Эммануэль - Эммануэль Арсан

На белом полотнище экрана возникают смутные видения, почтигаллюцинации: осторожно взятые тонкими пальцами, словно нежные цветы, фаллосыразных размеров и форм; их два, четыре, восемь… В медленном ритме паваны кружатони вокруг фантома, вокруг призрака женщины, чье реальное тело живет там, взапретном пространстве между прожектором и шелком…

Силуэт ее изгибается в сладкой истоме и, словнонадломившись, опускается вниз; ее едва можно различить теперь. Видна толькогрудь. О, если бы эта нераспознаваемая фея сняла со своей головы волшебноеоперенье!

Чья-то прозрачная рука возникает из ничего, описывает ввоздухе параболу, одна ладонь ложится на невидимый живот, становится различимпалец, двигающийся взад-вперед там, где скрыт признак пола. Этот фаллический призраквсе убыстряет ритм танца, наконец, он танцует бесшабашную джигу, а женское теловыгибается, опираясь о землю только пятками и затылком, превращается внатянутую струну. Внезапно палец исчезает, Приап успокаивается, силуэтбледнеет, экран погружается в темноту…

Как только он вспыхивает, становится виден новый профиль состро торчащей грудью, длинными стройными ногами, голову украшает воздушнаяприческа, высокая, как корона. С левой стороны возникает еще одна фигура;танцуя под аккомпанемент глухо звучащих колокольчиков, она приближается кпервой, и признак мужественности выдается вперед решительно и строго, как наэтрусских фресках.

И вот два образа соединяются. Легко, как пушинку, поднимаетмужская тень женскую. Выгнув спину, крепко стоя на невидимых ногах, мужчина ссилой проникает в балерину, а та заключает его в крепкие объятия. Все это ясновидно под искусственным лунным светом. И снова ночь покрывает слившиеся силуэтысвоим покровом.

Но начинает светать, и в этих искусственных утренних сумеркахвновь стала видна женская фигура, неясно только, та ли, что была прежде, илидругая: легче отличить друг от друга летающих райских птиц. Она садится,подогнув под себя одну ногу и вытянув другую. Мужчина, а может быть, фавн,приближается к ней, опускается на колени. Женский силуэт кладет ногу на егоплечо и делает движение навстречу жаждущему рту. Тень мужской головы зарываетсяв тень женских бедер, и женщина откидывается назад, подставив грудь небесам. Исвет медленно меркнет…

На переднем плане четвертой картины предстает сидящиймужчина. Тень женщины – нет, музы! – возникает перед ним из мрака. Ее волосыподобны облаку, и походка ее воздушна; танцуя, она приближается к нему,склоняется все ниже. Фаллос героя медленно вырастает ей навстречу и, наконец,сливается с этим туманным неразличимым ликом. Но потом снова появляется и вновьисчезает, окунаясь вглубь торжественно, священнодействуя, творя какой-торитуальный обряд. Женщина исчезает. Полубог остается один.

Но ненадолго – из черной пелены вырисовывается еще однафигура. Мужчина простирает к ней руки, привлекает ее к себе, поднимает – и ссилой вонзает в нее свой член. Мягкие женские округлости сливаются с лепноймускулатурой любовника. Руки обвивают его шею, губы прижимаются к губам. И теложенщины изгибается с океанической гибкостью, вытягивается к воображаемомупотолку, опускается и снова парит в воздухе. И при каждом движении жезлплодородия появляется и снова погружается в глубокую тень.

Зрители вне себя: каждая жилка, каждый нерв напряжен, неукротимаясила пульсирует в их потаенных членах. Но представление продолжается. Женщинаподпрыгивает, взмахивая руками в воздухе, волосы распущены и касаются земли,живот мужчины сотрясают судороги. Кажется, животворный сок так и хлещет изнего.

Следующая сцена являет зрителям покоящуюся на высоком ложеженщину. Ее плечи и лицо совершенно исчезают под густой копной волос. Широкораскинув ноги, она словно ждет кого-то. И он появляется. При его появленииженщина поворачивается спиной, выгнув поясницу, становится на колени.Исполнитель мужской роли вонзается в нее сзади так глубоко, что дальнейшеедвижение становится, по-видимому, невозможным. Поэтому он внезапно застывает. Иженщина каменеет.

Сразу же от левой кулисы отделяется другая женская фигура.Плавными шагами подходит она к замершей паре. Выступающий наружу бугор Венерыприкасается к женскому изваянию: женщина сразу же оживает, поднимает голову,становится виден ее профиль, жадными губами она впивается в приманку.

Это возвращает к жизни и мужчину. С внезапной яростью онначинает терзать бедра пленницы, и та, разорвав привычную тишину театра тенейдолгими дикими криками, исчезает в ночи. Какое-то время экран пуст. Потом нанем появляются двое стоящих друг против друга мужчин. Они сближаются так тесно,что два их ясно различимых, торчащих вперед стержня сливаются в один огромный,толщиной в руку, фаллос. За спиной каждого нечто вроде стола или алтаря. Слеваи справа два женских существа, напоминающие барельефы на нубийских вазах. Грудивыступают над плоскими животами. Обе фигуры медленно приближаются к центральнойгруппе. Но правая останавливается на полпути, а левая опускается между двумямужчинами на землю и образует с ними одно целое. Нужно быть особенновнимательным или обладать ярким воображением, чтобы увидеть, как она берет врот этот двойной лингам. Потом она поднимается и вытягивается на одном изстволов. Голова ее на уровне мужских бедер, и мужчины немного придвигаются кней так, что могут губами прикоснуться к женскому телу.

Вторая женщина повторяет в точности весь ритуал иустраивается на втором столе, образуя с первой полную симметрию. Теперь обесредние фигуры прерывают свой несколько гомосексуальный тет-а-тет, делаютполуоборот и приближаются к алтарям: губы женщин раскрываются им навстречу, икаждая из лежащих завладевает фаллосом своего любовника.

Затем показываются две женские тени, несущие между своимигрудями мужские символы. Грациозными обольстительными движениями снимают они сшеи искусственные приапы и прививают их к жаждущим телам. Потом опускаются наколени между бедер этих новых гермафродитов и приникают губами к тем нежнымросткам, которые они только что постарались облагородить.

Еще двое мужчин: они появляются справа и слева иприближаются к коленопреклоненным женщинам. А те в тот же миг отворачиваются отискусственных приапов, которые они только что всадили своим возлюбленным, истремятся отведать вновь прибывших. Их сноровка привлекает внимание двух другихмужчин, от которых они оторвались, и те снова поворачиваются и подступают кэтим женщинам сзади, приподняв их за бедра: по движениям мужчин видно, что онипроникли достаточно глубоко.

Двух стоящих мужчин, чьи стержни были во рту превратившихсяв андрогинов женщин, разделяло небольшое расстояние, и это пространствотребовало заполнения. Показались еще две мужские персоны. Они встретились вцентре экрана, задвигались, закружились в пустом пространстве и наконец принялиточно такую же позицию, которую сначала занимала первая мужская пара. Всечетверо касались друг друга ягодицами.