Обсидиановый пепел - Анна Восковатая

Он теперь летать может? Это же так здорово.

Магда еще раз ласково пробежалась пальцами по кроющим перьям.

— А ты чувствуешь, что я тебя трогаю? — с исследовательским интересом спросила она у лекаря, который замер и не шевелился, пока изучала его новую часть тела.

— Конечно, чувствую, — согласился он, пытаясь через плечо посмотреть на любовницу.

— И как?

— Как будто ты меня гладишь, едва касаясь пальцами. Очень приятно, — отозвался Вард чуть хриплым со сна голосом.

Магда хмыкнула и запустила пальцы в плечевые перья, почесав будто кошку за ушами.

— Сердце мое, мне, конечно, приятно, но я с большим удовольствием тебя поцелую, — развеселился Вард. — Иди ко мне.

Он попытался развернуться и поймать девушку в объятия, но задел крылом стоящий рядом с кроватью на сундуке поднос с кубками. Выругался, когда пустая посуда покатились по полу. Попытался встать, но запутался крылом в пологе кровати.

— Бездна! — ругнулся Вард.

Магда рассмеялась, но помогла ему, освободив крыло из ткани.

Наконец, он ругаясь под нос встал и застыл перед ней взъерошенный после сна и до демонов соблазнительный. Вард был на голову ее выше и сейчас глаза Магды оказались на уровне его груди, но крылья выглядывали из-за его плеч. Метра по три каждое в размахе скорее всего.

— Раскрой крылья, — потребовала Магда, закусив губу. — Ты же можешь ими управлять? То что ты к ним не привык я уже поняла.

— Могу, но если раскрою, — он посмотрел вокруг, оценивая расстояние, — разнесу тут все.

— Ну, хоть чуть-чуть, — попросила Магда.

Вард шумно выдохнул. Крылья чуть приоткрылись, раскрывая маховые перья. Она не ошиблась. Крылья у Варда огромные. Где он вообще их прятал раньше?!

— Всезнающий, это великолепно, — пробормотала она, осторожно проводя пальцами по мягкому пуху его крыла. — Они очень красивые.

Вард удивленно моргнул и кажется засмущался. От легкой ласки неосознанно распушил перья. Магда хмыкнула. Кинула на него лукавый взгляд и вдруг резко дернула одно перо, вырывая из крыла. Не ожидавший такого несанкционированного нападения Вард ойкнул и ошеломленно уставился на перо в ее руке.

— Какого демона? — буркнул он. — Я тебе что фазан?

Магда рассмеялась и воткнула перо себе в волосы.

— Буду носить с собой вместо талисмана, — подмигнула ошарашенному ее поступком лекарю.

— Так значит? — коварно усмехнулся Вард.

Магда завизжала, когда он ухватил за талию и принялся щекотать. Она извивалась в руках лекаря, пытаясь выбраться из его рук. От смеха на глазах появились слезы. Но ладони Варда уже переместились на лопатки, прижимая девушку к себе. Белоснежные крылья сомкнулись у нее за спиной, заключая их в импровизированный кокон. Прикосновение перьев к обнаженной коже приятно щекотало и возбуждало.

Магда подняла голову и столкнулась с его глубоким взглядом. Сегодня глаза у Варда были ярко-голубыми как весеннее небо, но в них уже зажглись искры желания. Мужчина склонился к ней, целуя ласково, но настойчиво, приоткрывая ее губы своими и скользя языком ей в рот. А руки прижали крепче к себе.

Боги! Она невероятная девушка! Безумно желанная, страстная и красивая. Магда чуть с ума его не свела этой ночью. Такого он не ощущал ни с одной женщиной. Видимо, правду говорят, что хилфлайгоны влюбляются раз и на всю жизнь.

Довольно не только его тело. Безумно счастлива магия. Удовлетворена, успокоена. Больше не ревет внутри, трезвоня об опасности, угрожающей одной несносной девице, которая кстати посмела выдрать у него из крыла перо.

Маленькая разбойница.

Крылья появились ночью. А у него не было сил их убрать. Наверное, появление крыльев спровоцировало сильное эмоциональное потрясение. А оргазм в ее объятиях мог вполне претендовать на такое определение. Магда ничего не заметила, извиваясь в его руках. Да они вообще мало что замечали этой ночью, поглощенные собственными ощущениями и друг другом.

Сейчас, целуя ее, Вард сосредоточился и приказал крыльям исчезнуть. Перья медленно растворились в воздухе, сначала становясь прозрачными, а потом оставляя сияющие сполохи энергии, пока совсем не пропали.

Вард с сожалением оторвался от губ любимой. Вообще не хотелось ее выпускать из кольца своих рук. Закрыл бы в спальне на всю жизнь, чтобы больше не лезла на рожон.

Боги! Как хотелось ее прибить вчера!

Как его корежило от боли, когда увидел всю крови у ног Домерка. Впервые едва не потерял самообладания. Готов был рвать ублюдка голыми руками. Остановила рысь, которая явно знакома с Магдой и опекает несносного видгара.

Пока донес Магду до лекарни пережил все муки Бездны.

Но рядом с несносной заразой, которая искренне не понимала, почему он злится, гнев улегся. Слишком она соблазнительна была в одной рубашке. Понял, что рядом с Магдой нельзя откладывать ничего на потом. В любой момент он мог ее потерять. Осознание этого убрало последние преграды между ними.

А когда обняла, прося не умирать. Боги! Да у него все внутри перевернулось. В ее голосе столько искренней и невыносимой муки было. Кого она потеряла? И что, Бездна и все ее демоны, случилось с ней в Долине Водопадов?

Но сейчас все вопросы отступили на второй план. Вард просто любил ее и не хотел выпускать из объятий. Крылья исчезли, повинуясь воле хилфлайгона. Вард приподнял Магду и посадил на стол, протискиваясь между ее коленей. Его страстная девочка отвечала на каждый поцелуй, каждую ласку. И он сходил с ума.

Боги! Не хотелось возвращаться в замок к многочисленным обязанностям, хотелось закрыться с ней в лекарне и дюжину, нет… сотню дней не выпускать ее из объятий.

Но у судьбы на него были свои планы. Магда вздрогнула в его руках, когда дверь сотряслась от грохота.

— Бездна! — выругался Вард, отрываясь от ее губ.

— Не открывай, — немного охрипшим голосом попросила Магда. — Пусть катятся к демонам и притянула к себе.

Вард готов был с ней согласиться, но дверь опять сотрясалась от ударов.

— Вард, выходи! — заорал под дверью Марк. — Я знаю, что ты там. Слышу.

— Иди в Бездну! — рявкнул в ответ Вард, а Магда захихикала и поцеловала его в шею.

— И Магду слышу, — проорал Марк. — И знаю, чем вы там занимаетесь, — ехидно добавил он.

— Проклятый фивирет, — скривился лекарь. — Мне иногда хочется его убить, хоть он и мой брат. Особенно за его бесцеремонность.

— Я помогу, — пообещала Магда, целуя его и с сожалением отстраняясь. — Иди, он же не отстанет.

Вард с сожалением разжал объятия и отошел, с жадностью глядя на ее обнаженное тело в откровенной позе на столе. Но Марк снова затарабанил в дверь. Лекарь надел брюки, натянул рубашку и босой бросился к двери, которая уже жалобно скрипела под ударами и тряслась.