Корона за холодное серебро - Алекс Маршалл

– Угу, – ответила София, соударяясь кулаками с Хортрэпом и поворачиваясь к Феннеку, когда старый великан вышел из шатра в сопровождении Сингх. – Эй, Феннек! Это я! Твой старый друг! И я тебя счастлива видеть, засранец!

Поначалу съежившись от ее голоса, Феннек наконец-то взглянул ей в лицо и робко улыбнулся:

– Знай я, что ты еще бродишь по свету, Кобальт, я бы сыграл иначе. Совсем не так. Рад, что ты жива.

– Да брось, не расстраивайся из-за меня, – сказала София, заключая его в крепкие объятия. Он набрал несколько фунтов, его резкие энергичные черты с годами смягчились, но в остальном он постарел куда пригляднее, чем Хортрэп, Канг Хо и даже Сингх. Или она сама, если на то пошло. Хлопнув по спине чуть сильнее, чем ему, наверное, нравилось, София выпустила его. – А теперь проваливай, нам с Чи Хён надо обсудить уйму дел.

– Чи Хён, если бы я тоже мог остаться и… – начал Гын Джу, но Чи Хён чопорно выпрямилась и поцеловала стража добродетели так, что могла бы свернуть ему шею.

Феннек тихо кашлянул и, похлопав Софию по плечу, тоже вышел. Оторвавшись от любовника, Чи Хён толкнула его двумя пальцами в грудь.

– Не думай, что тебе можно являться без объяснений, – заявила она лишь слегка дрогнувшим голосом. – На твоем месте я начала бы сочинять демонски убедительную ложь. А теперь выметайся.

Гын Джу слабо улыбнулся Софии, выходя – почти выплывая – из шатра. Она наконец-то осталась наедине с принцессой. Можно даже начать все с чистого листа.

– Похоже, у тебя здесь все схвачено, Чи Хён. Можно одеть кабана в кольчугу и повести на войну, но это не значит, что там из него не сделают ветчину.

– Ну ничего себе! – воскликнула девушка, из которой улетучилась вся смиренность, как только они остались вдвоем. – Тетушка, я, должно быть, плохо расслышала. Мне показалось, что ты назвала меня свиньей.

София пожала плечами:

– А мне показалось, что ты побеждаешь в боях. Набираешь многочисленных добровольцев и перекупаешь наемников, захватывая эти имперские города. Так скажи мне, девочка, этот твой, гхм, Кобальтовый отряд так хорошо продвигается за счет блистательного генерала или кучки стариканов, которые нашептывают в отвислое поросячье ушко?

– А вот это не по-дружески, – фыркнула девица, поворачиваясь к Софии спиной и опускаясь на корточки перед низким походным столиком.

Она принялась возиться со ступкой и пестиком, как ведьма, готовящая зелье… а потом София услышала хруст бобов калди, учуяла их мягкий аромат, и сильнейшая жажда защекотала горло. Демон побери, прошло слишком много времени с тех пор, как она пила приличный калди, – ранипутрийцы предпочитали сотню разных чаев. Не поднимая глаз от ступки, Чи Хён предложила:

– Хватай подушку, тетушка, мне есть чем усладить твой ядовитый язык.

– Премного благодарна, – ответила София, но, уже собравшись расположиться на самой большой и не похожей на седло подушке, увидела нечто, заставившее ее замереть. Мордолиз сидел на заднице совершенно неподвижно, выпрямив передние лапы и пристально глядя на маленькую совомышь, устроившуюся у него на кончике носа и смотревшую на него. – Это… это же Мохнокрылка?

– Ах да, вы же знакомы. – Чи Хён отвлеклась на миг от закладки зерен в серебряную давилку. На столе уже стояли три грязные чашки. Эта девочка, как пить дать, прилично накачалась калди. – А он… Носолиз?

