Магия спецназначения - Ярослав Коваль

— А вы, сударыня, по мнению госпожи Ночи, под какую категорию подпадали?

— Наверное, под обе, — Кайндел пожала плечами.

— Вы действительно представляли для нее опасность?

— Сложно сказать. Наверное, до определенной степени — да. И сейчас продолжаю представлять.

Присутствующие в комнате зашевелились, запереглядывались, кто-то неразборчиво и на пределе слышимости заворчал, а единственная среди мужчин женщина — темноволосая эффектная брюнетка с надменным изгибом губ и презрительным взглядом — усмехнулась в лицо перебежчице и длинно затянулась сигаретой.

— Ну, теперь вам затруднительно стать опасной для Ночи, — примирительно сказал седоватый. — А вот для Алого Круга… Допускаю, что да. Возможно, вы еще не знаете. Ночь мертва.

— Но это не значит, что больше ее не существует.

— Она заявила Шреддеру, будто Ночь на самом деле жива, — пояснил Старший.

— В самом деле? — седоватый отпустил столешницу, покачался с носков на пятки. Несмотря на свою легкую полноту, он оказался весьма подвижен. — Что же, мадам, вы можете нам пояснить по этому поводу?

— То же, что уже объясняла Эйву Шреддеру, — ответила девушка. — Ваши боевики уничтожили физическую оболочку Ночи, но не ее саму. Найти себе другую она сможет за довольно короткий срок.

— Что за мистическая чушня? — презрительно бросила женщина с сигаретой, зажатой меж тонких пальцев.

— Ну-ну, Багира, — осадил седоватый. — В наше время ничему уже не приходится удивляться, даже мистической чушне. Значит, сударыня, вы утверждаете… Кстати, как вас зовут? А то трудно общаться, не зная имени собеседника.

— Кайндел.

— Ирландское имя, — отметил он. — Ну-ну… А как вас звали в Алом Круге? Насколько я знаю, там в ходу совсем другие имена.

— В самом Круге существуют малые образования, называемые семьями или родбми. Они объединяют в себе магов, не всегда связанных родственными узами (как в этой жизни, так и в прошлых, все идет в расчет), скорее, просто дружбой и побратимством. В семье Ночи — Доме Феникса, так она его называет — у каждого обязательно есть имя в духе ирландской традиции. В других семьях — другие традиции.

— Вот как? — заинтересовался седоватый. — Вы относитесь к семье Ночи?

— Весьма опосредованно. Через своего бывшего мужа. Относилась…

— Но у вас также есть ирландское имя… Хорошо, как вас звали в Круге? Те, кто не был в курсе вашего ирландского имени?

Кайндел поколебалась, и это колебание мигом расположило к ней собеседника. Готовность немедленно выложить перед окружающими всю подноготную настораживает, заставляет усомниться в искренности говорливого собеседника. Потому ответа седоватый оэсэновец ждал очень терпеливо. Остальные же наоборот насторожились, кое-кто подался вперед в готовности разоблачать и угрожать.

— Аэда, — наконец ответила девушка.

— Вот как? Знакомое имя. — Он задумался. Посмотрел на девушку с любопытством. — Да. Я определенно слышал о вас. Ну-ну. Приятно познакомиться.

— Мне тоже, — ответила она. — Это ведь вы Удин, он же Воин, глава ОСН.

Седоватый медленно поднял бровь.

— Воином меня уже давно никто не называет, — проговорил он. — А откуда, Аэда, вы меня знаете?

— Видела фотографию, даже не одну. Правда, на фотографиях вы сами на себя не похожи.

— Алый Круг интересовался мной?

— Конечно. Так же, как вы сами интересовались Алым Кругом.

— Однако мне, к примеру, неизвестно настоящее имя Ночи.

— Но оно совершенно не имеет значения.

— Да? Ладно, вернемся к прежней теме. Мы говорили о Ночи. Вы знаете, какое тело она изберет себе теперь?

— Да она уже избрала. Мыслимое ли дело так долго торчать в эфирном состоянии! Это неприятно. Возможно, Ночь уже успела даже освоить новое тело.

— Кто же та несчастная?

— Некая Шенна О’Фейд. Возможно, она вам известна.

— О’Фейд? Госпожа О’Фейд, поборница прав животных? Она-то тут при чем?

— Она не только боролась за права животных. Она еще очень любила усыновлять детей по всему миру. И в своих разъездах постоянно обзаводилась то одним, а то и сразу двумя отпрысками.

— Да-да, я слышал, будто из тринадцати детей, которых она растит, лишь пятеро ее собственные, — подтвердил глава ОСН.

— Она год назад приехала в Россию, желая усыновить русского ребенка. Очередного. И застряла здесь.

— Вы хотите сказать, что Ночь облюбовала для себя тело Шенны О’Фейд?

Кайндел неторопливо кивнула.

— Вы в этом точно уверены?

— На сто процентов я ни в чем не могу быть уверена.

— Ты сама не видела Ночь в новом теле, как я понимаю, — кривя губы, произнесла женщина, названная главой ОСН Багирой. Имя шло ей, как нельзя лучше, — темноволосая, гибкая, томная и злая.

— Не видела. В моем положении я вообще мало что могла видеть.

— Тогда почему говоришь?

— Порой не обязательно видеть, чтобы знать.

— Любопытно. Ты пытаешься впарить нам информацию, в точности которой и сама-то не можешь быть уверена…

— Багира! — Один сделал жест, который, видимо, был в ходу лишь здесь, в их тесном сообществе, но Кайндел его поняла. — Подожди. Если б сударыня рассказывала нам нечто обратное, расхолаживающее нашу бдительность, тогда конечно… Хорошо, если все, что вы предполагаете, верно, когда Ночь снова окажется… так скажем… в полной форме?

Девушка пожала плечами.

— Думаю, через год, может, быстрее. Но ее полная форма не имеет никакого значения.

— Почему?

— Потому что в Алом Круге она далеко не самый сильный маг. Так, из средненьких. У нее другие способности. Например, харизма, умение сплотить вокруг себя людей… Умение заставить сильных магов сражаться на своей стороне.

— То, что в компьютерных играх именуется лидерством, — насмешливо откомментировала Багира.

— Можно и так назвать, — Кайндел вопреки ожиданию не смутилась. — Мне кажется, терминология здесь не имеет никакого значения.

— Сколько в Алом Круге магов? — внезапно вмешался в разговор мужчина, одетый почему-то в серый аккуратный костюм, а не в гимнастерку. До сего момента он почти все время молчал и упорно мучил в пепельнице свою давно потухшую сигарету.

— Много.

— А точное число вы не можете назвать?

— Конечно, нет. Я имею представление о составе лишь питерского ответвления.

— И сколько же магов в питерском Алом Круге?

— Порядка семидесяти человек. Есть еще адепты, которые пока не считаются полноправными членами Ордена. Таких около сотни.