Заветное желание - Руслан Рюмин

«Меч!» — осенило Избранника.

Он дернул клинок из ножен, и тот вспыхнул ярким голубым светом. Меч сначала осторожно, потом всё сильнее и сильнее тянул юношу за собой вверх, туда, к свету, где чувствовалась постепенно гаснущая аура Радужного Города.

Ростислав вскоре взялся за рукоять двумя руками, после чего меч еще сильнее рванулся вперед, утягивая его за собой. Он словно разрезал сверкающим лезвием бешеный поток, от Ростислава потребовалось только поддерживать Небесную Тропу, чтобы не быть унесенным чудовищным ураганом.

Враг был в шаге от победы, но и Ростислав не медлил, быстро приближаясь к цели.

Аргаррон ударил по голубому кристаллу, и по нему сразу пронеслась сеть трещин. Радужный Город содрогнулся от основания до самых высоких шпилей, а потом кристалл с жалобным звоном рассыпался на миллионы сверкающих осколков. В следующий миг весь остров, на котором находился Радужный Город, болезненно накренился, словно тонущий корабль.

Лоарин этого не увидел и даже не почувствовал. Он стоял, закрыв глаза, а его мысли выстраивались в формулу заклинания, которым еще никто и никогда не пользовался, ибо не было еще такой опасности, что потребовала бы от мага пожертвовать не только жизнью, но и посмертием.

Заклинание Последней Жертвы сжигало астральную сущность мага, отправляя его душу в Небытие, но в случае с Лоарином образовавшейся энергии могло хватить на многое. Например, на то, чтобы нанести удар сущностью Света по архидемону. Для Аргаррона такой удар мог быть смертелен или, по крайней мере, отбросил бы его обратно в Бездну, из которой тот вырвался.

Осколки кристалла осыпались на каменную мостовую, а на месте обелиска образовался сияющий смерч из голубого света, который по воронке устремился к косе архидемона. Аргаррон стоял, расправив крылья и поглощая колоссальную мощь, сопоставимую только с божественной. Он торжествующе расхохотался. Сложным заклинанием он ударил еще по одному кристаллу, возвышающемуся на другом конце площади, но тот всё же устоял, хотя и вздрогнул до основания.

В небесах семицветное сияние исказилось, ослабевая. Потеряв голубой цвет, оно постепенно уступало клубящейся тьме, и воины Радужного Города отступали вместе со стеной магической защиты. Демоны и призраки напирали, давя и попадающиеся на пути остатки воинства Хаоса. Тьма не собиралась делиться триумфом с бывшим союзником.

Справа и слева от Аргаррона площадь просела вниз, оставив архидемона на некоем подобии каменной стены или моста над Великой Бездной. Несколько кварталов Радужного Города просело вниз, в Великую Бездну, после того как нарушилась сеть заклинаний, поддерживавших структуру волшебного острова в целости.

Лоарин остался висеть в воздухе, когда пол ушел из-под его ног. Его словно окутал овальный кокон из светящихся нитей, но архидемон не обращал на Архимага внимания — он опять устремился ко второму из кристаллов, занеся свое ужасное оружие. Громкий хохот торжествующего архидемона, казалось, доносился со всех сторон.

Лия со слезами на глазах взбежала на мост следом за архидемоном. Ее взгляд случайно упал в провал, образовавшийся на месте одного из кварталов. Внимание ворожеи привлекло какое-то завихрение в Великой Бездне, словдо при рождении воздушного узла или же области легкости.

Она остановилась. Если это молодой узел, можно было бы попытаться втянуть часть энергии, чтобы потом выплеснуть ее на архидемона. Если же нет, то всё равно надо посмотреть, не подмога ли это наступающим врагам…

Облачный покров неожиданно вспух, а в следующий миг из Великой Бездны в сопровождении всполоха гаснущего сияния Небесной Тропы вылетел Ростислав, облаченный в свою мерцающую растительную броню, с горящим мечом в руках. Лия едва сдержала радостный вскрик, когда Избранник сошел с Небесной Тропы и, взмахнув крыльями, завис посреди провала. Он озирался, похоже не особенно соображая, где находится.

— Ростислав! — закричала ворожея, взлетая навстречу. — Ростислав!.. Скорее!

— Лия! — Избранник бросился ей навстречу и непременно заключил бы в объятия, если бы не работающие крылья.

— Ростислав… — У Лии всё поплыло перед глазами, и она рукавом смахнула выступившие слезы.

— Любимая… — Он завис прямо перед ворожеей, работая крыльями. — Скажи, я опоздал?

— Нет… — тихо произнесла Лия. — Ты не опоздал… пока еще нет…

В это время второй кристалл, ярко-красный, вспыхнул и рассыпался, а Радужный Город еще больше просел вниз, словно из-под него выдернули надежную опору. Алый смерч закружился над тем местом, где стоял Архидемон, постепенно опадая вниз, поглощаемый Аргарроном.

— Скорее! — крикнула Лия. — Еще немного, и будет поздно!

Ростислав не стал задавать ненужных вопросов и просто полетел вслед за ворожеей. Вскоре и он увидел архидемона, который подходил к третьему кристаллу из семи.

— Он выпивает силу кристаллов, — сказала Лия. — Отец хочет помешать ему, принеся в жертву себя, но это вряд ли поможет, если Аргаррон завладеет всей энергией Радужного Города.

Ростислав, не слушая дальше, полетел к черной фигуре, вставшей напротив третьего кристалла.

— Стой, гад! — крикнул Ростислав, приземляясь в нескольких шагах от архидемона.

Аргаррон вздрогнул и обернулся. Неподалеку стоял Избранник, выставив перед собой горящий голубым меч. Броня на юноше светилась таким же голубоватым светом, а в глазах была решимость и отвага.

— То ли у меня с глазами что-то, то ли это и вправду покойный Избранник. — Архидемон усмехнулся. — Вот только ты опоздал, мальчик. Я тебе уже не по зубам.

— Я остановлю тебя, — спокойно проговорил Ростислав и шагнул вперед. — В моем сердце нет сомнений.

— Неужели? — Аргаррон обернулся, и коса в его руке снова стала уже знакомым юноше фальчионом. — С чего бы то ты так уверен, что тебе удастся? Ты уже не один раз пробовал перейти мне дорогу…

— Я не собираюсь больше спорить с тобой, — сказал Ростислав. — Сражайся или умри.

Его противник тоже поднял меч, но не напал, а резко выговорил несколько слов и явил Избраннику два видения: в одном был Максим, которому в грудь ударил поток лилового пламени Бездны, а в другом — пылающий госпиталь Анны…

Архидемон довольно оскалился, когда увидел, как дрогнуло сверкающее лезвие, а на лице юноши отразилась цепенящая внутренняя боль.

— Вот и вся твоя решимость, жалкий мальчишка, — проговорил Аргаррон. — Разве ж ты противник для меня?..

С этими словами он вообще хотел было отвернуться от надоедливого выскочки, но тут рядом с Ростиславом приземлилась Лия. С ее рук сверкнуло заклинание, рассеявшее видения, и Ростислав снова мог видеть Аргаррона, а не гибнущих родителей.

— Не отступай, Ростик! — крикнула она в самое ухо Избранника. — А ну, вместе!

Лия протянула руку и поставила свой белоснежный посох параллельно мечу, горящему голубым огнем. Аргаррон почувствовал колоссальной силы магический контур и успел парировать слаженный удар своим фальчионом.