Босс моего мужа - Наталья Ручей

Едва мы приближаемся, Тимур щелкает брелоком, и ворота приветливо распахиваются. Не замечая моего изумления, он загоняет машину во двор, открывает дверь, берет Настю на руки и идет к дому.

Через пару шагов замедляется, и я понимаю без слов. Да, это тоже не приглашение, но я иду следом за ним.

А у двери мы останавливаемся.

Я смотрю на него, он на меня, и оба мы явно чего-то ждем друг от друга.

– Ключи от дома есть в сумке Насти и у меня в кармане. Выбирай, какой способ выпасть из зоны комфорта тебе нравится больше.

Пробегаюсь взглядом по его рубашке – а она без карманов! Опускаю взгляд вниз – да, карманы там есть, и, кажется, я даже вижу ключи, но у него такие узкие джинсы…

Вздохнув, открываю сумочку Насти.

– Забавно, – слышу над собой комментарий.

И что это значит?

Не отвлекаюсь, занята, открываю дверь.

Пропускаю Тимура первым – Настя, конечно, стройная, но вряд ли ему удобно ее держать. Он уверенно проходит в дом, а я тоже захожу, но останавливаюсь в прихожей. Потом усаживаюсь на пуфик, вытягиваю ноги, пусть чуть отдохнут. Наверное, надо убедиться, что с Настей все в порядке, и вызвать такси. Или лучше вызвать сейчас: пока машина доедет…

За этими размышлениями меня и застает Тимур. Останавливается в паре шагов от меня, смотрит на телефон в моих руках, на сумочку Насти, которую я тут же кладу на тумбочку, и почему-то снова на платье.

Ах, да, платье! Совершенно забыла, что его нужно снять и вернуть хозяйке. Так что такси вызову все же чуть позже.

– Как она? – нарушаю тишину, потому что мне не особо нравится затянувшееся молчание.

Оно как-то давит. Неуютно. Может быть, потому, что я успела рассказать в двух словах о себе, но понятия не имею, кто этот мужчина.

– Спит, – отвечает он. – Но это продлится недолго.

– Почему?

– Потому что ты понятия не имеешь, принимала ли она что-нибудь. Я имею в виду, помимо спиртного. А я не хочу рисковать.

– А для вас это важно?

Впервые я вижу какой-то отблеск эмоций на его лице: губы чуть кривятся в усмешке.

– Так получилось, что да.

И молчит. Мой расчет, что он сам расскажет о себе и об отношениях с Настей, с треском проваливается. Он явно не спешит облегчать мне задачу.

– Можно узнать, кем вы ей приходитесь?

Смотрит с таким сомнением, будто его плакаты развешаны по всему городу и я единственная не признала в нем рок-звезду. А потом все-таки просвещает:

– Братом.

Услышав какой-то треск, вполне допускаю мысль, что это могла быть моя челюсть. Даже несмотря на то, что у моих ног оказывается сумочка Насти, которая до этого лежала на тумбочке.

Но мое удивление объяснимо. За месяц, что мы сблизились с Настей, она ни разу не обмолвилась, что у нее есть брат. К тому же они с ней не похожи. Разве что цветом волос. А так у нее черты лица мягкие, сама она напоминает игривую кошечку. А ее брат… Такое ощущение, что одного из них подменили в роддоме.

Но сильнее всего меня поражает другое – ник, под которым он забит у сестры в телефоне.

– Сводным братом? – хватаюсь хоть за какое-то объяснение.

– Если наш отец постарался, сводный тоже вполне может быть. Но пока я об этом не слышал.

– Понятно, – киваю, делая вид, что новость меня не сразила. Не мое дело, какие у них отношения и почему Настя в телефоне назвала его именно так. – Это хорошо. Теперь я с чистой совестью могу ехать домой.

– Где ты живешь?

– В городе.

– В общежитии?

– Нет.

Нетрудно догадаться, почему он предположил, что я живу в общежитии. Невольно сжимаю пальцами подол платья. Скорей бы избавиться от него…

– Если о тебе кто-то волнуется, лучше позвони и предупреди, что ты не придешь ночевать.

Удивленно смотрю на мужчину.

Вздыхает, как будто в сотый раз напоминает нашкодившему котенку, где еда, а где лоток для него.

– Вряд ли, собираясь так далеко на вечеринку, ты планировала возвращаться в город. За руль я сегодня садиться уже не хочу, а в такси тебя одну тоже не отпущу. Останешься на ночь здесь.

Предложение кажется разумным. К тому же он угадал. Я действительно собиралась остаться.

– Спасибо, что…

– В доме комнат хватает, – прерывает меня.

Он уходит.

Я слышу, как в гостиной он говорит с кем-то по телефону, просит приехать. Кого и зачем – не знаю, не вслушиваюсь.

Понимаю, что лучше остаться. Действительно лучше: и экономия, и ночью в такси ехать не так спокойно, как днем. Тем более после событий на вечеринке – увиденная картина все еще стоит перед глазами. Слишком живая, реальная, отвратительная, чтобы так быстро забыться.

А с другой стороны, хочется уехать.

Знаю, эмоции. Просто мне тяжело находиться рядом с человеком, которому я так явно не нравлюсь. И не хочется с ним соглашаться. Даже если этот человек в чем-то прав.

Здравый смысл побеждает.

Отталкиваю обиду, снимаю туфли и тут же все прощаю хозяину дома. Прохлада пола так приятна для уставших стоп, это просто блаженство. Немного отдохнув, направляюсь в гостиную.

То, что в доме комнат хватает, понятно. Но мне бы хотелось узнать, какую можно занять? А то вдруг я выберу его комнату. Он спать явно не собирается, а меня уже начинает клонить в сон. Придет и вряд ли обрадуется такому сюрпризу в кровати.

Видимо, почувствовав мое присутствие, он оборачивается, и не уйдешь ведь, хотя мне и не нравится его взгляд. Терпеливо жду.

– Какую комнату мне можно занять? – спрашиваю, когда он заканчивает разговор.

– Где Настина, ты знаешь. Моя последняя.

– То есть любую из тех, что свободны?

Видимо, он принимает мой вопрос за риторический, потому что молчит. Ну ладно, пусть так. Куда идти не стоит, я уже поняла, это самое главное.

Отворачиваюсь, делаю шаг и вдруг слышу:

– Возьми в комнате Насти какую-то одежду или банный халат. Только сними наконец это платье. Не стоит примерять на себя чужой образ, даже если он кажется идеальным.