Цепная реакция - Ангелина Грасова

Это упущенное время стоило нам очень дорого.

— Ну, а дальше случайная встреча с тобой в порту, затем в лесу, и дальше ты уже знаешь сама. Но Алианна, — он развернулся ко мне всем корпусом и преодолел половину расстояния, между нами. — Неужели тебе до сих пор всё равно на моё прошлое и те произнесённые слова в спальне, были правдой?

— Погоди, ты кое-что упустил, — нахмурилась я, пропуская его вопрос мимо ушей. — Как у тебя появился артефакт переноса? Как Ворн мог упустить такого сильного артефактора?

— Он и не упускал. С Рунольфом я познакомился как раз благодаря обществу Ворна, но Рунольф не работал на него по причине того, что ему совершенно нечего было терять, а значит и не на что было давить. Но, несмотря на это, он иногда создавал артефакты для Ворна, так как поддерживал его политику.

— Убивать бесчестных людей и магов?

— Да, а когда мне понадобилось в срочном порядке бежать из королевства, Рунольф сам нашёл меня и отдал артефакт. Его помощь оказалась неоценимой. Боюсь, не будь у меня артефакта, я бы не смог скрыться от Ворна и забрать с собой все необходимые вещи, оружие и артефакты. Пойдём в ту комнату с оружием и артефактами, если захочешь, я расскажу историю каждого оружия и покажу парочку занятных артефактов.

Арцур сделал порывистый шаг, но я замахала руками.

— Нет, стой! — какие к черту артефакты и оружие? Нужно разобраться в наших отношениях и чувствах. — Сейчас важно совсем другое!

Он остановился и теперь мы стояли напротив друг друга. Я вспомнила вопрос мужчины, который он задал, но я прервалась на телепорт.

— Раз так, то я хочу знать наверняка: уверена ли ты, что моё прошлое тебя никак пугает и твои чувства ко мне остаются прежними?

Внутри сразу всё залилось теплом, и я почувствовала, что щеки слегка порозовели.

— Конечно, Арцур, — с улыбкой произнесла я, глядя в любимые глаза мужчины. Они были так серьёзны сейчас… Хотелось, чтобы в них снова горел огонёк исследовательского интереса. — Иначе и быть не может.

— Ты поражаешь меня с каждым днём, ты знаешь это? — улыбнулся мужчина, но его вопрос заставил меня счастливо расхохотаться.

— И каковы твои следующие действия? — уже заинтересованно поинтересовалась я, видя, как его взгляд наполнился теплом и нежностью.

— Жениться. Что же ещё?

Смеяться расхотелось.

— Не знаю, можно много чего делать, помимо женитьбы…

Арцур усмехнулся.

— Знаешь, ты всё-таки была права. Существует ещё один немало важный первоэлемент, который я раньше воспринимал буквально никак. Но на самом деле он вершит судьбы и жизни, он даёт эту самую жизнь. Без него ты никто и ничего.

Как-то слишком неожиданно мы перешли с женитьбы на первоэлементы.

— Ты всё-таки признал, что Жизни есть место в таблице первоэлементов? — хмыкнула я немного огорченно.

— Нет, я по-прежнему не беру его во внимание, — и поморщился.

Мне пришлось в непонимании вскинуть бровь.

— Он давний, как наш мир. Он появился вместе со всем живым, вместе с природой. Думаю, из всех первоэлементов он самый сложный и познать его может далеко не каждый. Но тот, кто его обретёт, непременно поймет это. Мы его не замечаем и не видим. Никто даже не задумывался и не понимал всей его значимости в нашем мире и жизни.

Складывалось такое ощущение, что Арцур что-то рассказывал сам себе.

Может поначалу я и понимала о чём он говорил, но, думаю, я всё же не уловила сути речи Арцура. Но, тем не менее, стояла и слушала его, чуть ли не раскрыв рот, а сердце… А сердце билось в сумасшествии. Видимо, до сердца снова дошло раньше, чем до мозга. Что-то я смотрю, он последнее время начал отдавать ведущую роль сердцу, а сам отключается.

— Я сам недавно узнал о нём. Не знаю, — пожал плечами, — можно сказать, что я сделал новое открытие, которое стало для меня большой неожиданностью. Ведь я не стремился к этому. Хоть и теперь точно знаю, что полностью охвачен и пропитан этим элементом.

— Да что это за элемент такой? О чём ты говоришь, Арцур?! — я начала волноваться и в нетерпении нервничать.

— У него довольно старое и неприметливое название, — мужчина, словно не услышал моего вопроса, продолжая вдохновлённо говорить издалека. — Его знают все, но мало кто может оценить его в полной мере. Наверное, у него много названий, но везде смысл один. Мне больше всего понравился вариант — любовь. Элемент — Любовь. Красиво, просто и всем понятно. И этот элемент возродился благодаря тебе, даря мне совершенно новую и незнакомую энергию магии.

Это был один из тех моментов жизни, когда я не знала, что ответить, сказать, думать! Но сегодня сердце действовало за меня. Шаг к нему я сделала машинально, будто бы притянутая магнитным полем. Я часто-часто заморгала, пытаясь таким образом смахнуть слёзы, которые залили мне глаза и мешали видеть.

Как легко, оказывается, довести меня до слёз! Да, это не были слова: «Я люблю тебя, Алианна», это было понятно и без этого, ведь смысл уже сказан. И что главное, это было абсолютно взаимно.

Арцур сделал шаг, поднял руку, чтобы меня приобнять, или как-то прикоснуться ко мне, но мои руки среагировали быстрее, и я вцепилась в его ладонь, сжала её и осторожно, словно боясь что-то упустить или спугнуть, подняла полный воды взгляд на глаза Арцура. Что я могла в них увидеть, кроме решимости, нежности, и полной, совершенно безграничной любви?

— Твои слова… Они очень красивые, — хрипловато прошептала я, как из глаз с удвоенной силой потекли слёзы.

Мужчина молча притянул меня к себе, обнял, и всё. Я была спрятана от всего мира в его руках. Он никому меня не отдаст, защитит и сделает самой счастливой влюблённой ведьмой. Да что там, уже сделал! Просто появился и стал для меня всем. С нашей первой встречи уже всё было решено, ведь в душу запал он уже в тот момент.

— Арцур, ты хоть понимаешь, что и кому ты сказал эти слова? — на всякий случай уточнила я, поднимая голову.

— А ты хоть можешь представить, что сотворила со мной только что? — его глаза блеснули огоньком.

— Что? — улыбнулась я, утирая рукой слёзы.

Вместо ответа он просто поцеловал меня, и это был самый лучший ответ, который только можно было представить! Волна жара прошла от его губ и через всё тело, заставляя внутри всё трепетать и благоухать. Чёрт, я, наверное, буду записывать все его поцелуи, потому что они все немного сносят крышу и напрочь отключают мозг.

— А с чего ты взял, что я ответила тебе взаимностью? Я ведь ничего не сказала, а лишь разрыдалась, — намекала я на его радость, когда он отстранился от губ.

Что ж, поплакала, теперь время поязвить, а то планку держать надо! Так сказать, поддерживать равновесие между нытьём и язвительностью!

— Ты хочешь сказать, что я неправильно их расшифровал? — недовольно вскинул он бровь.