Часовые Запада - Дэвид Эддингс

- Корабль был намеренно потоплен, ваше величество. Егонабили камнями и прорубили дыры в днище. Мы пять раз проплывали прямо над ним,пока однажды не вышли в море в тихий день, когда стоял полный штиль. Он лежална дне, на глубине футов тридцати.

- Как же тогда похититель исчез с Острова?

- И мы подумали о том же, Бельгарион, - сказал Джоран. - Нампоказалось, что, может быть, похититель остался все же где-то на Острове. Мыначали поиски. Тогда и нашли этого пастуха.

- Пастуха?

- Он в одиночестве пас овец на высокогорных лугах в западнойчасти Острова, - пояснил Кейл. - И совершенно не знал о том, что случилось вгороде. Тем не менее мы спросили, не заметил ли он что-нибудь необычноепримерно в то время, когда был похищен принц Гэран, и он сказал, что видел, какпримерно в то время в уединенную бухту на западном берегу Острова вошелкорабль, и на борт взошел человек, держа в руках какой-то сверток. Затемкорабль вышел в море, оставив остальных на берегу. Бельгарион, эта была тасамая бухта, куда нас привел Шар.

- Куда пошел корабль?

- На юг.

- Вот еще что, Бельгарион, - прибавил Джоран. - Пастухсказал, что это найсанский корабль.

- Найсанский?

- Он в этом совершенно уверен. Он даже описал знамя созмеей, которое развевалось на корабле.

Гарион вскочил на ноги.

- Ждите здесь, - велел он им и вышел в проход междузанавесями. - Дедушка, тетушка Пол, вы можете подойти ко мне на минутку?

- Что такое, мой дорогой? - спросила Польгара, входя вместесо старым волшебником во временный кабинет Гариона; любопытный Шелк увязалсяследом.

- Расскажи им, - сказал Гарион Кейлу. Тот быстро повторилвсе, что они только что рассказали Гариону.

- Салмиссра? - спросила Польгара у отца.

- Не обязательно, Пол. В Найсе всегда полно интриг, акоролева замешана далеко не во всех, особенно после того, что ты с нейсотворила. - Он нахмурился. - С чего бы черекец бросил собственную лодку ипересел на найсанскую шаланду? В этом нет никакого смысла.

- Это еще один вопрос, который мы зададим Ульфгару, когда онпопадет в наши руки, - сказал Шелк.

На рассвете следующего утра большой объединенный отряд началсвой путь через долину, расстилавшуюся у подножия крутого южного склона холма,на котором стоял Реон. Солдаты на глазах у городских стражников неслиприставные лестницы и стенобитные орудия, чтобы сразу стало понятно - готовитсяглавная атака.

В то же время в квартале города, занятом войсками Гариона,Шелк в предрассветном сумраке повел по крышам другой отряд, чтобы убратьлучников противника и людей с кипящими смоляными горшками.

Гарион стоял вместе с Бэраком и Мандорелленом на заснеженнойулице неподалеку от границы занятого квартала.

- Больше всего ненавижу, - сказал он напряженно, - когдаприходится ждать.

- Должен признаться тебе, господин мой, что и сам нахожу сиезатишье перед битвой неприятственным, - ответил Мандореллен.

- А я думал - арендийцы любят воевать, - улыбнулся Бэракдругу.

- Это наше любимое времяпрепровождение, - признал могучийрыцарь, поправляя пряжку на амуниции. - Однако, томительные часы до встречи сврагом изрядно тяжелы для меня. Грустные, даже меланхоличные мысли отвлекаюттогда рассудок от главной цели, лежащей впереди.

- Мандореллен, - сказал Бэрак, смеясь, - я соскучился потебе.

Из темноты улицы возникла туманная фигура, в которой всеузнали Ярблека. Он снял свою куртку из шкур; теперь на нем была тяжелаястальная кираса, а в руке он держал угрожающего вида топор.

- Все готово, - сказал он им тихо. - Как только маленькийворишка подаст сигнал, можно начинать.

- Ты уверен, что твои люди смогут свалить эти стены? -спросил его Бэрак. Ярблек кивнул.

- У горожан не было времени, чтобы класть камни наскрепляющем растворе, - сказал он, - так что наши крючья за несколько минутрастащат эти стены на части.

- Кажется, ты очень любишь это приспособление, - заметилБэрак.

Ярблек пожал плечами:

- Я всегда считал, что лучший способ перебраться через стену- это свалить ее.

- В Арендии мы предпочитаем стенобитные орудия, - сказалМандореллен.

- У них есть свои преимущества, - согласился Ярблек, - нотаран плох тем, что, когда стена падает, ты оказываешься прямо под ней. Мненикогда не нравилось получать по макушке строительным блоком.

Они подождали еще.

- Кто-нибудь видел Лелдорина? - спросил Гарион.

- Он пошел с Шелком, - ответил Бэрак. - Вероятно, решил, чтос конька крыши найдет больше удобных мишеней.

- Мой отважный друг всегда горячо любил стрельбу, -улыбнулся Мандореллен. - Я должен признать, однако, что не знаю равных емустрелков из большого лука.

- Вот, - сказал Бэрак, указывая на горящую стрелу,взлетевшую высоко над крышами, - вот и сигнал.

Гарион вдохнул полной грудью и расправил плечи.

- Хорошо. Труби в свой рог, Мандореллен. Начинаем.

Звук медного рога Мандореллена разбил тишину. Из каждойулицы и переулка хлынули солдаты армии Гариона на последний штурм Реона.Риванцы, алгарийцы, надракийцы и крепыши из Сендарии, изготовив оружие к бою, вплотном строю шагали по снегу в сторону незанятой части города. Три дюжинынаемников Ярблека в меховых куртках бежали впереди, раскручивая над головамиабордажные крючья.

Гарион с Бэраком взбирались по предательски осыпающейся кучемусора, оставшейся после разрушения дома, перелезая через замерзшие трупывоинов культа, погибших в предыдущих атаках. Несколько воинов - немного,правда, - избежали нападения Шелка и его людей, прочесывавших прилегающие кукрепленному периметру здания; теперь эта горстка фанатиков отчаянно обстреливалаиз луков наступающие войска. После отрывистой команды Брендига подразделениясендарийцев резко повернули и бросились в дома, чтобы окончательнонейтрализовать оставшихся защитников.

А за периметром царило полнейшее смятение. Неся перед собойзаслон из сомкнутых щитов, солдаты Гариона очищали улицы от сопротивлявшихсявоинов культа. Воздух был густым от стрел и проклятий, а в нескольких домахпламя уже пробивалось сквозь крышу.

Как и предсказывал Ярблек, поспешно возведенные стены,загораживающие улицы, легко рассыпались под действием дюжин абордажных крючьев,которые, перелетев через головы солдат, цеплялись за противоположную сторонустены.