Рождение героев - Олег Маркелов

– Человеку не нужно что-то изучать или молиться, чтобы получить силу, – проговорил Прайд, и вору показалось, что устами паладина заговорил сам Горр. – Мы несем эту силу в себе, куда бы мы ни шли. Нам не нужны никакие боги. Мы имеем возможность объединять каждую частичку себя в единое целое. Наши ум и тело – это не части этого мира, как может показаться вначале. Мы выше богов, и понимание этого и есть истинная свобода. Именно этому долгие годы учат в нашей Обители.

Прайд присел обратно к своим вещам.

– Но почему ты поклоняешься Горру? Что значит твое поклонение? – не унимался Маерон Лар, неожиданно для себя почувствовавший разницу между священнослужителями Белого Трона, которых он неоднократно наблюдал в Нирде, и живым воплощением всего того, что ценил в этой жизни и что услышал только что от Прайда.

– Поклонение? Это не совсем так, – терпеливо начал объяснять паладин, поудобнее устраиваясь и поправляя под головой набитый сокровищами мешок. – Мы лишь следуем своему пути. Пути равновесия. Много веков назад основатель нашего ордена Арачвальд должен был стать Стрелой Увара, но покинул Орден Сияющих Стрел перед самым Таинством Инициации.

Заметив безмолвный вопрос на лице вора, рыцарь пояснил:

– Это обряд, когда послушник ордена становится паладином.

– Он испугался? – предположил вор.

– Он сомневался, – поправил Прайд и продолжил: – Безмолвный Странник послал Арачвальду откровение. Тайное знание. Открыл частичку истинного мироустройства, дав тем самым возможность людям освободиться от рабства богов.

– Нам надо поспать, друг мой. У меня уже голова идет кругом от твоих рассказов. Да и глаза слипаются, – взмолился Маерон Лар, чувствуя смятение от новых мыслей и знаний, полученных в разговоре с паладином. – Ты сторожишь первый…

Вор повернулся спиной к костру, и через мгновение Прайд услышал негромкое похрапывание Маерона. Паладин вновь бесшумно вынул из ножен меч и аккуратно воткнул его в землю рядом с собой. Сосредоточившись, он увидел разломы и плотные потоки энергии, витающие повсюду вокруг них. Направив энергию через воткнутый в землю клинок, он создал простенькую ловушку для любого, кто посмел бы приблизиться к ним ночью. Кольцо энергии окружило их стоянку, и Прайд пробудился бы, как только кто-нибудь пересек эту границу. Затем паладин устроился поудобнее на своих вещах и уснул крепким сном, беспробудно проспав до самого утра.

Когда первые лучи божественного Ока Увара озарили округу, путники уже шагали дальше по пыльной дороге. В отличие от вчерашнего дня, сегодня движение по этому тракту было довольно оживленным, и время от времени их обгоняли путешествующие верхом. Иногда они нагоняли тех, кто пешком направлялся в Милн, и тогда Маерон Лар не упускал момента поболтать и обменяться свежими новостями. Наконец к вечеру, выйдя из леса, они достигли огромной мрачной скалы.

– Сомбер-Наг, – проговорил Маерон Лар, восхищенный открывшимся видом. – Знаменитая скала, на которой находится не менее знаменитый город Милн. Наконец-то цивилизация! Древняя и хитрая! Я ни разу не был в этом городе, но много слышал о нем.

– Так поспешим – и постараемся войти в город до наступления темноты, – предложил Прайд, осматривая отвесную скалу, способную выдержать любой штурм. – И заодно можем проверить – что правда, а что выдумки из того, что ты слышал.

Путники прибавили ходу, и вскоре, подходя к воротам, уже ощущали запахи города, разносящиеся по окрестному лесу. Этот запах кузниц и пекарен, пивоварен и печных труб домов сулил настоящий комфортный отдых и добротную домашнюю еду.

Милн вырастал из толщи камня, упираясь в небо темными шпилями и башнями. Путники вошли на массивный виадук, пролеты которого проходили по скалистому оврагу, окружающему Сомбер-Наг. По оврагу бежал небольшой ручей, который во время дождей наполнял овраг, превращаясь в могучий поток воды, стекающей со скалы.

