Пришлая - Алана Русс

Но она пыталась. Честно пыталась. Ведь как иначе растолковать то, что она сейчас здесь с нами, в компании лесной нимфы, человека и дракона, а не на побережье собирает сплетни с Белоснежкой-Габриэль?

* * *

Обе нимфы и Окара с удовольствием развлекались на мелководье, но для меня воды Уноэссо оказались чересчур холодными. Поэтому я стояла на берегу в своем единственном выходном синем платьице, пытаясь хоть немного обсохнуть, и наблюдала, как дракон с вишневой чешуей извергает пламя, и оно, встречаясь с водной гладью, исчезает, превращаясь в пар.

«У нимф сегодня банный день», — улыбнулась я, глядя на Уму, спешащую понежиться в сизых клубах.

— Тебе не страшно быть так близко?

Как всегда спокойный, размеренный голос. Чуть ниже, чем мне могло бы нравиться и чересчур мягкий для истинного обличия этого громадного огнедышащего ящера.

— Шарар! — испуганно схватилась я за сердце. — Не ожидала увидеть тебя в…

Я мельком взглянула на дракона. Как я уже на своем горьком опыте убедилась, эти творения богини света абсолютно не стесняются наготы.

— А чего стесняться? — заливалась смехом Окара, глядя как мы с Дионом и Умой словно по команде разом отвернулись, едва девушка скинула одежду. — Это же не мое истинное тело! Просто оболочка!

Правда пообещала, что делать так больше не станет, раз уж мы настолько впечатлительны. И даже обращаться при нас не решилась.

— Не ожидала увидеть меня в штанах? — изогнув бровь, бесстрастно глядел вдаль Шарар, а затем добавил. — Шутка.

Поверить в то, что этот непомерно серьезный старшекурсник шутит, я никак не могла.

— Эмм, нет, — попыталась улыбнуться я, но от растерянности лишь едва скривила губы. — Не ожидала увидеть тебя здесь в таком обличье.

— Ах, это, — Шарар скептически оглядел свой обнаженный, без малейшего изъяна торс. — Просто хотел поздороваться в привычном для тебя виде.

Я хмыкнула. Видимо старосте второго этажа общежития невдомек, что для меня привычный вид все же должен быть подкреплен не только штанами, но еще хотя бы рубашкой какой-никакой.

— Ясно, — смущенно протянула я, отводя взгляд. — Что ж, тогда здравствуй!

— Здравствуй, — по-прежнему глядя на волны отозвался Шарар.

Разговор никак не клеился.

— Так тебе не страшно? — повторил он вопрос с которым и подошел ко мне.

— Уже нет, — засмеялась я. — Хотя, видела бы ты мое лицо, когда я впервые познакомилась с драконами!

Я изобразила на лице гримасу ужаса вперемешку с удивлением. Шарар вежливо попытался выдавить подобие улыбки и покачал головой.

— Я не о нас, — он кивнул в сторону развлекающейся троицы. — Я о твоем зеленокожем друге.

— А что с Дионом не так?

Шарар на мгновение призадумался.

— Я никогда лесных нимф ранее не встречал, — почесал он бровь. — Но многое о них слышал. Так что будь осторожна с этим своим другом.

Сделав особый упор на последнее слово, дракон уселся на песок и, как ни в чем не бывало, принялся крутить в пальцах ухваченный камешек.

— Почему? — удивилась я, присев рядом. — Дион куда дружелюбнее многих.

— В его дружелюбии я не сомневаюсь, — дракон продолжал все так же бесстрастно разглядывать плывущего рядом с Умой Диона. — Просто знаю, что такие, как он, живут в лесах довольно уединенно и…

— Дион не дикарь! — перебила я парня, рассердившись. — Это все глупые предрассудки.

Шарар поджал губы.

— Может и предрассудки. Но ты еще очень юна и доверчива, а первое впечатление порой обманчиво.

— И вовсе не обманчиво, — насупилась я словно ребенок.

Отчего-то Диона мне хотелось защищать. Хоть грудью на амбразуры! И это странное чувство несколько смущало: «Мы ведь знакомы всего ничего, а он мне уже как родной? Это вообще нормально?»

— Лесные первые творения Ириты, — настоятельно изрек дракон после очередной продолжительной паузы. — Они ближе всех прочих к природе. И чего греха таить, они и есть сама природа.

— И что с того? — не унималась я.

Саднящее чувство обиды все никак не покидало. Да и с Шараром мы не настолько близки, чтобы тот вот так бесцеремонно мог лезть мне в душу и давать нравоучительные советы.

— А с того, что природа порой необузданна, — наконец обратил на меня взгляд своих желтых змеиных глаз Шарар. — Дион не так безобиден, как тебе может казаться, Елизавета. Ты знаешь, что лесные нимфы двуобличны, и их вторая сущность есть собрание всей природной стихии в самом ее разрушительном проявлении?

— А где гарантия, что это не выдумки? — стойко выдержав пристальный взгляд, миролюбиво поинтересовалась я. — Вокруг лесных выстроено столько неправдоподобных легенд, что со счету сбиться можно!

Дракон сощурился. Неужели рассердился?

— В любом случае, — скоро проговорила я, пытаясь прекратить спор. — Я поняла тебя и уверяю: буду предельно осторожна.

— Хорошо, — похоже, тоже решил не доводить дело до греха Шарар. — Я надеюсь, что мои слова для тебя не пустой звук. Не хочу, чтобы ты попала в беду.

Он поднялся и учтиво подал мне руку. Я ухватилась за широкую, неестественно горячую ладонь.

— В беду? — удивленно переспросила я, стряхивая назойливые песчинки, прилипшие к одежде.

— Таким как ты на роду написано постоянно попадать в беду, — загадочно моргнул Шарар и улыбнулся. — Но я пригляжу за тобой. Я ведь староста. Это мой долг.

И, искоса глянув на приближающихся нимф, парень пошагал прочь в сторону папоротниковых зарослей. А через минуту-другую в небо взмыл удивительно прекрасный темный дракон. Раза в два больше чем Окара.

Я задрала голову, глядя ввысь.

— Наверное, это здорово, — протянула Ума, встав рядышком, — летать вот так, куда вздумается.

— Наверное, — выдохнула я. — А ты хоть раз летала на драконе?

Ума с ужасом в глазах замотала головой.

— Ты что такое говоришь? Драконы — это тебе не ездовые твари! Упаси тебя Ирита сказануть такое где-нибудь!

— А я бы хотела… — не слушая причитаний Умы, вздохнула я. — Хотела бы полетать.

Дион захохотал, глядя на озадаченно замолчавшую нимфу.

— Привыкай, — похлопал он девушку по спине. — Лиза порой говорит жутко странные вещи. Я уже смирился. Почти.

* * *

Драконьи водные процедуры были завершены. Нимфы тоже накупались вдоволь, и теперь мы дружной компанией шли по песчаному берегу в сторону причала. Хотели выпить чего-нибудь в местной таверне, и для этого всего-навсего нужно было обогнуть остров.

Солнце уже клонилось к закату, а ветер усилился, стал холодным, порывистым. Песчинки взмывали в воздух и так и норовили исколоть глаза.