Инквизитор. И аз воздам - Надежда Попова

– Испугались – меня?.. – недоверчиво переспросила она. – Простую ведьму, которая почти ничего не знает и не понимает? Которая не может причинить ему зла, чем бы оно ни было? Я даже не могу понять, что происходит, из-за чего меня можно бояться?

– В любом случае, Готтер, ты видишь и чувствуешь больше других и можешь рассказать об этом мне. И именно это, видимо, им и не понравилось.

– Но как… Как такое возможно? Как человек может управлять течением событий? Ты встречал таких прежде?

– Никогда, – качнул головой Курт. – И сам не представляю, как такое может быть… Тебе надо уехать из Бамберга. Я попрошу Яна и…

– Нет, – тихо, но твердо возразила Нессель. – Я не уеду.

– В следующий раз…

– Заткнись и послушай меня, – оборвала она решительно, и на миг вместо испуганной растерянной женщины Курт вновь увидел ту ершистую, уверенную в себе девчонку, что повстречалась ему десять лет назад. – Я никуда отсюда не поеду, потому что ты без меня не обойдешься. Ты бы знать не знал про эту сеть, если бы не я, ведь так? А кто знает, что еще тебе может встретиться, о чем ты понятия не имеешь? Ты провалишь свое дело, тебя убьют, и мою дочь просто перестанут искать или будут, но всего лишь заодно с этим твоим Каспаром, как довесок. Но не только в этом дело. Ты помнишь, что я тебе говорила? Высшая сила тебе покровительствует. И ты сам признавал, что тебе везет…

– А ты говорила, помнится, что все это – моя заслуга.

– Так и есть, – кивнула Нессель. – Благоволение свыше – это как таланты из той притчи. Кто-то растратил, кто-то закопал их, а кто-то пустил в дело. Ты – именно такой, ты умеешь этим благоволением пользоваться, принимать его и распоряжаться им. Сегодня я бы погибла, если бы тебя не было рядом, понимаешь? Именно тебя. Поэтому я уверена: если здесь, в городе, есть чародеи, которые умеют насылать на людей напасти, если они и вправду решили добиться моей смерти – под охраной твоего друга я проживу полдня, не больше. Стоит мне отойти от тебя, покинуть Бамберг – и я покойница.

– Всерьез полагаешь, – медленно проговорил Курт, – что мое везение перебило насланное ими несчастье? Idest, мое присутствие рядом с тобой сработало… как талисман или вроде того?

– Думаю, да, – неуверенно подтвердила ведьма. – Твое везение, как ты это называешь, или покровительство Господне, как считаю я… а также то, что ты сумел вовремя воспользоваться этим, что бы оно ни было. И это меня спасло.

– Тебя спас человек по имени Хауэр, – возразил он со вздохом, взяв следующую книгу. – Так зовут до недавнего времени никому не известного инструктора наших зондергрупп, который гонял меня до кровавого пота. Это благодаря ему, а не благоволению свыше я проснусь, если в комнате окажется враг, не упаду бездыханным, если этого врага доведется преследовать несколько миль, и скорей всего выживу, если придется сойтись с ним в драке. Это его уроки, а не Господень глас позволили мне сегодня среагировать вовремя.

– Хорошо, – легко согласилась Нессель. – А твой друг охотник учился у этого Хауэра?

– Нет, – признал Курт, раскрывая книгу и перетряхивая страницы. – И здесь мне возразить нечего.

– Поэтому я останусь в городе, – подытожила ведьма. – Рядом с тобой, с твоими умениями, которые в тебя заложил этот ваш инструктор, если тебе так удобней думать, или рядом с благоволением, которое тебя хранит свыше, как думаю я. А мои умения – все, какие есть, – будут рядом с тобой и помогут, чем сумеют.

– Eia^[72], – пробормотал Курт, взявшись за следующую книгу, и Нессель нахмурилась, с подозрением глядя на его удивленное лицо:

– Что? Какая-то ересь?

– Да не то слово… «Согласование Ветхого и Нового Заветов», Иоахим Флорский. Его еще называют «Учением о трех эпохах».

– Никогда не слышала…

– Неудивительно. Это книга не из самых популярных в народе, да к тому же запрещена.

– Почему?

Курт замялся, глядя на ведьму с сомнением, и, тщательно подбирая слова, ответил:

– Даже не знаю, как тебе это объяснить, чтобы вкратце и доходчиво… Принято считать, что наш мир движется к своему концу. Когда он будет – неведомо, но будет точно.

– Второе Пришествие, – кивнула ведьма, даже не став скрывать некоторую оскорбленность. – Я, быть может, и неуч, но уж не настолько.

– Ничего подобного я в виду не имел, – возразил Курт, не сразу продолжив: – Господь пребывает вне времени, Он неизменен, а Троица равновелика, но Иоахим Флорский имел собственное видение и времени, и истории, и Господа Бога. По его мнению – Бог-Отец отвечал за творение, и потому Он соотносится с историей Ветхого Завета, то есть, de facto Царство Отца словно бы осталось в прошлом. Пока понимаешь?

– Да.

– Иисус, по этому учению, отвечает за распространение христианства и спасение, и Его Царство тоже вот-вот завершится. Собственно говоря, в этом и основная суть этой ереси: он предрекал наступление Царства Святого Духа, третьей эпохи, когда все, по сути, встанет с ног на голову. Христианские ценности утратят свою значимость и упразднятся, равно как и Церковь, чины, иерархия – и государственная, и церковная, уйдут в небытие все правила, порядок и законы… По его мнению, тогда и наступит тысячелетнее Царство Духа, когда все люди будут свободны и возвышенны, и повсюду наступит всеобщее благоденствие, ибо каждый будет друг другу братом по велению души, а не по закону.

Нессель помолчала, ожидая продолжения, и, не дождавшись, с сомнением произнесла:

– Быть может, я чего-то не понимаю и когда-то далеко в будущем люди станут именно такими – свободными от греха, и над ними не потребуется иного надзора, кроме совести… Но воображаю я себе это с трудом.

– Это еще не самое сильное возражение, – невесело хмыкнул Курт, вертя в руках книгу; страницы были потрепаны, обложка местами потерлась, и, судя по всему, от недостатка внимания труд покойного ересиарха не страдал. – Вопрос в том, что эта книга делает в доме инквизитора…

– Ну… Он же инквизитор, – неуверенно предположила Нессель. – Изучал то, с чем должен работать…

– Любой из нас знает все эти фантазии наизусть, поверь мне, Флорский разбирался по косточкам не на одной лекции, и к его учению во время учебы по тем или иным причинам возвращались не раз. Что могло заставить его освежать в памяти то, что каждый инквизитор и без того знает, – вот на этот вопрос я не могу ответить…

Курт помедлил, снова неизвестно зачем пробежавшись глазами по страницам, и, вздохнув, поставил книгу обратно, продолжив осмотр.

– И снова «eia», – пробормотал он спустя минуту, осторожно снимая с полки увесистый труд в почти такой же старой и столь же потертой обложке, и Нессель устало уточнила:

– Опять ересь?

– Наоборот, – хмыкнул он, аккуратно раскрывая старый томик. – Фон Шпее. Слышала про такого?