Я тебя нашёл - Калисто ла Фей

Орион

Я проснулся около получаса назад. Все эти минуты лежал в кровати и не сводил с неё глаз. Моя голубка спала, подложив ладошку под щёку, и супила носик. Ей что-то снилось, и по трепыханию ресниц складывалось впечатление, что сон не из приятных. Она тяжело вздохнула и, произнеся моё имя, перевернулась на спину. Мне осталось только со свистом втянуть воздух. Я не хотел её будить, но сдержать себя было очень сложно. Одеяло сползло, демонстрируя моему взору груди, что были стянуты тонким серебряным кружевом, не скрывающим ничего. Приподнявшись, навис над Фейт. Сквозь тончайший материал облизал ореолы сосков и втянул в рот. До слуха долетел тихий стон, и в волосы впились пальчики.

—И тебе доброго утра,— промурлыкала Фейт.

Уже много столетий утро не было добрым. Оно было никаким, пустым, холодным, со вкусом крови и алкоголя. Когда я не терялся в забвении, оно было паршивее всего. Меня преследовали образы прошлого. Кровь, растекающаяся по плитке тронного зала, её шепот о том, что она любит меня, и глаза, янтарные глаза, закрывающиеся навсегда. Эти воспоминания раздирали меня изнутри. Рвали плоть острыми когтями на кривых пальцах и оставляли ошмётки. Я ненавидел себя. Я ведь обещал защитить её, клялся, что со мной она будет в безопасности. Слабак. Ничтожество.

—Орион. Любимый?

Я вынырнул из жутких воспоминаний. Сфокусировался на обеспокоенном лице Фейт. Схватив любимую в охапку, сжал в объятьях, вдыхая запах её тела. Мёд, мята, запах летнего луга. Её тело стало делиться со мной теплом. Недостаточно. Хочу ещё, большего. Подцепив края ночной сорочки, я потянул ткань вверх. Любуясь обнажённым прекрасным созданием, обхватив её талию руками, стал гладить горячую кожу. Решив, что хочу, чтобы она спала без одежды, начиная с сегодняшней ночи, и увлек её в поцелуй. Её стоны были для меня музыкой жизни. Надрывное дыхание — моим воздухом, что заполнял лёгкие, стук её сердца крошил вековые льды моей тюрьмы, а блеск глаз был лучами рассвета, рассеивающими тьму, что поглотила меня на целое тысячелетие.

Стук в дверь вернул меня в реальность. Мне не хотелось открывать глаза, но моя голубка прошептала на ухо, что меня просят явиться в тронный зал. Я вновь вдавил её в матрац и оставил легкий поцелуй на виске.

Мне категорически не хватало Фейт ещё тогда, в далёком прошлом. Моё сердце билось в унисон с её. Я хотел дышать ею, хотел, чтобы она всегда находилась рядом. Её голос — мой ориентир, выводил меня на свет, заблудшего в тумане. Её мимолетная улыбка, подкашивала мои ноги, и я падал ниц.

Разве можно так любить?

И сейчас, держа её в своих объятиях, потеряв и вновь обретя, я точно знал — можно.

* * *

Время ужина. Братья со своими возлюбленными расселись по двум сторонам стола.

—Нужно расширить мою спальню и перенести вещи Фейт в мою гардеробную.

Малакай лишь фыркнул.

—Испокон веков члены правящей династии спали порознь, каждый в своих покоях. Это дань традициям.

Проклятый колдун!

Вздёрнув брови, я предложил ему альтернативу.

—Тогда фрейлины Королевы должны находиться подле неё и при малейшей прихоти явиться. Значит, мы перенесем спальни Талии и Эрики ближе к Фейт.

Малакай подавился вином. Прокашлявшись и вытерев капли с лица салфеткой, сообщил, что в принципе, плевал он на традиции и, если надо расширить королевскую спальню, то он возьмётся лично за колдовство.

Так-то, сопляк.

Бумажная волокита. Я задыхался под толщей пергаментов и это несмотря на то, что Бастиан и Малакай взяли на себя часть обязанностей.

Я почувствовал присутствие Фейт, как только её нога коснулась ковра длинного коридора, что вёл в мой кабинет. Она впорхнула в комнату и осветила её своей нежной улыбкой.

—Могу ли я быть тебе полезной, любимый?

Подперев кулаком висок, стал любоваться Фейт. Белоснежные волосы заплетены и убраны на затылке. Алые сладкие губки, розовые щёчки, любимые янтарные глаза. Длинные серьги с турмалином, цвета бирюзовой морской глади, и такого же цвета подвеска с маленьким камушком. Эту подвеску я подарил ей очень давно, ещё в Аду. Платье из плотного материала глубокого синего цвета облегало фигуру и демонстрировало все изгибы тела.

—Можешь ли ты быть полезной? Голубка моя, ты, похоже, не представляешь своей значимости. Насколько ты важна мне и насколько сильно я тебя люблю. А что до полезности, то ты можешь посидеть рядом, пока я разбираюсь с документами. Мне это очень поможет. А вообще, как у тебя с древним наречием, помнишь ещё? Язык эльфов, гномов, лесного народа и диалект Ада?

Она сжала губки и задумалась.

—Помню.

Вот и славно. Я призвал стул и подвинул поближе к себе. Подал стопку документов и попросил ознакомиться. Как будущая, нет, как Королева, она должна знать, что происходит в её Королевстве.

Уже глубоко за полночь, когда перед глазами начало плыть, а голова гудеть со страшной силой, я оторвался от документов. Фейт мирно посапывала, положив голову на стопки пергаментов. Я представил, как она малышкой засыпала в небесной библиотеке и… и сжал зубы. Мне нужно оставить всё в прошлом. Ради неё, ради нас. Аккуратно положил ладонь на её макушку и прошептал заклинание глубокого сна. Разложив всё по стопкам, со скрипом отодвинул тяжёлый стул. Вопль жалующейся плитки отдался в мозгу новой пульсацией. Подхватив любимую и прижав к себе, направился в наши покои. Сняв с неё сапожки, драгоценности и освободив из плена платья, накрыл одеялом и подоткнул бока. Её пухленькие губки были приоткрыты, и я не устоял, оставив легкий поцелуй, уткнулся носом в её волосы, вдыхая запах мёда.