Глаза Гейзенберга - Фрэнк Герберт

– Слишком рано говорить об этом, – сказал Поттер. Он посмотрел на компьютерную сестру. Ей удалось наконец достать крышку, и она остановила ленту, – Есть какие-либо предположения, как это случилось?

– Вероятно, подвел соленоид, – сказал Свенгаард.

– Это оборудование довольно старое, – сказала сестра, – Я несколько раз просила заменить части, но, кажется, мы не справляемся с первостепенными нуждами вовремя.

«А в Централе неохотно признают, что что-то может износиться», – подумал Поттер.

– Да, – сказал Поттер, – Осмелюсь сказать, что сейчас мы получим замену.

«Кто-нибудь еще мог увидеть, как она зацепила выключатель?» – размышлял Поттер. Он попытался вспомнить, где находился каждый в комнате и куда они смотрели; обеспокоенный тем, что за ней мог наблюдать какой-нибудь второстепенный агент Безопасности. «Если бюро Безопасности видело это, ей не жить, – подумал Поттер, – И мне тоже».

– Частью доклада об этом случае будет сообщение техника о ремонте, – сказал Свенгаард, – Я полагаю, что вы… – Я лично прослежу за этим, доктор, – сказала она.

Отвернувшись, Поттер подумал, что у них с компьютерной сестрой сейчас состоялся молчаливый разговор. Он заметил, что большой экран уже зияет серой пустотой, Дюраны уже не наблюдают больше. «Следует мне самому встретиться с ними? – размышлял он, – Если они входят в подпольный Центр, они смогли бы помочь. Что-то необходимо предпринять с этим эмбрионом. Самым безопасным было бы совсем убрать его отсюда… но как?»

– Я позабочусь о дальнейших контактных связях, – сказал Свенгаард. Он начал проверять герметичность чана, дубликаты жизненных систем, разборку мезонного генератора.

«Кто-то должен встретиться с родителями», – подумал Поттер.

– Родители будут разочарованы, – сказал Свенгаард, – Они обычно знают, почему вызывают специалиста… и, вероятно, надеются.

Дверь из комнаты готовности открылась, и появился человек, в котором Поттер признал агента Безопасности из Централа. Это был круглолицый блондин с такими чертами лица, которые обычно забываются через пять минут после того, как человек ушел. Человек прошел через комнату и направился к Поттеру.

«Это конец мне?» – размышлял Поттер. Он заставил голос звучать как обычно и спросил:

– Как насчет родителей?

– Они чисты, – сказал агент, – Никаких недозволенных приборов – разговор нормальный… разный мелкий разговор, но нормальный.

– Никаких намеков на другое? – спросил Поттер, – Какие-нибудь способы, с помощью которых они могли бы проникнуть в отдел Безопасности без инструментов?

– Невозможно, – пропыхтел человек.

– Доктор Свенгаард полагает, что у отца излишнее чувство мужского покровительства, а у матери чрезмерный инстинкт материнства, – сказал Поттер.

– Записи показывают, что это вы их формировали, – сказал агент.

– Возможно, – сказал Поттер, – Иногда приходиться сосредоточить внимание на главных моментах формирования, чтобы спасти эмбрион. Мелкие детали ускользают.

– Что-нибудь ускользнуло сегодня? – спросил агент, – Я понимаю, была стерта лента… случайность.

«Он подозревает?» – спросил себя Поттер. Степень собственного участия и личной опасности угрожала заполнить все его существо Поттера. Ему требовалось величайшее усилие, чтобы поддерживать обычный тон.

– Конечно, всякое бывает, – сказал Поттер. Он пожал плечами, – Но не думаю, что здесь есть что-то необычное. Мы потеряли оптиформу, спасая эмбрион, но это случается. Мы не можем всегда одерживать победы.

– Нам следует восстановить запись эмбриона? – спросил агент.

«Он продолжал закидывать удочку», – сказал себе Поттер. А сам сказал:

– Как вас устроит. Я составлю словесную ленту операции довольно скоро – почти так же, как обычную. Вы можете подождать и проанализировать ее прежде, чем решите.

– Я так и сделаю, – сказал агент.

Свенгаард уже убрал микроскоп с чана. Поттер слегка расслабился. Никто не собирается бросить случайный и опасный взгляд на эмбрион.

– Я полагаю, что мы устроили вам ложный вызов на охоту на диких гусей, – сказал Поттер, – Сожалею, но они действительно настаивали на наблюдении.

– Лучше десять охот на диких гусей, чем один случай с родителями, которые слишком много знают, – сказал агент, – Как была стерта лента?

– Случайно, – сказал Поттер, – Изношенное оборудование. Мы скоро представим вам технический отчет.

– Опустите в отчете изношенное оборудование, – сказал агент, – Я приму это как устное сообщение. Олгуд должен показывать сейчас каждое сообщение в Туере.

Поттер понимающе кивнул:

– Конечно, – Люди, которые работали вне Централа, знали о таких вещах. Мелкие, пусть и тревожные, проблемы скрывали от оптименов.

Агент осмотрел хирургический кабинет оценивающим взглядом и сказал:

– Когда-нибудь нам не нужно будет соблюдать всю эту секретность. Но это будет очень не скоро, – Он отвернулся.

Поттер проследил, как тот удалился, думая о том, как четко агент вник в нужды его профессии. Прекрасная операция, только с одной ошибкой – слишком все гладко, слишком много холодной логики, недостаточно творческого любопытства и готовности исследовать пути случайности.

«Если бы он нажал на меня, он бы достал меня, – подумал Поттер, – Ему следовало бы побольше проявить любопытства относительно этого случая. Но все мы стремимся подражать нашим хозяевам – даже в их слепоте».

У Поттера начало появляться больше уверенности в успехе опаснейшего предприятия. Он вернулся, чтобы помочь Свенгаарду с окончательными деталями, удивляясь:"Откуда мне знать, что агент удовлетворен моим объяснением".Никакого чувства беспокойства не присутствовало в вопросе. «Я знаю, что он удовлетворен, но откуда я это знаю?» – спрашивал себя Поттер.

Затем он понял, что мозг его занят корреляцией генной информации – внутренней работой клеток, их внешними проявлениями – он занимался этим столько лет, что вес данных перешел в новый уровень понимания. Он уже мог читать мельчайшие детали, выдающие реакции генного типа.

Я уже читаю по лицам людей!

Это было поразительное открытие. Он осмотрел комнату, бросив взгляд на сестер, помогающих закончить разборку. Когда он встретился взглядом с компьютерной сестрой, он понял, что она преднамеренно уничтожила ленту записи. Он знал это.