Дилвиш Проклятый - Роджер Желязны

— Нет, — ответил Лорман. — То место находитсянаверху. Безумный Туалуа видит там свои сны и оттуда посылает свои кошмары, чтобыгубить мир. Вероятно, там есть еще две смежные галереи. По всей видимости, длянаших целей наиболее подходит самая северная. А это значит, что нам придетсяпройти сквозь его Темницу, чтобы добраться туда. Но если нам это удастся, тобольше никаких препятствий не предвидится, и дорога перед нами будет открыта.

— Если нам все-таки повезет, и мы уцелеем, мы что,действительно попытаемся убить его? — поинтересовался Одил.

— Мне ужасно не хотелось даром терять такуюСилу… — сказал Вейн.

— …когда мы уже проделали такой путь, чтобы добратьсядо нее, — добавил Гальт.

— Но мы дали клятву и должны соблюдать верностьей, — сказал Лорман, хихикнув.

— Конечно, — сказал Деркон.

Хогсон кивнул.

— Если от меня будет хоть что-то зависеть, —сказал он, — некоторая часть этой Силы будет использована должным образом.

— Хорошо, — сказал Одил дрогнувшим голосом.

Они прошли по галерее, задерживаясь возле окон, чтобыпосмотреть на полыхавшие вдали зарницы. Добравшись до комнаты, где находиласьЯма, они осторожно прокрались внутрь, держась поближе к стене. Время от временив глубинах Ямы раздавались всплески.

Поглядев друг на друга, они стали обходить Яму, прижимаясьспинами к стене. Никто ничего не говорил. И только когда они уже выбрались изкомнаты и приблизились к дальней галерее, некоторые из них осознали, что всеэто время они шли, затаив дыхание.

Поспешно отступив по галерее, они свернули за первый жепопавшийся угол, и комната Туалуа, наконец, скрылась за поворотом. Ониоказались в большой, тускло освещенной нише, из окон которой открывался болееприближенный вид на залитый лавой меняющийся мир.

— Хорошо, — объявил Лорман, меряя шагаминишу. — Здесь сильные волны Силы. Мы должны встать в круг. Навести фокусбудет довольно просто, и я позабочусь о том, куда его направить. Нет. Ты,Хогсон, иди сюда. Ты произнесешь последние слова Погибельного Заклятия. Лучшебудет, если их скажет белый маг. Деркон, встань туда! У каждого из нас будетсвоя роль в этом деле. Сейчас я их распределю между вами. Мы превратимся влинзу. Вон туда, Одил.

Шесть чародеев по очереди заняли свои места, встав в круг,освещавшийся ярким заревом горевшей Земли. Мимо окон проплыло приведение безголовы, за которым прошествовали еще пять призраков, последний из них бил вбарабан, попадая в такт со взрывами извергавшихся внизу вулканов.

— Это хорошее предзнаменование или дурное? —спросил Гальт у Вейна.

— Большинство предзнаменований отличается тем, —ответил тот, — что об этом можно с уверенностью судить только потом, когдауже слишком поздно.

— Я боялся, что ты скажешь именно это.

— Теперь слушайте меня, — приказал Лорман. —Вот что вы должны делать…

* * *

Дилвиш приподнялся на локте. Семирама улыбнулась ему.

— Сын Селара, — сказала она, — я была рада,что бы из этого не вышло потом, встретиться и познакомиться с тобой, ведь тытак похож на того, другого. — Она поправила простыни и снова заговорила:

— Что касается Джеллерака, то мне не хочется верить вто, во что я теперь вынуждена поверить, ведь он всегда был мне другом. Но ещедо твоего появления я обо всем уже почти догадывалась. Да, в мое время тожехватало жестокости, и я давно к этому привыкла. И мне некому было большехранить верность в наши дни и в этом месте… Но теперь… — Она села. —Теперь я чувствую, что пришло время исчезнуть, поручив его собственной судьбе.Пройдет совсем немного времени, и даже сам Старейший выступит против него.Тогда он будет слишком занят и не сможет преследовать нас. Зеркало дляперемещения в Пространстве снова действует. Давай скроемся сквозь него вместе.И мы быстро завоюем целое царство, ведь у нас есть твой меч, а мне подчиняютсянекие силы…

Дилвиш неторопливо покачал головой.

— У меня была ссора с Джеллераком, и я должен свести сним счеты. Только после этого я смогу покинуть Замок, — сказал он. —Но если мы уж заговорили об оружии, то мне бы очень пригодился меч.

Она подалась вперед и обвила его руками.

— Должен ли ты настолько походить на своегопредка? — спросила она. — Я предупреждала Селара, что ему нужнодержаться подальше от Шоредана. Я знала, что произойдет, ты точно так жебросишься навстречу своей судьбе… Что это, проклятие всего твоего рода илитолько мое?

Он обнял ее и сказал:

— Я должен.

— То же самое я уже слышала от него и при весьма схожихобстоятельствах. У меня такое ощущение, будто я вдруг начала перечитыватьстарую книгу.

— В таком случае, я надеюсь, что в этом издании будетнесколько более счастливый конец. Прошу тебя, не делай мою участь болеепечальной и суровой, чем она уже есть.

— Это всегда в моих силах, — сказала она,улыбнувшись, — если, конечно, мы будем вместе. Но если твоя попыткаокажется удачной, ты заберешь меня с собой?

Странный свет, проникавший в окна за его спиной, позволилему вглядеться в ее лицо, и он, как и его предок веком раньше, ответил «Да».

Потом они встали, поправили одежду, и Семирама отправилаЛишу за оружием. Они выпили по бокалу вина, и ее мысли снова вернулись кДжеллераку.

— Он свалился, — сказала она, — с оченьбольшой высоты. Я не прошу тебя простить то, что прощению не подлежит, нопомни, что он не всегда был таким, как сейчас. Было время, когда он и Селардаже дружили.

— Было такое время?

— Потом они поссорились. Из-за чего, я так никогда и неузнала. Но все же когда-то они были друзьями.

Прислонившийся к спинке кровати Дилвиш глядел в свой бокал.

— Возникает странная мысль, — сказал он.

— Что такое?

— В тот раз, когда мы с ним повстречались, он могпросто устранить меня, прикончить на месте, заворожить, чтобы я погрузился всон, отвести от меня мои мысли, чтобы я утратил представление о самом егосуществовании. Интересно… Может быть, его особенная жестокость ко мне былавызвана именно моим сходством с Селаром?

Она покачала головой.

— Кто знает? Я сомневаюсь в том, что даже он сам вполной мере осознает причины всех своих поступков.

Отпив немного вина, она подержала его во рту.