Пробуждение хранителя - Анна Минаева

Да и Рию пока хотелось держать подальше от всего происходящего. Я почти уверена, что она сунет свой любопытный нос к Сердцу Магии, чтобы попытаться мне помочь. А рисковать ею я совершенно не хотела.

«Я прослежу, — наконец произнесла она, будто прислушиваясь к моим мыслям. — Не переживай!»

— Эй, чародейка! — окликнул меня вставший с лавки старшекурсник.

— Меня зовут Фрея, — слишком резко отозвалась я, поднимая глаза на колдуна.

— Прости, — он развел руками, — не хотел обидеть.

— Ничего, ты тоже прости, — я неловко улыбнулась. — Нервы.

— Понимаю, — Ман кивнул, — помню, я в свой первый магический бой чуть сознание от счастья не потерял. Не ожидал, что выйду во второй тур.

— Тогда ты меня понимаешь, — хмыкнула я, чувствуя, как Рия разрывает телепатическую связь. — Тоже не ожидала, что смогу.

— Ты ведь одна из возможных хранительниц, да?

Его вопрос кольнул неприятным чувством. Но я не стала скрывать.

— Да, это так.

— Тогда понятно, почему ты тут, — усмехнулся он. — Тебе ведь надо со своей силой лучше познакомиться.

— Откуда тебе это известно?

— Птичка начирикала, — хитро прищурившись, произнес Ман. — Ну да ладно, мне просто интересна твоя сила. Нападение с земли было неожиданным. Второй раз я на это не поведусь.

— Учту.

— Хорошо.

Диалог прервался разъехавшейся стеной. Пошатываясь, в помещение вошли колдуны. Зак смотрел перед собой, не обращая внимания на неровную походку. А на его губах играла довольная улыбка.

Похоже, именно он выиграл во втором бою.

— Фрея Игрис и Ман Ти-и-инь! — голос Кейна Лакруа прокатился по арене и трибунам, не давая нам даже мгновения на передышку.

Зрители взорвались бурными аплодисментами.

— Дамы вперед, — Ман отступил на шаг, пропуская меня. В его темных глазах плескалось любопытство. Но спиной я чувствовала опасность.

Стараясь не показывать своих истинных чувств, я прошла мимо Зака и первой вышла на арену. Яркий свет на мгновение ослепил, а потом…

Резко обернувшись, я поставила щит. И очень вовремя это сделала. Алая стихия, растянувшаяся передо мной куполом, поглотила ветвистую синюю молнию, брошенную в меня.

— Хорошая реакция, — похвалил меня Ман, отступая спиной и не сводя с меня взгляда.

Зрители затихли, пытаясь услышать все, что происходило на арене. Но вместо ответа я запустила в колдуна небольшим огненным шаром. Для проверки.

Ман отвел его в сторону играючи. И усмехнулся.

Он опять ударил в спину. Я не заметила, как чары обогнули меня, зато почувствовала жар на коже, который с огромной силой отбросил меня в сторону. Развеять магию удалось не так быстро, как мне бы того хотелось. Судя по запаху горелого, рубашка Триши безнадежно испорчена.

— А так мне даже больше нравится, — облизнулся колдун. — Так наш бой будет еще более зрелищным.

Легкий, непонятно откуда сорвавшийся ветер мазнул меня по обнаженным лопаткам. Но одежда не слетела, держалась на рукавах.

Со стороны послышались смешки, но тут же потонули в гуле недовольных, потому что колдун напал опять.

В этот раз вокруг меня слишком быстро начал сгущаться серый туман, пытаясь захватить в кокон.

Огненный щит возник куполом, защищая от неизвестной магии. Щупальца тумана тянулись к нему, ударялись о стенки и с шипением отскакивали обратно. В какой-то миг проклятие усилилось и облепило мой щит толстым слоем. Давило, прогибало защиту. Я не видела ничего, кроме серости. И это пугало.

— Назад! — рявкнула я.

Щит разлетелся в стороны, унося с собой туман и уничтожая его.

А в улыбающегося колдуна уже летела выплеснутая в воздух стихия. Подпитанная эмоциями. Злостью.

Он отразил атаку. Щит выдержал.

Удерживая одним пассом стихию, которая пыталась найти брешь в защите, я щелкнула пальцами.

В памяти всплыло недавнее занятие по пиромантии. Насланные на Мана чары разделились, били точечно, а затем взрывались.

В какой-то миг защита не выдержала, лопнула с оглушающим грохотом. Тогда-то пламя ударило из-под земли. Обхватило мужской силуэт пламенем и сожрало ленту, которые мы так и не сняли с рук. После чего слишком быстро погасло: он предусмотрел подобное нападение.

— Ах ты дрянь!

Весь огонь погас, придавленный огромной тенью. Не было предмета, который бы ее отбрасывал, но она все росла и ползла в мою сторону.

От одного только взгляда на нее по спине ползли мурашки, становилось до ужаса страшно.

— Моя сила в моих эмоциях, — прошипела я, позволяя испугу напитать следующее заклинание.

Оно вновь не было сформировано. Стихия попросту подчинялась моему желанию.

Над ареной взлетел небольшой шарик и вспыхнул ярким желтым светом. Напоминал маленькое солнце в зените. И уничтожал любую тень.

Заклинание Мана сопротивлялось всего секунду, перед тем как испариться. А я, воспользовавшись заминкой, выплеснула остатки силы, сплетая их в хлыст. Он со свистом рассек воздух, оплелся вокруг шеи Мана и потянул в мою сторону.

Неловко взмахнув руками, колдун упал на живот, вскинул руку, чтобы дать отпор. Да только от хлыста отделилось больше двадцати нитей и оплело его пальцы, запрещая создавать заклинания, завязанные на пассах. Они не жгли кожу — согревали. Сил у меня практически не осталось.

Он злобно прошипел слова другого чародейства. Но не успел.

— Пять! — прогремел голос Лакруа. — Ровно пять секунд Ман Тинь бездействовал, когда вражеские чары коснулись его. И все мы знаем, что это значит!

Трибуны взорвались криками, да только не все из них были радостными.

— Это значит, — Кейн вышел из открывшегося рядом со мной портала, — что победителем третьего боя становится Фрея Игрис!

Я опустила руки, разрушая свои чары. Ман тут же вскочил на ноги и прожег меня злым взглядом.

— Завтра Фрея Игрис встретится на этой арене с Заком. Не пропустите столь зрелищное представление!

Сняв с себя заклинание усиления голоса всего двумя быстрыми пассами, Лакруа повернулся к нам:

— Хороший бой. Возвращайтесь.

Подчиняясь его словам, разошлась стена, отделяющая комнату ожидания от арены. Ман первым направился туда, чуть ли не чеканя шаг.

А я же повернулась и на мгновение пошатнулась, перед глазами поплыли черные точки. Выдохнув, собралась с силами и пошла следом за колдуном.

Стена сошлась за спиной Кейна, отрезая нас от шумящих зрителей. Лакруа окинул взглядом комнату, на мгновение задержался на мне, а потом кивнул: