Конан. Кровавый венец - Роберт Говард

Конан в «…И родится ведьма» становится персонажем-сверхчеловеком. Говард был все больше уверен в собственном творении, о чем свидетельствует структура рассказа. Здесь нет ничего похожего на обычную дешевую формулу: Конан — главный герой — дает жизнь всему произведению, присутствуя лишь в двух его главах. Заманчиво провести параллель между Конаном и тем, чего, по мысли Говарда, он достиг своим циклом о нем: техасец знал, что он победитель и что сможет справиться с чем угодно, даже если ведущий персонаж рассказа будет присутствовать лишь в его центральных главах. Конан доминирует во всем рассказе, и это становится ясно в сцене распятия. Как можно убить персонажа — в буквальном или переносном смысле, который в состоянии пережить сцену, подобную этой? Ибо сцена распятия автоматически побуждает к сравнению с Христом. Конан, вероятно, стал в этой сцене «бессмертным», и вопрос лишь в том, до какой степени сам Говард желал, чтобы это было так. Рассказ — сам по себе средний — выделяется уверенностью Говарда в своем творении. Он был с радостью принят Фэрнсуортом Райтом, опубликован следом за четырьмя последовательными выпусками «Уэйрд тэйлз», где звездой был киммериец, и снова попал на обложку. У Говарда были все причины для уверенности.

В начале 1933 года у Говарда был лишь один постоянный рынок сбыта. В середине 1934 года он появлялся почти в каждом выпуске «Уэйрд тэйлз», успешно пробился еще на один рынок, в «Эдвенче», где его печатали в каждом выпуске, полагал, что у него есть еще один постоянный рынок в «Файт сториз» Джека Демпси, публиковал свои рассказы в еще нескольких журналах благодаря своему агенту Отису Эделберту Клайну и, более того, считал, что только что продал повесть на британский рынок. Это была настоящая идиллия. Но она длилась недолго.

Патрис Луине