Лишняя дочь - Nata Zzika

- Я обещал, что способ казни выберешь ты, - Рагнар погладил жену по плечу. – Ты сможешь.

- И из чего мне выбирать?

- Все будет названо непосредственно перед самой казнью. Прости, раньше нельзя, ты должна сделать выбор сердцем, а не разумом.

- А… где я буду в этот момент находиться? Рядом стоять или сидеть?

- Нет. Ты что, никогда не видела казни?

- Где бы я их видела? – удивилась Светлана.

- Лорен скор на расправу и, насколько я знаю, казни в Саритании не так и редки даже среди аристократов. Когда ты подросла и вышла из детского возраста, ты должна была видеть их.

- Ну, вот, не видела, - отвернулась  Света. – Так как это все будет проходить? Расскажи сейчас, чтобы я  была готова и понимала, что мне делать.

- Казнь преступницы, посягнувшей на жизнь княгини, будет на Площади Истины, перед Храмом Триединого.  Мы будем сидеть на балконе одного из домов, там есть один такой – как раз напротив центра площади. Будет очень много людей, все захотят посмотреть,   как умрет  саританская  магиня.  И простишь ли ты ее.

- Прощу? А так можно?

- Отменить казнь – нет. Но ты поймешь, обещаю.

- Итак, я на балконе дома, Риная в центре площади. Потом я выбираю способ, с помощью которого кормилицу лишат жизни. Ее казнят. А я что делаю в этот момент?

- Просто сидишь и смотришь. Потом можно уйти, - Рагнар с беспокойством смотрел на стремительно побледневшую жену. – Прости, отменить уже ничего нельзя. Люди собрались с рассветом, площадь уже битком набита.

- И сколько человек будет с нами на этом балконе? Ты, я, охрана, фрейлины?

- Только ты и я, все остальные останутся за дверями. Ты переживаешь, что не выдержишь? Я буду рядом!

Блин горелый, вот только мужа рядом ей там  и не хватает! Как ловить душу Ринаи, если он будет близко? Ведь ей надо сосредоточиться, уйти «в себя», князь будет тормошить и все испортит!

Светлана не знала, что  делать. Неужели, все усилия пойдут прахом, неужели, она не сможет вытащить кормилицу, и ее малыш… Не будет ее малыша? О, господи…

- Не переживай, - Рагнар ласково обнял жену. – Присутствие на казни – необходимость для князя и княгини. Страшно только в первый раз!

Светлана нервно дернулась – нет уж,  про «первый раз» она вообще не может слышать. В любом контексте!

- У нас почти нет времени, пора выходить, - прервал ее размышления Рагнар.

- Как, нет времени? Как – пора выходить? – взгляд Светланы в панике заметался по спальне. – Зачем же ты… Зачем же мы… Я думала, все позже – ближе к вечеру.

- Затем, что ты моя жена, а я – твой муж, - ответил князь. – Разве тебе было плохо? Я хотел тебя и хотел, чтобы день начался  приятно. Чтобы вспоминая его, ты помнила не казнь, а меня и наслаждение, которое мы подарили друг другу. Одевайся, люди на площади ждут уже не меньше трех часов, да и по отношению к кормилице тянуть жестоко.

Как во сне, Светлана встала,  дошла до гардеробной и надела первое попавшееся платье.

Ей было страшно, до ужаса страшно, что у нее не получится, что что-то помешает перенести душу Ринаи.  Казнь тоже ничего приятного, но на кону стояла жизнь ребенка, и от этого Света почти не соображала, что делает.

Служанки принесли какую-то еду, но Света на нее даже смотреть не хотелось.

- Поешь, мягко попросил князь. – Силы тебе понадобятся. Ты живой человек и можешь испытывать разные эмоции, у тебя могут быть разные слабости – это нормально. Я всегда поддержу тебя. Но помни, нельзя показывать другим ни эмоции, ни слабости. Ты – княгиня!

Светлана  тихо возмутилась:

- Вот именно, я, в первую очередь, живой человек! Если мне, допустим, палец отрежут, я должна улыбаться?

- Должна, - подтвердил князь. – Если люди увидят, что ты остро реагируешь на отрезанный палец, то устроят так, что ты постоянно будешь их резать и терять.

- А как же лояльность к правящему семейству? Невозможность причинить вред князю и княгине? – возразила Светлана. – Я что-то ничего не понимаю.

- Уже говорил, это правило не распространяется на тех, в ком течет кровь первого князя. То есть, практически любой из высших аристократических семейств имеет иммунитет против этой магии и может строить козни.

- Как все запущено! Как ты допустил, что в вверенном тебе государстве настолько небезопасно и тебе, и твоей жене?

- Здесь безопасно настолько, насколько вообще возможно, - спокойно ответил Рагнар. – Но это не значит, что мы можем вести себя, как обычные люди. Княгиня должна всегда держать лицо и не давать повода воспользоваться ее слабостями. Мы потом еще об этом поговорим, а сейчас съешь что-нибудь и надо выходить.

Кое-как затолкав в себя несколько кусочков, Света встала из-за стола, мысленно прокручивая в голове, как ей избежать соседства с мужем. Если она остекленеет – как она выглядит во время общения с душами, Света примерно представляла – то Рагнар это сразу заметит и поставит на уши всех целителей. И помешает ей.

- Рагнар, а тебе приходилось убивать? – спросила она, ловя ускользающую мысль.

- Что за глупый вопрос? Я – мужчина!

- Действительно, - пробормотала Света, - Как я могла забыть, что женщина дает жизнь, а мужчина – ее отнимает. И чем больше отнимет, тем он более крутой, а ты – круче некуда…

- Алана? Я опять тебя не понимаю, - насторожился князь.

- Проехали! Вернее, не важно. Лучше расскажи, кто будет приводить приговор в действие? В Мадраскаре есть еще палачи – магические или человеческие?

- Выбор исполнителя зависит от выбора самой казни, - ответил мужчина. – Все, время вышло. Иди  на шаг позади меня, не смотри людям в глаза, не хмурься и не улыбайся.

- Дышать и моргать можно? – Светлана с возмущением посмотрела на супруга.

- Можно, но сдержанно, - невозмутимо отреагировал Рагнар и подал жене руку. - Идем!

Так, за руку, он провел ее по всему дворцу и подсадил в ожидавшую у парадного входа расписную повозку. Ехали минут десять, Светлана обдумывала варианты,  муж тоже молчал.

Но когда средство передвижения остановилось,  он еще раз напомнил:

- Держи лицо! Помни – на шаг позади и ничего не говори, пока я к тебе не обращусь.

Поправил накидку, невесомо коснувшись щеки, и решительно шагнул наружу.

Миленько! Ей сейчас на глазах у всех самой выбираться? Ступеньки у повозки высокие и узкие, а на ней длинное платье. У-у! Сатрап иномирный!!!

Однако, при выходе из транспорта, Светлане руки подали обе фрейлины, и она смогла спуститься без ущерба для здоровья и репутации.  Она не успела заметить, на чем ехали ее фрейлины, но расспрашивать и разглядывать было некогда.