– Почти правильно, – кивнула София, усаживаясь. Смотреть на общение демонов было так же тревожно и неприятно, как стоять лагерем перед Вратами. – Тебе передал ее твой негодник-папуля? Такого я не ожидала.

– Не ожидала? – переспросила Чи Хён, наполняя чайник водой из бочонка и ставя его на медную жаровню, обогревавшую шатер. – Интересно, чего же ты ожидала, тетушка? Кроме свиньи в доспехах, конечно.

– Послушай, давай поговорим начистоту, – сказала София, на которую сейчас, когда она сидела в одном шатре с принцессой Чи Хён Бонг, вдруг навалились многие месяцы скитаний. Она прошагала и проехала тысячу миль, нагромоздила еще немало трупов и в итоге очутилась в подозрительно знакомом лагере мятежников, за пару сотен лиг от Курска. Целый год метаний по Звезде – и она вернулась туда же, откуда вышла. – Мне плевать на то, чего хотят твои отцы. Мне плевать и на то, чего хочешь ты. Но я думаю, что прямо здесь и сейчас мы можем здорово помочь друг другу. И нам для этого придется быть честнее, чем мы когда-либо будем с Хортрэпом, Феннеком и другими. Согласна?

– Возможно. – Чи Хён уселась напротив Софии и впервые за весь разговор улыбнулась. – Но это же еще предстоит выяснить? Видишь ли, Кобальтовая София, я знаю все, что можно знать о тебе, а ты обо мне не знаешь вообще ничего. Так как же ты можешь быть уверена, что тебе есть что предложить мне и моей армии?

– Я знаю достаточно, принцесса, – сказала София и больше для того, чтобы стереть усмешку с лица этой соплячки, чем ради чего-то еще, бросилась напролом. Единственное преимущество многомесячных странствий по бурным морям и ветреным горам – это уйма времени на размышления. – Твой папаша Канг Хо участвовал в заговоре с самого начала – замечу, мне поганец ничего не сказал. Он поведал мне ту же жалостливую историю, что и другому твоему отцу: тебя уволок злой и страшный Феннек. Впрочем, вряд ли Джун Хван верит в нее больше, чем сразу поверила я.

– О! – сказала Чи Хён. Потом, что было неудивительно для ее лет, спросила: – С ним все в порядке? С моим первым отцом? И сестрами? Никто ведь особо не огорчился? Они так гнусно со мной обходились, что не имеют на это права… Эй, не разжигай ее здесь! Я не хочу, чтобы мой шатер провонял тубаком.

– А? – София взглянула на трубку, которую вытащила совершенно бездумно. – Серьезно?

– Серьезно, – ответила Чи Хён.

– Ты уверена, что ты дочка Канг Хо? – спросила София, но трубку убрала.

Чи Хён встала, подняла с пола верблюжье одеяло и закуталась. Чайник уже побулькивал, и она, залив калди водой, села обратно, скрестила ноги и руки и уставилась на Софию. Могло показаться, что капризный ребенок требует хорошую сказку на ночь.

– У тебя есть что-нибудь добавить в напиток? – спросила София.

– Я могу послать за маслом гхи или…

– Нет-нет, соджу, картофельное вино или еще что-нибудь?

– А, конечно. – Чи Хён махнула в сторону кувшинчика, стоявшего на столе. Ржаногонь, спасибо демонам, любящим нас. Кувшин оказался почти пуст, но всяко лучше, чем ничего. – Ты рассказывала о моей семье.

– Ах да. Они не дураки приврать, все и каждый, но ты это, наверное, сама знаешь. Канг Хо помог вам с Феннеком сбежать, вместе с… гм, как ее зовут? Страннорожденную?

– Чхве предпочитает термин «дикорожденная», – поправила Чи Хён, не оспаривая утверждения об отце.

– Точно, Чхве, твой страж доблести. Кстати, где она? Я слышала, она никогда от тебя не отходит.

– Она с другим твоим Негодяем – Марото. Ушли на разведку, но скоро вернутся. На самом деле уже должны объявиться.