Академия теней - Олеся Шалюкова

На крыльцо они с сэром Люком поднялись вместе. А у дверей, открытых предусмотрительным дворецким, сэр Люк неожиданно остановился и подхватил Лею на руки. Бережно прижимая ее к себе, он перешагнул через порог. Оглядываясь по сторонам, демонесса даже не сразу сообразила, что ее поставили на ноги. Наслушавшись "сказок" о том, что Люк садист и изверг, она ожидала увидеть склеп и потоки крови, а вместо этого – огромный зал, залитый потоками света, высокие окна, открытые нараспашку, легкий полупрозрачный тюль, развевающийся на ветру.

Широкая лестница ведущая на второй этаж из какого-то светло-золотого дерева, застеленная ковровой дорожкой, синей с золотистой каймой.

Синей же была обивка кресел и дивана. Милые хрустальные безделушки и толстый рыжий кот на каминной полке. Кот стал последним, что переполнило чашу восхищения, и Лея повернулась к хозяину дома.

– Это невероятно! Такой великолепный дом! Я никогда такой не видела раньше!

– Тебе нравится? – уточнил Люк.

– Безумно! Твой дом – сказка. Тут так уютно! – Лея сбросила надоевшие босоножки и шагнула на ковер в центре зала. – Это…

– Ты хотела бы стать хозяйкой этого дома? – тихо предложил сэр Люк, мгновенно обрывая восхищение со стороны Леи.

Демонесса глупо хлопнула глазами.

– Люк, ты… Я, кажется, неправильно тебя поняла!

– Почему же? – мужчина как-то беззащитно пожал плечами. – У меня есть все, Лея. Деньги, положение, ум. Я умею работать. У меня есть дом, но все это время в моей душе была пустота, черная дыра, в которую проваливалось все: удивление, восхищение, недоумение. У меня не осталось ничего, что могло бы меня остановить, а потом я нашел то, что задевает меня. Причиняя кому-то боль, я наслаждался этим, хотя и понимал, что черная дыра растет. А сегодня…

– Люк, я, – нервно начала Лея.

– Послушай, – спокойно сказал мужчина. – Просто послушай. Ты появилась на том месте, и внутри меня вспыхнул пожар. Пожар боли, страсти, восхищения, недоумения и желания обладать.

– И это все я?

– Ты, – кивнул Люк. – Твое появление. А потом в мыслях словно что-то щелкнуло и я поняла, что все то, что так неожиданно свалилось на мою голову, называется очень просто и ясно: любовь.

Лея озадаченно покачала головой:

– Люк, я…

– Все это время я страдал от пустоты в груди, но появилась ты, и я понял, что хочу весь мир положить к твоим ногам, сделать тебя счастливой, ловить твой каждый вздох и каждый взгляд. Поэтому и я прошу тебя стать хозяйкой в моем доме, стать моей женой, матерью моих детей, – мужчина замолчал, глядя на Лею.

– Я… можно мне подумать? Мы с тобой совершенно незнакомы, и я не могу так резко поменять свою жизнь, впустить в нее совершенно незнакомого мужчину. Понимаешь?

– Да. Я не тороплю тебя.

Демонесса склонила голову, в висок толкнуло болью, кожу неожиданно опалило нестерпимым огнем. Ноги подкосились, и Лея, где стояла, там и села. От виска вниз потекла тонкая струйка крови, горячей, черной, с алыми искрами.

Люк упал на колени, коснулся осторожно нежной щеки девушки.

– Лея, Лея, что с тобой? Лея, очнись!

Губы девушки посинели, глаза закатились. Помертвев, она лишь прошептала.

– Еще слишком рано…

И свалилась. Тяжелое дремотное оцепенение накатывало на нее, омывая черным потоком. Сквозь бред, Лея еще ощущала, как ее лица касалась мокрая губка, принося минутное облегчение, чувствовала как в минуты холода, сковывающая все тело, ее запутывали в волшебно-нежный мех.

В себя Лея пришла поздней ночью. Люк спал рядом с ней, сидя на полу и положив голову на руки. Сердце демонессы кольнуло, протянув пальцы, она запустила их в шевелюру Люка. Тот тут же проснулся, перехватил тонкую ладонь, прикоснулся к ней губами.

– Ты пришла в себя! Я так рад!

– Ты не лег спать?

– Да. Сторожил твой сон. Что это было, Лея?

– Первая ласточка. Много лет назад мой род был проклят, а я носительница проклятья. У меня оставался последний год жизни и сегодня он закончился.

Люк замер, не сводя с Леи тоскливых глаз.

– Ничего нельзя сделать?

– Можно, – задумчиво сказала демонесса. – Но это больно и… неприятно.

– Сколько времени тебе даст это "можно"?

– Две недели.

– Что надо делать? – решительно спросил Люк.

– Мне нужно, – девушка прикосила губу. – Мне нужна вода, молоко, мед, вино и кровь.

– Чья?

– Не важно. Нужно всего по три литра.

– Еще?

– Тазы, кастрюли и бутылочки.

Через пару часов священнодействия, когда в пяти тазах одновременно готовились компоненты зелья, у Леи начался новый приступ. К этому моменту, уже сам Люк мог доварить все остальное. Само зелье сделала демонесса, когда пришла в себя. На него надо было наговаривать несколько заклинаний, чтобы обряд прошел удачно.

На часах было три ночи, когда можно было начать обряд. Были прокалены ножи и огромный двуручный меч. Несколько минут Лея изучала это чудо и пыталась понять, неужели сэр Люк, не производящий впечатление великана, сможет мало того, что поднять эту огромную бандуру, но еще и пробить плечо Леи, чтобы она не смогла дернуться все время лечения.

Смог. Адская боль пронзило все тело, от макушки до пыток. Всего последующего Лея толком не запомнила.

В описании обряда это звучало не очень страшно. Кожа должна была быть порезана ножами. Не должно было остаться ни одного миллиметра, не покрытого кровоточащими царапинами.

Потом приготовлено зелье втиралось в кожу того, кого лечили.

Лея во время лечения пару раз приходила в себя и тут же теряла сознание от боли. Все происходящее больше всего напоминало смерть. Медленную, мучительную, а потому страшную.

Ранним утром, демонесса открыла глаза. Согревающее тепло мужского тело рядом расслабляло. В руках Люка было тепло и уютно, точно также, как и в его доме. И даже неожиданный вопрос мужчины не разрушил эту атмосферу доверительности и нежности.

– Лея, кто ты на самом деле? И что ты делаешь на Хамрише?

Тряхнув головой, Лея вернулась в реальность.

Кио сидел, нежно сжимая ее в своих объятиях. Его дар, не ограниченный лентой Богини, проявился в полной мере, воспоминания Леи стали его воспоминаниями. Душа на короткий миг слилась с его душой, чтобы в итоге, Кио понял, что эта нежная хрупкая девушка вынесла уже столько… а еще это проклятье.

Божественная печать судьбы и осколки души, спаянные воедино глупым варварским ритуалом, пусть и действенным, но все же недолговечным.

Как бы сейчас Кио хотел помочь Лее, но все, что он мог это доставить ее сейчас в Расщелину и забыть о своих планах, в которых была Лея.