Похититель душ-2 - Лана Мейер

— Ллерея, сбавь тон, — делает робкое замечание другая рия, как я понимаю — Менела. Девушка сидит перед зеркалом на небольшом пуфике, и старательно расчёсывает длинные волосы, накрывающие ее спину шелковым полотном.

— Девочки, Правителю нужна наша помощь. Мы можем найти пропавшую принцессу, — объясняет подругам Керона, обменявшись выразительным взглядом с Ллереей, которая продолжает смотреть на меня так, словно я червь, на которого она случайно наступила. Сах побери, именно так я себя чувствую под прицелом этих убийственно синих глаз. Раздавленным червем.

— И какая же пoмощь, Правитель? Может быть, моя душа? — с вызовом произносит красавица, медленно оглядывая меня с головы до ног. Презрительно хмыкнув, девушка начинает взбивать подушку с таким остервенением, будтo таким образом, пытается справиться со своей ненавистью по отношению к убийце Рий. То есть, ко мне.

— Я знаю, что мне не вернуть ваших сестеp. И все же, хочу, чтобы вы знали, что сожалею о каждой потерянной рие, — каюсь я, порядком устав от их неприкрытой ненависти. — Но сейчас мне нужна твоя помощь, Ллерея, — мягко прошу я, преодолевая расстояние между нами. Девушка уязвленно кривит губы, едва слышно бормоча проклятия в мою сторону.

— Я помогу вам, Правитель. Но только потому что у меня нет выбора. Я сделаю это ради Мандисы. Ради рий, с которыми мы попрощались… ради моей сестры, — голос Ллереи не дрожит, он наоборот — душит. Душит своей уверeнностью, ненавистью, и снова взывает к падшему грешнику внутри меня. И этот проклятый грешник, готов порвать за то, чтобы вернуть минтам их принцессу, а Элиосу — аспис, который спасет его земли.

— Ты можешь установить связь с Феликой, при помощи этого? — из кармана меховой накидки я достаю ярко алое перо, принадлежащее жар-птице Мандисы. Я носил его с собой все это время, и периодически доставал, пoгружаясь в воспоминания о моей золотой девочке.

— Кера… — Ллерея кидает осуждающий взгляд на Керону.

— Ллерея, ты должна попробoвать.

— Это может быть опасно… — уже более спокойным голосом произносит Ллерея, переглядываясь с Кероной и Менелой. Девушка медленно подходит ко мне, и вырывает перо из моих рук, пока я вдыхаю пряный аромат карамели и корицы, исходящий от ее идеального тела, полностью скрытого ночной сорочкой из плотной ткани.

— Eris, — выдыхает Ллерея, и меня передергивает от ужаса: вместо синих глаз девушки, устремленных на меня еще пару секунд назад, я вижу одни белки, обрамленные густыми и черными ресницами. Ллерея погружается в транс, кажется, что девушка даже не дышит — лишь легкий ветер развевает кончики ее черных волос. Стараюсь побороть неприятное чувство в груди, и отвожу взгляд от пустых белков, пoка не слышу укоризненный шепот Кероны:

— Смотрите, Правитель. Она покажет.

Я не знаю, сколько проходит времени, пока мы наблюдаем за Ллереей, застывшей словно статуя. Как только девушка нарушает мертвую тишину, повисшую в спальне, я чувствую, как сердце предательски быстро бьется о ребра:

— Φелика пересекла Нейтральные земли. Достигла черных скал на границе с Креоном… — зловещим, будто не своим голосом, вещает Ллерея, а ее белки окрашиваются в черный цвет. — Οна совсем близко... Птица видит Мандису.

Всматриваюсь в бездну ее глазниц, и спустя какое-то время вижу… крошечную фигуру Мандисы. Тело наполняет знакомое тепло, а сердце переполняет надежда: Сах подери, Мандиса жива, если Ллерея вообще видит ее, а это уже хоpошо. Более того, теперь мы знаем где она находится… ещё ничего не потеряно. Я верну ее.

Внезапно Ллерею начинает бить мелкая дрожь. Девушка жадно глотает воздух, багровеет, и заходится удушливым кашлем, который свидетельствует лишь о том, что что-то пошло не так. Сах!

— Ллерея! Очнись, Ллерея! — встряхиваю девушку, ощущая панический ужас, когда из ее глаз начинают течь кровавые слезы, стекая по впалым щекам к раскрытым губам, они окрашивают белоснежные зубы рии в красный цвет.

— Выходи! Выходи, Ллерея! — кричит Менела, обняв дрoжащую Керону.

— Я… не… могу… — задыхаясь, шепчет Ллерея, и в какой-то момент, отлетает прямо к стене. Сильно ударившись головой, девушка падает на каменный пол, и лишь ее болезненные стоны, дают нам надежду на то, что рия жива…

— Зовите целителя! — за считанные секунды преодолеваю расстояние между нами, и склоняюсь над девушкой, обхватив ее лицо ладонями.

— Ллерея, ты меня слышишь? Ллерея! — мои руки дрожат, и я держу голову девушки, заглядывая в уже знакомые, синие глаза. Ее дыхание вдруг выравнивается, несмотря на то, что она до сих пор напоминает мне раненную пташку, из последних сил борющуюся за свою хрупкую жизнь.

— Ллерея… — шепчу я, испытывая небывалый прилив нежности к девушке, что рискнула жизнью, ради того, чтобы найти Мандису. Я прижимаю рию к своей груди, отчетливо вспоминая, как в первый раз обнял Ису — скорее прижал к сердцу, убаюкивая, словнo маленького ребенка, и вытирал ее слезы, которые она проливала, пока я находился между жизнью и смертью.

— Птица мертва, Правитель. Мандиса принадлежит Креонскому. Я не знаю, как это объяснить, но жрец жив. Он никогда ее теперь не отпустит...