Хозяин Пророчества - Николай Бородин

Ему, по сути, было плевать, что спасло его и его отряд. Ради такого случая он был готов поверить даже в духа Кузни, которого гномы и придумали-то только для того, чтобы было кого поминать в разговорах. Он сам поразился, с какой легкостью удалось закрыть лавовый канал — прочно и наглухо, не тонкой перемычкой, а преградой в десяток саженей толщиной.

Демон, разумеется, тут же пришел в себя, но еще мгновение не двигался, прислушиваясь к своим ощущениям и пытаясь понять, что же делать дальше: рваться обратно к каналу подпитки или все-таки добить гномов.

А целая секунда — это, по меркам и скоростям магической схватки, очень много.

Кьяр, ударив наугом по полу, вбросил почти все оставшиеся силы в волну гармонических колебаний, которая домчалась до демона и взорвала горную породу вокруг него настоящим каменным цветком. Расчет на то, что теперь тварь не сможет даже восстановить свое тело, оправдался вполне. Потерявшее почти половину своего размера чудовище отчаянно взревело. И поскольку надежды пробиться назад у него уже не осталось, демон тоже вложил всего себя в атаку.

Это и в самом деле было так: у него не хватило бы материи и энергии на атаку и одновременно сохранение собственного тела. Так что через зал в направлении гномьего строя устремился огромный лавовый пузырь, размеров которого с лихвой хватило бы на половину панциря, а то и больше.

Наугер тоскливо скривился, представив, сколько ему придется отлеживаться с головными болями, после того как он снова опустошит свой запас сил до конца. Однако выбора не было.

«Вы, молодые, меня раздражаете. Почему, даже умерев, я не могу спокойно отдохнуть?!»

Кьяр, которому такая постановка вопроса была несколько внове, нашел внутренним взором говорившего. Мурен, не проявляясь в обычном мире, чтобы не пугать никого своим призрачным видом, повис в воздухе на пути атаки и безапелляционно потребовал:

«Дай мне свою силу!»

«Да что ты можешь, тумана кусок!»

«По крайней мере, я не буду выглядеть как червяк, валяясь с раскалывающейся головой! Выбирай сам, конечно».

Разумеется, была опасность, что шаман сделает что-то неправильно. Наугер сомневался, что степной дикарь, причем мертвый, знает, что делает. Поэтому он просто установил канал между собой и Муреном, чтобы тот взял столько энергии, сколько ему надо. Ну и сам Кьяр смог бы разорвать связь, если бы почувствовал неладное.

Кирсс, усмехнувшись, принял странную стойку и передними лапами очертил в воздухе круг.

А затем лавовый пузырь замер в воздухе, стремительно почернел и рухнул на пол, с грохотом расколовшись. Наугер, подняв бровь, прислушался к своим ощущениям. Шаман почти не использовал его силу — так, взял немного, просто для виду.

«Похоже, мертвым тоже хочется покрасоваться, а?»

«Но качают-то тебя», — резонно возразил шаман.

Кьяру, как единственному видимому и стоящему на ногах чародею, и впрямь выражали горячую благодарность за победу над демоном. Альтемира, впрочем, тоже не оставили без внимания — его активно перебинтовывали, видимо собираясь превратить в неподвижную куклу и тоже побросать в воздух. Наугер, хмыкнув, вернулся к теме:

«Что это было?»

«Время. — В мыслях Мурена отчетливо послышалась усмешка. — Лава в конце концов застывает, превращаясь в камень».

Кьяр с трудом удержал глаза от попытки вылезти на лоб. Насколько он знал, даже Оцелоту временные сдвиги были неподвластны, не говоря уже о том, чтобы проделывать это с такой легкостью. Степные дикари, ха…

Словно сговорившись со своим шаманом вызвать у наугера паранойю, слово взял Ширш:

«У нас есть друзья в неожиданных местах?»

Гному было очень трудно воззриться на степняка, летая вверх и вниз, но он очень старался. В общем-то чего-то подобного он ожидал, и все равно ему потребовалось время, чтобы прийти в себя и успокоиться. Ширш явно заметил, как именно был побежден огромный демон.

«Возможно», — не утруждая себя сотрясанием воздуха, подумал Кьяр.

«Хорошо. — Кирсс, явно потеряв интерес к разговору, сморщился и потер лапой уши. — Будем надеяться, что они будут помогать нам и дальше».

Наугер почувствовал, что ему однозначно придется хорошенько тяпнуть черного подгорного, когда все закончится, чтобы успокоить расшалившиеся нервишки. Как-то многовато было сюрпризов за день.

Ворота цитадели, вздрогнув, раскрылись. Мощные створки по специальным рельсам уезжали в стены, являя взору столпившихся в напряженном ожидании гномов. Увидев, что панцирь Снора цел и невредим, они в знак великой радости загрохотали топорами по щитам. Бойцы ярла ответили тем же самым, а между двумя отрядами, грохочущими, словно стадо демонов, выбрался сам Снор. Крутанув секирой над головой и заставив ее лезвие заполыхать, он вытянул руку с оружием вперед:

— Штройн!

Встречающие воздели оружие над головой и протяжно завопили в ответ, выкрикивая название своего клана. И эти в общем-то далеко не самые мелодичные крики звучали для отряда Эрдессонов настоящей музыкой.

Они все-таки добрались.

Цитадель, если смотреть на ее план, напоминала цветоложе с ягодкой посередине — или крупную крестообразную брошь с жемчужиной. По краям, на «лепестках», находились грибные фермы, а чуть ближе к центру — крупные мануфактуры, производства, связанные с грубой обработкой, имеющие доменные печи и паровые молоты. Если бы отряд Эрдессонов прибыл в последний зал перед воротами до нашествия демонов, из-за боковых стен до бойцов однозначно бы доносился грохот многочисленных механизмов.

А вот большие ворота, на которых в память об Альтемире осталась характерная вмятина, вели уже во внутренний круг крепости. Именно он был населен гуще всего. Тут располагались основные производства, оружейные, казармы, жилые кварталы и мощная линия укреплений. Именно здесь гномы сейчас держали оборону, без боя сдав большую часть внешних рубежей. В конце концов, запасов в цитадели хватало, а удерживать большой и слабо укрепленный периметр против демонов не имело смысла. Стены внутреннего круга стояли где-то за счет слоев вулканических пород, где-то за счет круглосуточных дежурств наугеров, что постоянно выслушивали горы на предмет подкопов. В общем и целом цитадель Штройн держалась отлично.

— И курьеры здесь бегают все так же быстро, — буркнул Снор брату, увидев приближающегося посыльного. Створки ворот только что с грохотом ударились друг о друга, и из стен полезли стальные балки засовов, движимые скрытыми механизмами, а вестник с кругом на кирасе уже бежал к Эрдессонам.

— Да-да, это я. — Ярл жестом заткнул курьера, уже открывшего было рот, взял у него из рук металлическую коробочку и крутанул пальцем в воздухе. — Передал, молодец, беги, у меня мало времени.

Посыльный схлопнул челюсти, понятливо кивнул и ринулся в обратный путь. Снор, подняв бровь, заметил:

— А толковый парнишка.