Эльфийские камни Шаннары - Терри Брукс

Вил машинально пригнулся.

— Что там, Висп?

Тот сморщился еще больше, пот стекал по ссохшемуся личику.

— Мораг, — прошептал он и быстро замотал головой. — Плохая. Очень плохая. — Вил выпрямился.

— Это нас не касается. Где эльфиниты?

Висп опять показал на дверь. Вил колебался, неуверенно глядя на пушистого человечка. Правду ли он говорит? Эретрия опустилась на колени рядом с маленьким эльфом. Теперь ее голос был нежен.

— Висп, ты уверен? — Он кивнул:

— Я не вру, красуня. Не убивай Виспа.

— Я вовсе не хочу тебя убивать, — успокоила малыша Эретрия, стараясь смотреть ему прямо в глаза. — Но ты служишь своей госпоже, не нам. Можем мы верить тебе?

— Висп служит госпоже, — неуверенно согласился он, потом покачал головой: — Но Висп не врет. Славные камушки там. Через зал, вверх по лестнице, в маленькой комнате. В красивой коробке с цветами. Красными и золотыми.

Эретрия еще мгновение внимательно смотрела на него, потом перевела взгляд на Вила и кивнула. Долинец кивнул в ответ.

— А есть какой-нибудь другой путь? — теребил он маленького человечка. Висп покачал головой:

— Только туда. — Он указал на дверь.

Вил тихо прокрался по коридору и остановился у двери. Сердитые голоса стали громче. Что бы там ни было, думал Вил, ему не очень бы хотелось в этом участвовать. Он глубоко вздохнул и осторожно взялся за задвижку. С легким щелчком дверь отворилась. Вил заглянул внутрь.

Это был тот самый зал, где они впервые увидели Малленрох, — сумрачное, гнетущее пространство, слабо освещенное странным белым светом, струящимся из стеклянных шаров, свисающих, как пауки, с невидимого высокого потолка. Несколько широких полукруглых ступеней вели от двери вниз. Деревянные человечки сбились вокруг двух гибких черных фигур — сестры стояли лицом к лицу и пронзительно визжали, как пугающие друг друга кошки.

Вил Омсворд смотрел. Сестры-ведьмы, Мораг и Малленрох, жестокие, непримиримые враги — причина этой вражды давно затерялась в веках, забытая всеми, кроме них двоих, — стояли друг против друга, настолько похожие, словно одна из них просто отражение в зеркале: черные одинаковые плащи, лиловый паслен во вьющихся седых волосах, безупречно белая кожа. Обе гибкие и изящные, обе красивые и зловещие. Но сейчас их таинственная красота была искажена ненавистью, которая коверкала черты, наполняла тяжелой чернотой их фиолетовые глаза. Пронзительные крики сменились холодным и ядовитым шипением.

— Моя сила не меньше твоей, сестра, и, что бы ты там ни сделала, я тебя не боюсь. Ты даже не можешь задержать меня в этой унылой башне. А теперь ты пытаешься запугать меня… ты хочешь владеть магической силой, которая не принадлежит тебе, и думаешь, что все Лощины будут твои. Глупо. Ты ведь даже не можешь скрыть от меня свои тайны. Ты еще только собираешься что-то сделать, а я уже знаю об этом. — Она помедлила. — Я знаю про эльфийские камни.

— Ничего ты не знаешь! — закричала другая. — Уходи отсюда, сестра. Уходи из моего дома. Уходи сама, пока можешь, иначе я найду способ заставить тебя.

Мораг презрительно рассмеялась:

— Успокойся. Ты не можешь меня испугать. Я уйду, как только возьму то, зачем пришла.

— Эльфиниты мои! — огрызнулась Малленрох. — Они у меня и у меня же останутся. Это — дар мне.

— Сестра, ни один дар не будет твоим, пока я этого не захочу. Эта сила должна быть у той, которая более достойна владеть ею.

— Ты никогда ни на что не годилась, сестра. — Малленрох плюнула на пол. — Я позволила тебе разделить со мной эту долину только потому, что ты ведь, в конце концов, моя родная сестра. И потом, мне всегда было немножечко жалко таких вздорных и беспомощных, как ты. Подумай об этом, Мораг. Я всегда любила красивые вещицы, а ты — что у тебя есть, кроме твоих безмозглых деревяшек? — Голос ее снова перешел в шипение. — Помнишь того человека, красавца, которого ты пыталась отобрать у меня? Он был моим, но ты слишком сильно захотела его. Помнишь, сестра? Ты ничего не получила, разве не так? Ты тогда даже не смогла сдержать себя. И ты его уничтожила.

Мораг выпрямилась.

— Это ты уничтожила его, сестра.

— Я? — Малленрох рассмеялась. — Ты едва прикоснулась к нему — и он тут же свалился от ужаса. Или от омерзения?

Лицо Мораг застыло в гневе.

— Отдай мне эльфийские камни!

— Ты ничего от меня не получишь!

Вил Омсворд притаился за железной дверью и слушал. Вдруг он почувствовал, как чья-то рука легла ему на плечо, и чуть не подпрыгнул от испуга. Эретрия смотрела мимо него в полуоткрытую дверь.

— Что здесь такое?

— Подожди, — прошептал Вил и снова уставился в щель.

Мораг выступила вперед и теперь стояла почти вплотную к сестре.

— Отдай мне эльфийские камни!

— Отправляйся назад, в свою яму, откуда ты выбралась, ящерица. — Малленрох презрительно усмехнулась. — Возвращайся в свою пустую берлогу.

— Змея! Когда-нибудь ты сама сожрешь себя.

— Уродина! — вне себя от ярости заорала Малленрох. — Сейчас же убирайся!

Мораг со всего маху ударила Малленрох по лицу. Звук пощечины эхом раскатился по залу. Малленрох изумленно отпрянула. Деревянные человечки, треща, бросились прочь, подальше от двух взбешенных сестер. Повисла напряженная тишина.

Неожиданно резко раздался смех Малленрох.

— Ты такая жалкая, сестра. Ты даже не можешь сделать мне больно. Иди домой. И жди, пока я сама не приду к тебе. Жди — я принесу тебе смерть, которую ты вполне заслужила. Ты даже не стоишь того, чтобы взять тебя как рабыню.

Мораг снова ударила сестру.

— Дай мне камни! — истошно визжала она. — Я получу их!

Она подошла совсем близко — тонкие руки сомкнулись на горле Малленрох. Та отшатнулась, красивое лицо исказилось от гнева. Сестры упали на пол, царапая и кусая друг друга, как взбесившиеся кошки. Потом Малленрох вырвалась и вскочила на ноги. Одна рука протянулась вперед. Огромный извивающийся корень пробился из камня у ее ног и обернулся несколько раз вокруг корчащейся Мораг. Он устремился вверх, в темноту, увлекая за собой отбивающуюся ведьму; он поднимался все выше, выше стеклянных шаров, наполненных белым свечением, и там наконец остановился. Мораг кричала. Потом ослепительное сияние вспороло темноту, зеленый огонь пробежал по гигантскому корню, обращая его в пепел. Корень сморщился и рухнул вниз, густой дым наполнил зал. Мораг медленно опустилась, как некий бесплотный дух, и встала на пол.

Малленрох разочарованно взвыла; теперь из ее пальцев метнулся зеленый огонь и поглотил сестру. Мораг ответила тем же. На мгновение обе скрылись в огне, а когда он погас, сестры опять стояли друг против друга.