганно выдохнула я.

Почему-то, услышав это коротенькое слово, он вздрогнул и прикрыл глаза. И тут же подался ко мне и крепко обнял.

— Прости меня, Маша.

Теперь уже я вздрогнула. От того, как ко мне обратился. От того, как волнующе в его устах прозвучало мое имя.

— Прости, что давал тебе зелье. Сейчас мне самому мои решения кажутся смешными и… эгоистичными. Я считал, что, если у тебя появится искра, сделаю тебя счастливее. Ну и о продолжении рода, конечно, не забывал. — Андрей мрачно усмехнулся. — Думал, что поступаю правильно, а надо было… А надо было не думать, а спросить тебя, нужны ли тебе такие эксперименты.

— Да, спросить действительно стоило, — согласилась я и, не сдержавшись, тихонько прыснула: — Знал бы ты, как меня от этих капелек распирало. Думала, лопну от переизбытка магии!

— Прости, — тихо повторил он.

— А капли еще остались? Думаю, Анне они бы не помешали. Там, глядишь, и завидовать перестанет, и о судьбе своей тревожиться. Можно сказать, твой эксперимент прошел успешно — подарок Шуйского действует.

— Давай не будем сейчас ни о Шуйском, ни о моей сестре. Давай…

Андрей взял меня за руку и, чуть сжав мои пальцы, решительно сказал:

— Я люблю тебя, Маша. Именно тебя. Только не перебивай, пожалуйста, — проговорил он быстро, заметив, что я порываюсь прервать. — Я видел Софью на балу, она не привлекла моего внимания. Да, красива, да, нежна и юна, но этого мало. Мало, чтобы даже просто ей заинтересоваться. Я не знаю, какой ты была в своем мире, но совершенно уверен, что твоя душа — самая красивая. В нее я и влюбился.

От тихих признаний, от чуть хриплого голоса мурашки пошли по коже.

— Мне нравится твой непокорный нрав, нравится то, как ты готова защищать тех, кто находится рядом, даже если эти люди на самом деле тебе чужие. Я бы очень хотел начать все сначала и никуда тебя не отпускать. Очень… Но и неволить не имею ни права. Не могу заставить тебя остаться. — Он грустно улыбнулся и добавил: — Могу лишь надеяться, что ты сама захочешь быть со мной рядом.

Андрей замолчал, и тут, как назло, карета остановилась.

— Приехали, барин! — зычный голос возницы разрушил очарование момента, я больше не тянулась за поцелуем. Но точно знала, что у нас будет еще немало таких моментов. И…

Немало поцелуев.

— Мне пора, — сказала я и потянулась к дверце экипажа. — Спасибо тебе, Андрей. За то, что поверил, и за то, что готов начать все сначала. Для меня это важно.

Из кареты я вышла решительная и независимая, но в храм мы вошли вместе. Андрей при всем желании не смог бы остаться в экипаже, не бросил бы меня и сейчас. Судя по хмурому, если не сказать убитому выражению лица, он явно готовился встречать жену номер два. Софью в оригинале, которая точно была бы в шоке от своего возвращения к уже неродным пенатам.

Мне хотелось ему признаться, что тоже полюбила. Так горячо, так сильно, что уже точно решила остаться. Но не сейчас… Начну говорить о любви — и может не отпустить. Одно дело проводить древний и, возможно, опасный обряд, чтобы вернуться домой, к своей семье, и совсем другое — рисковать собой ради существа, которое сегодня он увидел впервые в жизни.

Я примерно представляла реакцию мужа, а потому пока молчала.

В столь поздний час в храме было пусто, но, к счастью, двери его оказались не заперты. В молчании мы подошли к алтарю, освещенному пламенем множества свечей, и Андрей тихо, с явным усилием проронил:

— Нужна помощь?

Я покачала головой.

Мы много раз проговаривали с Четом, что должна буду делать, чтобы воззвать к своей силе и соединить ее с магией Многоликого. Сейчас я ощущала его могущество каждой клеткой своего тела. Светлую, живительную энергию, которой был пронизан каждый камень, каждый уголок этого священного места.

Итак! Для начала надо успокоиться и сосредоточиться. Это основа основ.

— Соф… Маша, — исправился Андрей и напряженно поинтересовался: — Ты точно знаешь, что нужно делать?

— Точно, — ответила ему, мягко улыбнувшись. — Будь спокоен.

И мне тоже стоит расслабиться, настроиться, раскрыть свой дар. В теории — элементарно, а на деле все куда сложнее.

Глубоко вздохнув, стала взывать к своей силе. Тихо, осторожно, мягко, стараясь ощутить малейшее ее проявление: нарастающее внутри тепло, будто солнце в груди начинает сиять, тихая пульсация в сердце, легкое покалывание в кончиках пальцев и первые, рассыпающиеся по коже искры…

Закрыла глаза, погружаясь в эти ощущения, не позволяя себе усомниться в своих возможностях ни на мгновение.

У меня все получится. Не может не получиться.

Из Чета вышел отличный учитель.

Не знаю, сколько прошло времени, но, когда открыла глаза, совсем не удивилась прекрасному цветку, сиявшему в ладонях, — чистая магия огня и равновесия.

Восхищенный вздох мужа вызвал на губах улыбку.

Да, мои дары красивы.

Но не отвлекаемся, продолжаем…

Теперь нужно возложить руки на алтарь и представить то место, куда хочу направить силу, переплетя её с магией Многоликого.

Все получится, Маша! Ты сможешь!

Образ, который Чет передал мне прежде, чем исчезнуть, мгновенно возник перед глазами. Словно наяву я видела сосуд, похожий на бумажный китайский фонарик, только меньше размером и выполненный из камня и металла.

Где бы этот дрянной горшок ни прятался, магия найдет его. Найдёт и уничтожит!

Когда меня окутало божественным светом, ударившим в самое сердце, я пошатнулась и едва не отняла руки от алтаря. Этот поток чистейшей силы можно было сравнить с штормовой волной: своенравной, буйной, непокорной…

— Помоги, — зашептала, зажмурившись. — Помоги, не противься…

Божественная магия словно только того и ждала, присмирела, притихла, неторопливо закружила вокруг меня, оплетая своей мерцающей вуалью. Согревая и успокаивая.

— Спасибо, — выдохнула я, но расслабляться не стала.

Рано еще.

В голове вдруг четко прозвучал старческий голос:

— Решилась? Уходишь?

«Нет, — ответила мысленно. — Остаюсь с мужем, но хочу помочь другу».

Я сразу узнала этот голос. Голос нищенки, с которой повстречалась на следующий день после своего появления в новом мире. Да и как не узнать? Мне кажется, я его на всю жизнь запомнила, как и страх перед неизвестностью и тревожным будущим.