Бродяга - Мэл Одом

– Кобнер!

– Да?

– Вот оно! Я нашел…

Внезапно сток, через который в пещеру падала вода, взорвался серебряными брызгами.

Вик повернулся и увидел, как Шенгарк встает над мелкой водой, разворачивая громадные крылья.

– Положи это на место! – приказал дракон громовым голосом, отдавшимся в пещере головокружительным эхом. – Положи это на место, половинчик!

Испуганно глядя прямо в глаза дракона, Вик уронил камень.

Шенгарк взлетел и направился к Вику, хлопая крыльями.

– Шевелись, малыш! – воскликнул Кобнер. Он подбежал к Вику, отталкивая его одной рукой, а другой поднимая перед собой большой узорчатый щит.

Дракон со всей силы ударил по щиту, и он зазвенел как гонг.

Кобнер отлетел на дюжину футов назад и упал в кучу драгоценностей, которые дождем посыпались на него.

– Выдержал! – заорал гном, гордо стукнув по щиту. – Ты видел, малыш? Таким щитом может гордиться любой воин!

Может, Кобнер и отбил атаку дракона, но камень при этом был потерян.

– Он опять подходит! – крикнул Кобнер, вскакивая на ноги.

Вик посмотрел на Шенгарка, на то, как дракон ловко летит между сталактитами и сталагмитами.

– Глупый гном! – взревел дракон. – На этот раз я оторву тебе голову и съем ее целиком, пока твои глаза еще будут открыты.

– Ну давай же, летающая ящерица! – крикнул Кобнер, отбегая от Вика. – Было бы у меня настоящее оружие, я бы тебе набил пару шишек на твоей уродской башке, чтобы не надоедал больше.

Вик ушам своим не верил, когда услышал, как Кобнер разговаривает с драконом. Неужели он не знал, что дракон может убить его в мгновение ока?

– Ну же, малыш, – прошептал Кобнер. – Я вряд ли могу долго его дразнить. Скоро червяк рассердится и проглотит меня как лягушка муху. Ищи камень и давай займемся шантажом.

Вик лихорадочно разбрасывал монеты у себя под ногами, ища драконье сердце.

Дракон выровнялся в полете, делая резкий поворот к Кобнеру. В глазах у него блестела злобная радость. Потом он открыл пасть и выдохнул пламя.

Кобнер выругался и присел за щитом. Вик только теперь заметил, что щит покрыт слоем перламутрово-голубой драконьей чешуи. О нет, подумал Вик, когда пламя рванулось вперед.

Пламя ударило в найденный Кобнером щит и вспыхнуло ослепительным кошмаром. Вик был уверен, что на этот раз храбрый гном погиб. Потом пламя погасло и показалась голова Кобнера.

– Ха, вот тебе! Он еще и огнеупорный!

Вик понял, что для Шенгарка было вполне логично хранить оружие, которое могло быть использовано против драконов. Сколько этот щит пролежал в сокровищнице, вырванный из рук героя, который пал в бою или обменял его на жизнь близких?..

В гаснущем пламени Вик заметил вспышку синего, черного и золотого. Он немедленно рванулся и схватил камень.

Шенгарк ударил по щиту когтем задней лапы, заставив Кобнера снова спрятаться. Потом тварь резко хлестнула хвостом, одним небрежным движением отшвырнув гнома в сторону.

От удара Кобнер взвился в воздух, пролетел футов двадцать и упал с громким стуком. Щит вырвался из его рук, отскочив далеко в сторону. Удар явно ошеломил гнома, но он все равно попытался встать на ноги.

– Сейчас ты заплатишь за свою дерзость, гном, – взревел Шенгарк. – Я съем тебя маленькими кусочками, чтобы ты подольше оставался в живых. – Дракон взмахнул огромными крыльями и полетел к Кобнеру.

– Нет! – крикнул Вик. Он попытался не обращать внимания на то, что его голос сорвался и прозвучал как писк, несмотря на все его попытки звучать грозно. – Если ты его тронешь, я…

И что же я сделаю, подумал Вик, сжимая камень в кулаке. Он смотрел, как дракон пикирует на Кобнера, и знал, что если он не угадает, то его друга заживо съедят у него на глазах.

Шенгарк явно не хотел прерывать атаку. Но в последний момент отвернул в сторону от гнома и изящно приземлился на куче сокровищ перед Виком. Он наклонил голову набок.

– И что же ты такое сделаешь, половинчик?

– Я… Я разобью этот камень, – сказал Вик. Шенгарк провел когтями по сокровищам у него под ногами.

– Ну и что? Ты же видишь, у меня много других камней.

– Но не таких, – ответил Вик неудержимо дрожавшим голосом. Даже рука, в которой он держал прохладный пульсирующий камень, тряслась как осиновый листок.

– Так почему же этот такой особенный?

– Это драконье сердце, – сказал Вик.

– Правда? – спросил дракон, почесывая задней лапой под массивной челюстью. Когти резко скреблись о драконью чешую, и у Вика от этого заболели зубы.

– Да.

Дракон молча посмотрел на Вика, потом раскинул крылья, чтобы подчеркнуть свои размеры.

– Ты такой мелкий, половинчик. Вряд ли у тебя есть место для мозгов, а туда же, заявляешь, что знаешь недоступные тебе вещи.

– Я знаю о драконьих сердцах, – возразил Вик. – Я знаю, что драконы иногда вынимают собственные сердца ради неуязвимости в бою.

– Ты, – медленно сказал дракон, – напоминаешь мне мышь. Жалкого маленького мышонка, которого не стоит даже есть. – Дракон наклонил голову в другую сторону. – Но я тебя съем, мышонок.

Вик медленно попятился от дракона. Щель с лавой была всего в сорока футах от него.

– Ты куда, мышонок? – Шенгарк свернул свой хвост, как кот, и от всей души потянулся. Из-под него с мелодичным звоном посыпались золотые монеты.

– У т-тебя п-плохо пахнет изо рта, – выговорил Вик.

– Правда? – Шенгарк, похоже, ни капли не обиделся. – Наверное, я переел двеллеров. Гоблины приносят мне старых и больных из тех, что они ловят. Но иногда я нарочно требую молодых, потому что мне нравится злить гоблинов, да и молодые двеллеры куда слаще. Особенно если я их поджарю своим дыханием до хрустящей корочки, да чтобы они покричали хорошенько, пока не умрут.

Вику стало нехорошо. Он молча попятился.

– Допустим, ты прав и это драконье сердце, – сказал Шенгарк. – Но почему ты решил, что оно мое?

– А кому же еще оно может принадлежать? – поинтересовался Вик.

– Другому дракону. Ты же знаешь, что мне подчиняются другие драконы, правда?

– Да.

– Так откуда ты знаешь, что у тебя нужное драконье сердце, если это вообще драконье сердце?

Голос Вик дважды предал его, издав булькающий звук прежде, чем он смог заговорить.

– П-потом-му что т-ты бы м-меня ин-наче уже съел или изжарил. – Он продолжал пятиться и почти добрался до края пропасти. Он уже чувствовал спиной жар лавы.

– Правда? – дракон принял невинный вид.