Бессмертные герои - Валентин Леженда

— Совращение восьми несовершеннолетних великанш, внучек царя листригонов Антифата.

Все двадцать пышущих силой и здоровьем бугаев, услышав сие, оглушительно расхохотались, вызвав где-то недалеко в горах сильный камнепад.

— Вот так-то! — утирая выступившие на глазах слезы, констатировал Автолик.

— Меня зовут Дентос! — представился весельчак из кустов. — Я сын царя Крита Миноса.

— Эритрон! — коротко бросил бритоголовый атлет, с виду отъявленный убийца. — Сын Ареса…

— Тронос…

— Селий…

— Бинатос…

— Трегастилион…

В общем, представились все двадцать с лишним здоровяков. Но не все герои были отпрысками всемогущих богов, некоторые были из царских родов. Да и подвигов у них было раз-два и обчелся, по большей части по одному на рыло. Рекордсменами оказались лишь Автолик с Дентосом.

У Автолика, как уже было сказано, в активе имелись три героических деяния: похищение дочерей некоего Триона, укрощение дикого быка в храме Ареса и разрушение статуи богомерзкого Псевса — покровителя далеких диких племен.

Дентос же отличился пока лишь два раза. Убил того самого пещерного льва (упав на спящего зверя с приличной высоты, когда его (героя) оглушил палицей герой Тронос). И бурная ночь с предводительницей горных амазонок Псиртестой засчиталась могучему Дентосу как второй подвиг. Псиртеста была самой холодной из всех проживающих в Греции женщин. Но великому герою как-то все же удалось растопить этот лед и подарить амазонке трех сыновей-близнецов.

— Эх, будет у меня время, расскажу тебе, как похитил я у царя Триона его умственно неполноценных дочурок, — вторично хлопнул по плечу Тесея Автолик. — Да, кстати, а ты кто таков будешь?

— Я Тесей, будущий великий герой Афин, сын царя Эгея и внук правителя Арголиды Питфея.

— Нормально! — одобрительно закивали прочие герои, которым родословная юноши пришлась вполне по душе.

— Присоединяйся к нам. Вижу, ты славный малый, — щедро предложил Дентос.

— Подумай хорошенько, — добавил Автолик, видя явное сомнение на лице Тесея. — В компании у тебя будет намного больше шансов совершить великий подвиг, нежели в одиночку. Зачем далеко ходить за примером. Действуя в одиночку, на свой страх и риск, ты сегодня здорово нарушил наши планы, испортил засаду и спугнул великана.

— Спугнул? — недоверчиво переспросил Тесей.

— Да-да, именно спугнул, — подтвердил свои слова сын Гермеса. — Этот гад уже второй день от нас по горам прячется. Ну ничего, мы его все равно найдем, ведь так, парни?

— Найдем-найдем! — дружно взревели двадцать могучих глоток.

— А как же вы, в конце концов, решаете, кому приписать очередной подвиг? — все сомневался Тесей, вспоминая своего хитрого деда, всегда принимавшего лишь по десять раз взвешенные решения.

— Тут как получится, — пожал плечами Авто-лик. — Следим за жертвой, загоняем ее в тупик и всей ватагой в бой. Кто первым чудище прикончит, затем героем подвиг и засчитывается.

Тесей мучительно размышлял, тщательно обдумывая свои шансы на успех в одиночном героическом рейде.

По всему выходило, что сын Гермеса говорит дело. В могучей компании куда легче по горам да равнинам скакать и, главное, веселее.

Но вот как потом делиться? Что ж, в любом случае он вполне может снова уйти в одиночное плаванье.

— Годится! — наконец громко произнес юноша. — Я присоединяюсь к вам.

— Молодчина! — хором загомонили герои.

— По этому поводу нужно непременно выпить, — улыбнулся Дентос. — Доставайте ваши кружки, парни, у меня тут во фляге осталось немного вина!

Однако будущее показало, что решение Тесей принял крайне неудачное.

* * *

Перифета нашли на высоком скалистом уступе, который обрывался в колоссальную пропасть, черную бездну, ведущую, вполне возможно, в самые недра Тартара.

Великан понял, что песенка его спета и деваться теперь, кроме как головой в жуткую бездну, некуда.

Перифет жутко скалил желтые кривые зубы, зловеще сопел и грозно таращил глаза, воинственно размахивая своей знаменитой железной палицей, пытаясь отогнать наступающих на него многочисленных героев.

И неискушенному в таких делах Тесею было видно, что великан здорово напуган: накидка на нем взмокла, руки нещадно потели. Того и гляди выскользнет грозная железная дубина и улетит в глубокую пропасть. Чем потом от врагов отбиваться? Ну разве что ногами.

Герои же, беззаботно посмеиваясь, каждый на свой лад готовились к предстоящему сражению, или же, правильней сказать, к бойне.

Селий с Бинатосом разматывали огромную ловчую сеть. Эритрон хмуро точил бруском камня копье. Автолик крутил в ловких руках короткие мечи, а Дентос делал в сторонке спортивные отжимания.

Лишь Тесей, скромно присутствующий в этой довольно разношерстной толпе, казался со стороны совершенно растерянным и решительно не въезжающим в происходящее.

И вот именно на него, в конечном счете, Перифет и решил напасть, посчитав юношу самым слабым звеном.

Вскинув железную палицу, великан неожиданно пошел на будущего великого героя Афин. Тесей же не растерялся, выхватил меч и… палица с грохотом выпала из огромных рук Перифета. Великан схватился за живот и, указывая пальцем на серповидный меч юноши, оглушительно загоготал.

Прочие герои также с интересом посмотрели на оружие Тесея, торжественно поднятое над его головой.

Взрыв дружного героического хохота, пожалуй, заглушил даже те звуки, которые громогласно издавал трясущийся, словно эпилептик, Перифет.

Ничуть не обидевшись, Тесей с удовлетворением наблюдал за тем, как великан медленно пятится к краю обрыва, оступается и, нелепо взмахивая руками, с воем летит вниз.

Героический смех тут же как отрезало, и славные мужи Греции, отталкивая друг друга, бросились к краю чудовищной бездны.

Перифет по-прежнему был там, медленно опускаясь на дно черной пропасти. За спиной великана было развернуто странное, удивительное устройство, больше всего напоминающее полукруглый купол храма Аполлона в Дельфах.

Перифет гневно грозил смотрящим сверху на него героям огромным волосатым кулаком, пока окончательно не скрылся в поглотившей его тьме.

— Ну, Тесей, ты даешь… — хрипло произнес Автолик, и прочие эллины поглядели на сына царя Афин с большим уважением.

— И мне, что ли, свой меч в бараний рог согнуть? — задумчиво пробормотал Дентос, шевеля кустистыми античными бровями.

Так знаменитый Тесей совершил свой самый первый героический подвиг. (Что ж, весьма недурственно, хотя я, конечно, предпочел бы сразиться с Перифетом, скажем, на… вениках. Совсем не больно, но зато очень обидно, когда пропускаешь удар соперника.)