Война с демонами. Книга 1. Меченый - Питер Бретт

– И чтоб мы тебя больше не видели! – крикнул бородач, когда они отошли на безопасное расстояние.

Путник не обратил на них внимания.

* * *

Голоса удалялись, и Рожер боролся со страхом. Разбойники сказали, что убьют его, если он снова попытается встать. Юноша сунул руку в секретный кармашек, но от талисмана остались только щепки и клок золотистых с проседью волос. Наверное, куколка сломалась, когда молчун пнул его в живот. Рожер выронил обломки талисмана из онемелых пальцев в грязь.

Всхлипы Лиши разрывали ему сердце, он боялся поднять взгляд. Он уже совершил эту ошибку, когда великан слез с его спины, чтобы попользоваться Лишей в свой черед. Другой разбойник быстро занял его место, устроившись у Рожера на спине как на скамье, чтобы полюбоваться зрелищем.

Великан казался глуповатым, но если ему и недоставало жестокости товарищей, то его тупая похоть была ужасна сама по себе – животные инстинкты в теле скального демона. Жаль, нельзя выцарапать себе глаза и забыть, как он подскакивал на Лише.

Хватило же ума разболтать, куда они направляются и чем богаты! А ведь Рожер вырос в городе и привык не доверять незнакомцам! Видно, он слишком много времени провел в западных деревушках.

«Марко Шатун им бы не поверил», – подумал он.

Вообще-то, не совсем так. Марко постоянно обманывали или охаживали дубинкой и бросали на верную смерть, но он спасался, потому что не терял головы.

«Он спасался, потому что ты так хотел», – напомнил себе Рожер.

Он представил, как Марко Шатун поднимается и отряхивается, и в конце концов набрался сил и мужества встать на колени. Тело пронзила боль, но кости, похоже, были целы. Левый глаз заплыл и почти не видел, во рту стоял привкус крови из разбитой верхней губы. Тело покрывали синяки, однако Абрум отделал его сильнее.

Но на этот раз стражники не придут на помощь и не отнесут его в безопасное место. Ни мать, ни мастер не заслонят его от демонов.

Лиша снова застонала, и Рожер содрогнулся от чувства вины. Он пытался защитить ее честь, но их было трое, все сильнее его и вооружены. Что он мог поделать?

«Лучше бы они меня убили, – подумал он, оседая на землю. – Лучше умереть, чем видеть…»

«Трус! – рявкнул голос в его голове. – Вставай. Ты ей нужен».

Шатаясь, Рожер встал и огляделся. Лиша, свернувшись калачиком, лежала на грязной лесной дороге и рыдала. Она даже не нашла в себе сил прикрыть срам. Разбойников видно не было.

Впрочем, какая разница? Они забрали переносной круг, оставив их с Лишей на верную смерть. До Крестьянского Пня почти день езды, а впереди жилья нет на много миль. Стемнеет через час с небольшим.

Рожер подбежал к Лише и упал рядом с ней на колени.

– Лиша, ты цела?

Он выругал себя за дрожащий голос. Ей нужен сильный мужчина.

– Лиша, умоляю, ответь. – Он сжал ее плечо.

Лиша не отзывалась, сжавшись в комок, дрожа и рыдая. Рожер гладил ее по спине и шептал слова утешения, бережно одергивая платье. Лиша затворилась в дальнем уголке сознания, чтобы вынести муку, и не желала его покидать. Рожер попытался обнять ее, но она яростно его оттолкнула, снова сжалась и залилась слезами.

Рожер оставил ее в покое и порылся в грязи. Бандиты обшарили сумки, забрали все ценное, а остальное швырнули на землю, высмеяв и испортив. Одежда Лиши была раскидана по дороге, а разноцветный мешок с чудесами Аррика – втоптан в грязь. Его содержимое частично исчезло, частично было испорчено. Разноцветные жонглерские шарики валялись в грязи, но Рожер не стал их поднимать.

Он заметил скрипичный футляр на обочине, куда его зашвырнул молчун, и в сердце затеплилась надежда выжить. Он бросился к скрипке и увидел, что футляр взломан. Саму скрипку еще можно было спасти – настроить и натянуть новые струны, – но смычка нигде не было видно.

С нарастающей паникой Рожер ворошил сухие листья и подлесок, но тщетно. Смычок исчез. Юноша вернул скрипку в футляр, расстелил на траве одну из длинных юбок Лиши и увязал в нее несколько вещиц, которые еще на что-то годились.

Порыв ветра нарушил тишину, зашелестел листвой. Рожер посмотрел на закатное солнце и только сейчас по-настоящему осознал, что скоро они умрут. Жалкие тряпки и скрипка без смычка – к чему они мертвецам?

Рожер покачал головой. Они пока что не умерли, и пережить ночь вполне можно, если не впадать в панику. Он сжал футляр скрипки, чтобы набраться сил. Если они переживут эту ночь, можно срезать прядь волос Лиши и сделать новый смычок. Скрипка поможет уберечься от подземников.

Лес по обе стороны дороги выглядел мрачным и опасным, но Рожер знал, что подземники обожают человечину и стянутся к дороге. Лес – единственная надежда найти укрытие или укромную поляну, чтобы нарисовать круг.

«Как? – спросил ехидный голос. – Ты же так и не удосужился научиться».

Рожер вернулся к Лише и осторожно опустился рядом с ней на колени. Она продолжала дрожать и беззвучно плакать.

– Лиша, – тихо произнес он, – нам надо убраться с дороги.

Она не обратила внимания.

– Лиша, нам нужно найти укрытие.

Он осторожно потряс ее. Она не ответила.

– Лиша, солнце садится!

Травница перестала рыдать и распахнула испуганные глаза. Она взглянула на встревоженное лицо Рожера, покрытое синяками, сморщилась и снова зарыдала.

Но Рожер знал, что на мгновение достучался до нее, и решил не сдаваться. Ей пришлось пережить нечто ужасное, но быть растерзанной демонами еще хуже. Он схватил ее за плечи и как следует встряхнул.

– Лиша, возьми себя в руки! – крикнул он. – Надо срочно искать укрытие, не то к утру наши останки будут разбросаны по всей дороге!

Он намеренно сгустил краски, и это сработало: Лиша очнулась. Она задыхалась, но больше не плакала. Рожер вытер ей слезы рукавом.

– Где искать? – пискнула Лиша, больно вцепившись ему в руки.

Рожер снова призвал образ Марко Шатуна, и на этот раз маска пристала быстрее.

– Для начала нужно убраться с дороги, – заявил он с уверенностью, которой вовсе не испытывал. Как будто у него был план.

Лиша кивнула и позволила поднять себя на ноги. Она скривилась от боли, и сердце Рожера сжалось.

Лиша оперлась на Рожера, и они побрели в лес. Меркнущий свет почти не проникал сквозь полог листвы, под ногами хрустели ветки и палые листья. Сладковато пахло гнилью. Рожер терпеть не мог лес.

Он лихорадочно вспоминал истории о людях, которые пережили ночь под открытым небом, и отбрасывал словесную шелуху в поисках спасительной истины.

Все истории сходились в одном: пещеры лучше всего. Подземники предпочитают охотиться на открытых пространствах, и безопаснее укрыться в пещере с парой простых меток у входа, чем пытаться спрятаться. Рожер помнил не меньше трех последовательных меток из круга. Возможно, этого хватит, чтобы защитить вход.