Наследие предков - Валерия Дашкевич

Кира

Я запуталась, воображение порой играет с нами жестоко, не щадя наши чувства. Порой мне казалось, что меня куда-то несут; я пыталась открыть глаза, но мне не удавалось. Прислушивалась к себе, мой мозг работает. Ну, по крайней мере мне так казалось. Вокруг была тишина, она давила и пугала. Неужели я умерла, но где тогда свет в конце туннеля. А может меня накачали наркотой, вот и почудились светящиеся камни и пещера. Вокруг была серая пустота и звенящая тишина. Сколько я так находилась, не знаю.

Поначалу было страшно, потом безразлично и любопытно, когда все закончится, сменяющееся апатией. А потом настало умиротворение, тишина и серость больше не пугали - они дарили спокойствие и твердую уверенность, что все будет хорошо. Какие-то доли секунд, и я стою у подвесного моста, под которым течет огненная река.

Страх, неуверенность - это то, что я испытывала, но взяв в руку свое крошечное мужество, ступила на мост, река под мостом забурлила. Мне казалось, что ее огненные брызги попадали на деревянный дощечки моста. ”Кто так строит?” - идти вперед желания не было, но понимаю, что не просто же так мое воображение мне это подкидывает. Возможно, это мой шанс прийти в сознание. И плюнув на все, я поперла по этому мосту: чем быстрее пройду, тем быстрее все закончится. Пару шагов, и я стою босиком на песчаном золотом песке, к моим ногам ластится голубой океан, а в трех метрах от берега я вижу остров. Какое-то чувство подсказывает, что мне нужно туда. Не боясь намокнуть, я делаю первые шаги, но мои ноги буквально идут по воде. “Здорово”, - адреналин и восторг захватывают меня, и я ускоряю шаг. И вот я на другом берегу, под ногами золотой песок, а вокруг туман.

Я чувствую, что на месте, но что делать дальше, не знаю. Мое внимание привлекает движение в светло-золотистом тумане, появляется контур мужчины. ”Неужели я умерла, и это была дорога? Вот только куда?”, - туман стал рассеиваться, и образ мужчины становится четким, я узнаю эти ясно-голубые глаза, которые лучатся любовью, нежностью и радостью, эти волнистые золотисто-рыжие волосы, которые неряшливо лежат.

- Папа, - это все, что я могла сказать, слезы закрыли видимость.

- Доченька, - он обнимает меня, вытирает своими широкими ладонями мое лицо, а я про себя только твержу: “Папа”. Хоть я была маленькой, когда он умер, мне было четыре года, но я на всю жизнь запомнила небесно-голубой цвет его глаз и то, с какой нежностью и любовью они смотрят. - Не плачь, Солнышко, я не надолго, да и тебе пора уходить.

- Разве я не умерла? А бабушка где? - я крепко обняла папу.

- Разрешили только одному из нас к тебе выйти, бабушка дала эту возможность мне. Я соскучился, моя малышка.

- Я тоже очень и очень соскучилась, я так тебя люблю, - по моим щекам продолжали течь слезы, понимание, что ненадолго, но все же я увидела папу и была благодарна тем, кто дал нам возможность увидеться.

- Я тоже тебя люблю, доченька, ты выросла сильной, мужественной, моя красавица, - папа обнимал меня, гладил по голове. А я вспоминала, как маленькая разбивала коленки, плакала, и он так же успокаивал меня у себя на руках. ”Как же мне тебя не хватало, папочка, сколько лет я чувствовала себя никому не нужной после вашей с бабушкой смерти, сколько раз я мечтала умереть и быть рядом с вами”.

- Запомни, что я тебе скажу: передашь Ядвиге, что тебе надо учиться.

- Кто такая Ядвига?

- Та, кого ты первого увидишь. И помни, мы с бабушкой тебя любим и всегда рядом с тобой. Будь сильной, моя девочка, и знай, у тебя все получится, - понимаю, что наше время уходит, но как же хочется его растянуть.

- Я еще увижу тебя?

- Увидишь, придет время и скоро увидишь. Люблю тебя, доченька.

- И я тебя люблю, папа, - в последний раз я посмотрела на папу, запечатлевая в памяти его образ: волнистые золотисто-рыжие волосы, высокий лоб, голубые глаза, широкие скулы, твердый подбородок. Его образ таял, но мое тело до сих пор хранило тепло отцовских объятий. Исчез отец, а вместе с ним и остров с голубым океаном.

Приходила в себя от жгучей боли во всем теле, губы пересохли, глаза было больно открывать. Рядом раздался старческий женский голос:

- Сейчас, сейчас, деточка, потерпи, - мне приподняли голову, поднесли к губам какую-то емкость с жидкостью, сделав пару болезненных глотков, почувствовала, что стало легче.

- Кира, Кирочка, ты пришла в себя, - звук был такой громкий, что было ощущение, будто на голову упала царь-бомба.

- Тише ты, раскричался, пришла она в себя. Дай ей время прийти в себя, - я была благодарна старушке, хоть и рада слышать Вадима, но хотела тишины. А еще меня интересовал вопрос: ”Что в действительности произошло, и что из всего вымысел, а что правда?”

Как бы любопытство меня не съедало, но я не чувствовала в себе силы на свержение гор. Мысленно прикрыла глаза и погрузилась в сон.

Богдан

Злость и раздражение бурлили во мне: ”Как же все бесит! Как мы могли ее потерять? Как мог сбиться портал?”. Мы прошерстили все в округе, но так и не нашли следы девчонки и этого. Еще одна неприятность: никто не ожидал, что ее дружок выйдет из-под гипноза и прыгнет вслед за ней. Что делать дальше?

Я достал с кармана десзрети*, было пару пропущенных прозорути* от отца и старшего брата. Общаться с  кем-то не было желания, вон даже Радим идет рядом. За столько лет, сколько я переправлял сюда девушек, от меня в первый раз так сбежали. От того найду я ее или нет, зависела моя репутация, а еще магическая клятва висела на шее, как удавка, это больше всего раздражало. В нашем мире давно запретили наложниц, вот ко мне и обращаются. Кире была уготована другая участь: она должна была стать женой уважаемого князя, он бредил о жене-иномирянке. Мы остановились возле моего пардуса*, немного подумав, набрал своего друга Эрестора, на досзрети появилась присестити* друга.

- Неужто я понадобился самому Добрянскому?...

- Привет. Не паясничай, нам надо встретиться.

- Проблемы? - я молча  кивнул. - Хорошо, встретимся в корчме у Орислава. Когда будешь?

- Давай после утдайни*, я успею как раз добраться, - я надеялся, что друг мне поможет разыскать Кирку. Смешно, я переживаю за человека. Впервые я увидел ее на парковке около трех месяцев назад, мы стояли тогда и разговаривали с Виталием. Она проходила мимо, поздоровалась с Виталием, на меня бросила взгляд и все. Во взгляде не было ни заинтересованности, ничего другого, в отличие от других сотрудниц, которые бросали на нас жаркие, многообещающие взгляды. Когда выяснилось, что она бывшая его любовница, я был удивлен. Помимо всего она еще и интересная собеседница; ради интереса я просмотрел ее передачи, и мне они очень понравились. Непроизвольно я стал следить за ней, бывать в тех же клубах, что и она, в тех же ресторанах. И хотя мы виделись, но она не замечала меня, и тогда я решил организовать поездку на Урал. Я специально попросил Виталия представить нас на вечере, но опять мимо. Даже сомневался до последнего: отправлять Киру в мой мир или нет, но за всю дорогу она не проявляла заинтересованности во мне, наоборот отдалилась. Чего я добивался, сам не пойму.