В погоне за мечтой - Ольга Связина

Торжественная процессия невольно вызывала трепет у встречных слуг: впереди, со скорбным выражением на лице и безвольно обвисшей девушкой в окровавленной разодранной рубашке на руках, медленно шагал Лаврентий. Следом, тоже вся в крови (да все мы там были хороши!), семенила я, на вытянутых руках неся перед собой меч поверженного героя. Бесславный победитель нерешительно мялся в сторонке…

Дверь в комнату Орлетты оказалась незаперта – впрочем, во дворце замки навешивались преимущественно на стратегически важные объекты: арсенал, казну, кладовку с деликатесами (от котов). Отдельные параноики, у которых двери постоянно распахивало сквозняком, устанавливали изнутри засовы и щеколды. Чтобы в отсутствие хозяина здесь у кого-то что-то украли – нонсенс! Хорошо натасканный штат слуг почти не оставлял возможности остаться наедине с собой… или с кем-нибудь еще.

Однако приставленная к графине дворцовая горничная явно манкировала своими обязанностями: захлопнув створку перед самым королевским носом, я собственноручно сдернула с кровати покрывало и помогла Лаврентию устроить подругу поудобнее.

– Однажды я увидел, как он… она… в одиночку тренируется с мечом на заднем дворе, – задумчиво пробормотал любитель эльфов. – Ни за что бы не подумал, что это – девушка! Он… она… так здорово дерется!

– Да уж, не верь глазам своим. – Судя по дрожанию ресниц, Орлетта давно уже пришла в себя и с истинно женским коварством прислушивалась к разговору. – Кстати, не ожидала вас увидеть при дворе. Кажется, вы собирались проводить принцессу Радославу к батюшке?

– Я ведь знал о предстоящем поединке, – отчего-то смутился каменный вельможа. – Только не знал, с кем… Не хотел пропустить. Был уверен, что он… она… победит!

– Вы настоящий друг… Окажите последнюю любезность – найдите местную горничную. Графиню нужно переодеть, а у меня, боюсь, не хватит ни опыта, ни сил. И еще, отдайте распоряжения насчет особой диеты, чтобы помочь организму скорее восполнить кровопотерю: мясо там, печенка, гранаты, яблоки… Ну, вам виднее, наверняка ведь получали раны. И не только сердечные.

– Хорошо, госпожа чародейка. – Богатырь подобострастно поклонился и с видимым облегчением покинул «приятное дамское общество».

– Не притворяйся. – Как только дверь закрылась, я присела на краешек кровати. – Я вижу, что ты все слышишь и понимаешь! В комнате как будто кроме тебя еще полк солдат ночевал – здесь что, вообще ни разу не прибирались с момента заселения? Что ты сделала с горничной?

– Я ее прогнала. – Рыцарша виновато покосилась на меня из-под полуприкрытых ресниц: – Она работала на моего брата…

– Эти девушки работают на короля!

– Но платят им гости. – Орлетта миллиметр за миллиметром открывала мне глаза, до сих пор, как оказалось, плотно заслоненные розовыми очками. – Одни – за информацию, другие – за то, чтобы эта информация не покидала пределы комнаты. У меня денег нет, и совсем не хочется, чтобы подробности, что я ношу и с кем общаюсь, сразу передавались кому попало.

– Опять свояченица достает? – понимающе кивнула я.

– Она купила мне платье! – фыркнула девушка. – Вон, в углу валяется.

– А она настойчивая!

– Упрямая, как старый черт! – припечатала Орлетта.

Распялив на пальцах платье, ставшее камнем преткновения в родственных спорах, я критически покачала головой:

– Не очень удачный фасон. Плечи будут казаться еще шире… А у тебя есть еще какая-нибудь чистая одежда? – Я с сомнением огляделась по сторонам – не похоже… но уточнить все же стоило. – А то ты вся в крови, как Фредди Крюгер!

К моему удивлению, леди-рыцарь кивнула:

– Да, вон там в углу лежит рубашка, я ее еще ни разу не надевала… И брюки есть… тоже… где-то…

– Ладно, не вставай, сама найду. – Я подняла с полу рубашку, и впрямь кажущуюся почти чистой. – Надевай пока это. А потом я тебе Настасью пришлю. Или Зару. Странно, девочки не говорили ничего про то, что им надо платить за молчание!

– Глупенькая! – отважно сражаясь с рукавами рубашки, глухо пробормотала Орлетта. – Они ведь тебя любят!

Все-таки она потеряла очень много крови и, быстро утомившись, уснула, положив голову мне на колени. Я заправила за ухо вновь упавшую на лицо неуправляемую челку. Удивительное дело – стриглись мы с Орлеттой примерно в одно и то же время, с небольшим интервалом, одинаковым способом – техника «удар мечом». Но у нее получилась такая красивая аккуратная прическа, а на меня теперь без слез не взглянешь… или без чепца. Не имея возможности осветлить отросшие корни, я несколько раз порывалась остричь крашеные концы, но мои девочки стояли насмерть – мол, узнаваемый фирменный стиль… Да уж, ребрендинг полный!

Я пригладила ладонью растрепавшиеся во сне каштановые кудряшки. Может, рыцарша еще раз подровняла их уже после «стрижки»? Я бы тоже не отказалась, хотя бы виски, если уж милый проникся такой симпатией к косой – слева длиннее, справа короче, – челке…

А вдруг он не станет извиняться? Паническая мысль заставила вздрогнуть – будто прижгла пониже спины каленым железом. Решит, что прав… А мне упрямство не позволит первой на мировую пойти. Тем более что в данном случае права я!

Дверь с грохотом распахнулась, и на пороге, с подносом наперевес, возник растрепанный запыхавшийся Лаврентий. В огромной миске с прозрачным бульоном плавали добрых полкурицы, рядом радовали взор три ярко-красных яблочка. Судя по времени отсутствия, он выследил и собственноручно пристрелил несчастную несушку из лука, после чего освежевал… пардон, ощипал тушку, разделал и сварил, пристально следя за огоньком.

– Тс! – Я прижала палец к губам и кивнула в сторону умывального столика, заваленного каким-то тряпьем: – Поставьте!

– А…

– Сбросьте на пол.

Каким-то чудом удерживая поднос одной рукой, Каменный гость аккуратно свернул те самые, условно чистые, но очень мятые запасные брюки, переложил на стул, после чего сгрузил свою ношу на столик и замер, глядя на меня с каким-то странным выражением.

– Ну, что еще?

– Госпожа чародейка, а что это у вас?.. – он жестами изобразил что-то вроде пружин, торчащих из своей головы: – С волосами?

– Пустяки, бандитское лезвие, – отмахнулась я, чувствуя себя до невозможности лихой. – Покушение не удалось, но совсем без потерь, как видите, не обошлось.

– А… Поздравляю!

– Спасибо…

– Сложно было с ним справиться?

– …С кем, бога ради?!

И граф охотно пояснил. По мере его рассказа у меня поднялись дыбом остатки волос не только на макушке, но и над ушами, и даже челка! Об источнике дезинформации гадать не приходилось: придворные быстро поняли, кто в нашей компании «самое слабое звено» и за пряник готов выдать все государственные секреты – если, конечно, не предупредить его заранее, что нельзя.

Так я и поступила, строго-настрого наказав Иану, чтобы он ни под каким предлогом не выдавал, куда, с кем и на какой срок я поехала.