Империя Зла - Юрий Никитин

– Повопит, – сказал я быстро. – Но толькодруг перед другом. Я ж говорю, каждый интеллигент сам бы стрелял... нет,конечно, сами ручки марать не изволят, но жаждут крови! А поговорят только изкомплекса псевдообразованности. Чтоб Европа вдруг да не думала, что в Россиивсе такие дикие, Камю не читают... Просто, мол, в дикой стране живут, гдеправят всякие самодуры-кречеты. Но, голову даю на отрез, на самом деле такуюрезню примут с удовольствием. А мы получим поддержку всего народа. Не нынешнюю,пассивную, а... реальную!

Коган поежился:

– Погромы будут?

Краснохарев покосился рассерженно:

– Как вам все неймется! Двух зайцев одним камнем! Илишний раз покричать в свое удовольствие, что евреев обижают, и в Израильзагнать еще пару миллиончиков наших сограждан. А то не едут, проклятые. Тамсамим пахать придется, а тут на хребте русского народа ездиете...

Кречет хмыкнул:

– Тут на днях один был на приеме. Из высшихсионистских... Нельзя ли, мол, как-нибудь пару погромов. Хотя бы где-нибудь наокраине. В Перми беремся организовать сами. А то в Израиле рабочих рук нехватает, а палестинцы, что у них работают, то и дело с бомбами за пазухойприходят.

Сказбуш спросил с интересом:

– И что ответили?

– Да так, – ответил Кречет туманно. – Смотрячто пообещают взамен. Поддержку в отношениях со Штатами, отсрочку долгаНидерландам, еще мелочишка, о которой пока говорить рано. А мы, что ж... ВонКоган горит желанием послужить далекой прародине. Его и вздернем.

Коган поежился, потрогал шею:

– Да я как-то не очень горю...

– Зато памятник поставят, – утешил Краснохаревзлорадно. – А мы, скорбя, такой агромадный венок притащим! С лентами. Хотькрасными, хоть черными. А хоть с голубыми. Это ж не за какую-то Россиюпострадаешь, а за свой Израиль!

Коган вздохнул:

– Ладно, уговорили. Если венок большой...

А Сказбуш сказал с неудовольствием:

– Что погромы... Морду набить, подушку распороть... Вонна Украине так всегда от мала до велика всех под корень! Начиная со СвятополкаОкаянного и через Хмельницкого и гайдамаков до Петлюры и Бандеры. Вы уж, ПлатонТарасович, торгуйтесь как следует! Они что угодно дадут за то, чтобы им свойИзраиль людьми пополнить. Хоть половину американского флота, хоть любой штат кРоссии присоединят на правах Татарии. Кстати, у них тоже не церемонятся. А стеррористами так вовсе никогда в переговоры не вступают! Штурм, и все! При задержанииживья не остается...

Он завистливо вздохнул. А Коломиец посмотрел на меня косо,сказал негромко, но с такой умелой актерской значительностью, что услышали все:

– Как сказал Цукерман... или Цукерник, уж не помнюточно:

Возглавляя партии и классы,

Лидеры никак не брали в толк,

Что идея, брошенная в массы, –

Это девка, брошенная в полк.

Сказбуш хмыкнул, но было видно, что благосклонно слушает иподдерживает министра культуры. А когда тайная полиция поддерживает культуру,то по моей толстой волчьей шкуре сразу бегут мурашки размером с камчатскихкрабов. Тайная полиция не бывает хорошей, зато культура не только бываетполицейской, но еще как бывает!

– Это сказал Губерман, – поправил Сказбушснисходительно, но выпрямил спину и посмотрел орлом, все ли заметили, что главаФСБ поэзию знает лучше министра культуры. – А что до идей, так всегдабыло. Как с идеями христианства, коммунизма, пуританства, Во что выльются идеигосподина... или товарища Никольского уж не знаю, не знаю. Но памятник непоставят, точно. Может быть, как с Кромвелем: через сто лет выроют скелет ивздернут. А может, иконы нарисуют! Красивого такого, с благородным лицом иорлиным взором. Который даже в компьютерные игры резался без кодов и солюшенов.

– А если в дефматчи, – поддержал Коган с обидой вголосе, – то без подленьких патчей, когда себе бессметрие, а противнику –масдай!