Континент - Андрей Красников

Жрец ждал. Я пытался придумать причину, по которой мне нельзя было идти в замок.

— Ммм… Брат Деррек, я просто боюсь. Вы не представляете, что мне довелось увидеть там, откуда я пришел. Я не хотел бы снова переживать что-то подобное.

Глаза жреца наполнились сочувствием. Вот только мне это особо не помогло.

— Мне очень жаль, брат, что тебе снова придется испытать это, — извиняющимся тоном произнес он. — Но городу нужна помощь от тебя. Туда уже пыталась попасть городская стража, пытались наши жрецы. Ни у кого не получилось — вокруг замка гуляет ужас. Люди просто убегают.

Я немного воспрял духом — похоже, совсем не обязательно будет идти внутрь. Скажу, что тоже не могу идти дальше — и свалю из этого места.

— А неподалеку уже начали умирать люди. Просто не просыпаются утром.

— Похоже на призраков, — вырвалось у меня.

Деррек серьезно кивнул.

— Мы тоже пришли к подобным выводам. И то, что ты, брат, понял это практически сразу же, как раз и говорит о том, что ты — именно тот, кто нам нужен.

— Призраки — это верная смерть, — тоскливо произнес я.

— У нас есть план. Ты доставишь в замок вот это, — жрец достал из стола грубо вырезанную фигурку. — Это освящено силой семи богов И призраки не устоят.

Глаза жреца пытали фанатичным блеском, а я держал в руках скульптуру, едва-едва светящуюся энергией в магическом плане и грустил. У меня в руках была какая-то позорная поделка, которой постеснялся бы любой ученик мага из Пустоши… Даже я.

И с этим мне нужно идти против призраков?

— Самое главное — это зайти как можно дальше в замок и оставить там этот символ, — продолжал распинаться жрец. — Я в тебя верю, ты сможешь! И весь город будет тебе очень благодарен, поверь. Благие дела окупаются.

Да пошел бы ты со своими благими делами и благодарностью… Но я слишком хорошо помнил то, как относились к жрецам в Вольном. Неизвестно еще, что хуже — поссориться с ними или все же заглянуть в непонятный замок.

Может, вообще, воспользоваться тем, что уже вечереет и аккуратно убраться из города…

— Брат Сетик проводит тебя к гостинице, возьмешь там все необходимое, а потом он и отряд стражи сопроводят тебя до замка, — на корню обрезал мои планы жрец. — В замок лучше всего идти ближе к ночи, днем к нему можно подойти вплотную, но двери открыть не получается.

Я постарался сделать так, чтобы мой печальный вздох не был услышан.

Когда, нагруженный рюкзаком, я вывел Красавицу из конюшни, меня уже поджидала целая группа сопровождающих. Брат Сетик — тот самый, что нашел меня в гостинице, — нервно переминался с ноги на ногу и посматривал на стремительно темнеющее небо. Четыре стражника, вооруженные до зубов и мнущиеся рядом с ним, пытались принять гордый и воинственный вид, но в глазах у них стоял испуг.

Мне стало смешно.

— Едем? — поинтересовался я, пряча улыбку.

Брат Сетик серьезно кивнул и принялся забираться на лошадь. Остальные, похоже, собирались идти пешком.

Когда мы выбрались за пределы города, на небе уже начали зажигаться звезды. Жрец храбрился. Стражники боялись и уже не скрывали этого. Мне по-прежнему было весело — поглядывая по сторонам магическим зрением, я не замечал ничего угрожающего.

— Вас бы в Пустошь, — пробормотал я еле слышно.

— Вы сказал что-то? — тут же поинтересовался жрец.

— Говорю — интересно, из-за чего все началось.

— Брат Деррек не сказал? — удивился Сетик. — Стары лорт был присмерть. Он искал средства, чтобы жить. И приглашал страный люди. Мы смотрели плохо на это. Но лорт был очень хороший. Помогал храм. И мы не препятствовал. А однажды в замок перестал входить и выходить люди. А потом люди начал умирать вокруг. Мы ходил проверять, Но не получиться.

Я легонько хмыкнул. Брат Сетик — простая душа… Наивный крестьянский парень, скорее всего, каким-то образом попавший в жрецы. А вот Деррек не зря промолчал. Получается, здешние братья все знали про непонятные эксперименты, но не стали ничего предпринимать — потому что местный лорд, похоже, неплохо жертвовал деньги на нужды храма. А в итоге получилось то, что получилось. В замке что-то завелось, люди умирают, а что делать — непонятно.

И невольной жертвой всего этого, получается, должен стать я.

— Вот, вы держите, — жрец, покопавшись в сумке, достал статуэтку. — Мы молился над ней много дня. Все братья. Она должна помочь.

Вот то-то и оно, что «должна». Деррек-то утверждал, что поможет обязательно. Эх.

Статуэтка была шершавая на ощупь и источала легкое тепло. В магическом зрении она выглядела все так же — как бесполезная пустышка, потихоньку теряющая крупицы накопленной энергии. Я вздохнул и спрятал шедевр неизвестного мастера в карман. В конце концов, что я знаю о богах? Вдруг действительно поможет.

Налетел порыв неожиданно холодного ветра и я немного поежился, поднимая воротник куртки.

— Далеко еще ехать, брат?

— Мы уже почти на место. Ты… ты не чувствоваешь?

Я обернулся к жрецу и поразился мертвенной бледности его лица и плещущемуся в глазах страху.