– Ну вот мы и прибыли, – вздохнул с облегчением Маерон Лар, едва только они миновали городские ворота. – Что дальше?

– Надо найти гостиницу, – пожал плечами Прайд. – А утром я отправлюсь дальше.

Попасть в Милн можно было только по виадукам через двое врат – Утренние Врата, смотрящие на запад, и Вечерние Врата, выходящие на восток. У ворот дежурили охранники, однако ни рыцарь, ни его спутник не вызвали у них и малейших подозрений.

На улицах Милна уже зажглись фонари, даря мягкий желтый свет жителям города и прибывшим путникам. На площадях полыхали угольные жаровни, возле которых фокусники собирали зевак, чтобы показать в клубах дыма крылатые корабли и парящие замки.

– Ну как тебе первые впечатления? – поинтересовался Прайд у Маерона.

– Занятно, – отозвался вор, пытаясь не показывать своего восхищения. – Но что по мне – так слишком тесно.

Возле каменных памятников женщины продавали пряники и пирожки. Запах еды смешивался с вонью сточных ям, и друзьям временами приходилось прикрывать руками носы. Гремя ободами по мощеным улицам, мимо проезжали груженные разными товарами повозки. Несмотря на ночное время, людей на улице было много.

– Значит, ты тут тоже не задержишься? – поинтересовался Прайд.

– Да я и не собираюсь, – бросил вор безразличным тоном. – Так, отдохну немного, а там и посмотрю, что делать дальше. Мы ведь с тобой можем теперь долго не работать. Очень долго.

– Согласен, Маерон. – Паладин остановился, осматриваясь. – Я проголодался.

– Вон там написано «Постоялый двор «Чистая Заря»! – предложил Маерон Лар, указывая вдоль по улице пальцем. – Пойдем поглядим, насколько там чисто?

«Чистая Заря» оказалась одной из самых грязных гостиниц, которые видел Прайд за всю свою жизнь. Заляпанный жиром пол, грязные столы и темный приглушенный свет привлекал в эту гостиницу мало посетителей.

– Отличное место, чтобы спокойно отдохнуть, – отозвался паладин, осматривая двух одиноких посетителей, сидящих у дальнего столика в общем зале и занятых разговором.

– Нам две комнаты, – попросил Маерон Лар, достав серебряную монету.

Хмурый полноватый трактирщик в грязном фартуке недоверчиво посмотрел на монету, повертел ее в руках.

– Я – Чевер, вы надолго к нам? – Трактирщик спрятал монету и растянул свои губы в улыбке, однако его маленькие блестящие глаза отнюдь не улыбались.

– Мы тут ненадолго задержимся, и когда надо будет платить еще – просто дай знать, – отозвался Маерон.

– На втором этаже, – махнул рукой Чевер. – Две комнаты справа ваши. Служанка сейчас вас проводит.

Путники поднялись за девушкой на второй этаж и обнаружили довольно опрятные комнаты. Оказавшись в своей комнате, паладин снял доспехи, с которыми почти никогда не расставался в дороге, и накинул поверх легкой куртки короткий плащ, пристегнув к поясу ножны с мечом.

Еще раз осмотрев комнату, он решительно отодвинул тяжелую кровать. Примерившись, рыцарь поддел кончиком меча половую доску и аккуратно оторвал ее с одной стороны. Потолок нижнего помещения тоже был обшит струганой доской, поэтому между ним и полом комнаты Прайда образовывалось подобие подпола в локоть глубиной. Толкнув для проверки нижние доски, рыцарь убедился, что держатся они крепко. Только после этого, отсыпав в карман горсть монет, Прайд аккуратно уложил мешок в импровизированный тайник и, опустив доску на свое место, вдавил гвозди навершием меча. Полюбовавшись своей работой и не заметив изъянов, стараясь не шуметь, он придвинул кровать на место. У лестницы уже терпеливо дожидался Маерон.