Принц Лестат - Энн Райс

По лицу у него пробежала тень, но он снова улыбнулся и взял Роуз за руку.

– Если Лестат сумеет все сделать правильно, так тому и быть. Для вас обоих. Но сейчас происходит много всего другого – и никто не станет вводить вас в наш мир, пока мы не уладим нынешние проблемы.

– Я знаю, – кивнула Роуз. – Знаю.

Ей так много еще хотелось сказать! Поблагодарить Луи за его доброту – за то, что он пришел побыть с ними, скрасить их ожидание, хотя наверняка ему нелегко было оставить всевозрастающую толпу во «Вратах Троицы» – но она повторяла это слишком много раз, твердила снова и снова. Она понимала, что постоянные ее благодарности навязчивы и утомительны, а потому сумела обуздать свой порыв.

Поднявшись, она подошла к стеклянной стене и посмотрела вниз, на город, рассеянно скользя глазами по роскошным каменным джунглям, где повсюду бурлила жизнь. Казалось, лишь в нескольких футах от нее, только протяни руку, темнели окна прокуренных пыльных офисов и загроможденных мебелью спален и гостиных, раскидывались плоские крыши с отблескивающей синевой бассейнов и зеленью маленьких садиков – крошечных, точно игрушечных садиков с миниатюрными кустарниками и деревьями. Все это убегало прочь, к далекой массивной тени Центрального парка.

«Хочу запомнить эти ночи навсегда, – думала Роуз. – Навеки оставить их в памяти. Не потерять ни единой детали. Когда все закончится, решится и успокоится, я напишу воспоминания – и увековечу в них все-все-все. Слишком уж прекрасно происходящее, слишком велико. Прямо чувствуешь, как оно теряется, улетучивается с каждым вдохом».

Внезапно перед ней появилась какая-то темная, плотная масса, точно туча, возникшая и спустившаяся с небес у нее на глазах. За долю секунды эта туча сгустилась и выросла перед Роуз, буквально ослепляя ее. Роуз отшатнулась от стены.

Громкий взрыв, жуткий, душераздирающий рев, треск и звон… Роуз почувствовала, что падает. Вокруг разлетались сверкающие осколки стекла. Девушка ударилась головой о деревянный пол. Что-то оглушительно шумело, ломалась мебель, падали на пол картины и зеркала, по комнате метался резкий ледяной ветер. Хлопнула дверь. Снова зазвенело бьющееся стекло. Роуз перевернулась на бок, отчаянно шаря руками в поисках чего-то твердого, за что можно было бы ухватиться. Ветер бросал ей в лицо пряди ее волос. Но вокруг валялись лишь коварные осколки. Девушка закричала.

Она видела, как Торн яростно налетел на стоявшую рядом с разбитым перевернутым столом фигуру незнакомца с каштановыми волосами, одетого во все черное. Однако тот отшвырнул Торна с такой силой, что тот пролетел через всю комнату. Луи неподвижно распростерся на полу в луже крови.

Виктор бросился к Роуз.

Незнакомец одной рукой ухватил Виктора, хотя тот бешено отбивался. Торн снова ринулся в нападение, но незнакомец второй рукой сгреб Торна за волосы и снова отбросил прочь.

Без малейших усилий удерживая Виктора левой рукой, высокая угрожающая фигура остановила взгляд на Роуз и шагнула было к ней, но в тот же миг за спиной нападавшего, точно огромная зловещая тень, появился Луи. Незнакомец резко развернулся и ударил Луи кулаком правой руки.

Роуз все кричала и кричала.

Обхватив Виктора обеими руками, угрожающая фигура взмыла над полом и вылетела в зияющую зазубренную дыру в стеклянной стене. Все выше и выше поднималась она, пока не исчезла в ночном небе. Роуз знала, куда страшный незнакомец уносил Виктора, прекрасно знала – вверх, вверх, к звездам, быстрее ветра. Могучий, как дядя Лестан, непобедимый, как дядя Лестан, много лет назад спасший ее с крохотного островка в Средиземном море.

Виктор похищен!

Роуз все кричала и кричала без остановки, ползая на коленях среди битого стекла. Торн лежал где-то справа, лицо и голова его были залиты кровью. Луи, тоже ползком, двинулся к Роуз.

Внезапно он вскочил на ноги и, подхватив Роуз, понес ее прочь из комнаты, прочь с ледяного безжалостного ветра. Торн побрел за ними – шатаясь, налетая на стены с обеих сторон, точно пьяный. Кровь стекала ему прямо на глаза.

Луи бегом пронес девушку по длинному коридору. Плача, она прижималась к нему, пока он не опустил ее на кровать в ее спальне – бережно-бережно, точно боясь разбить.

Торн цеплялся за дверной косяк, чтобы не упасть.

Из коридора доносились голоса, крики, топот бегущих ног.

– Вели всем убираться, – бросил Луи Торну. – Позвони домой. Мы отправляемся туда.

Роуз пыталась унять слезы, но они душили ее. Было трудно дышать.

– Кто это был, кто похитил его, кто это? – всхлипывала она. А потом снова зарыдала.

– Не знаю, – покачал головой Луи.

Он завернул девушку в белое покрывало с кровати и баюкал, нежно покачивая и целуя, пока она не затихла. А потом вынес из апартаментов и крепко прижимал к себе в лифте, пока они спускались в подземный гараж.

И только когда они уже сидели в машине, медленно пробиравшейся по Мэдисон-авеню от центра города, Роуз наконец перестала плакать и бессильно привалилась к груди Луи.

– Но зачем он украл Виктора? Зачем? Куда он унес его? – а вот перестать задавать вопросы у нее никак не получалось.

Торн, сидевший на переднем сиденье рядом с водителем, что-то негромко сказал Луи.

Левой рукой Луи поддерживал девушку за талию, а правой бережно обхватил ее лоб и развернул Роуз лицом к себе. Нагнувшись, он прижался ухом к ее шее. Кожа у него была шелковистой, как у дяди Лестана – холодной, но шелковистой.

– Роуз, Лестат пришел. Он дома. Он ждет тебя. Теперь ты в безопасности. Тебе больше ничего не грозит.

Но Роуз перестала всхлипывать только тогда, когда и сама уже увидела его.

Он стоял в вестибюле, раскинув руки, – ее дядя Лестан, любимый дядя Лестан, ангел, не подвластный времени, не меняющийся, вечно прекрасный.

– Моя Роуз, – прошептал он. – Милая моя Роуз.

– Дядя Лестан, они забрали Виктора, – всхлипнула Роуз. – Кто-то забрал его! – Запрокинув залитое слезами лицо, она смотрела на него. – Дядя Лестан, его похитили!

– Знаю, милая. Мы вернем его. Иди же ко мне. – Сильные руки дяди Лестана сомкнулись вокруг нее. – Дочурка моя.