Сделка с совестью - Слава Доронина

Внешне Ян спокоен и сдержан, опасности от него не исходит, но смотрит так, словно ему постоянно кто-то нашептывает на ухо: «Фас», «Укуси ее», «Порви девчонку». На меня еще никто и никогда так не смотрел. Даже Родригес.

Наблюдаю, как Ян отбивает женщину от собак. Ужасающая картина. Мурашки бегут по коже от увиденного. Я побаиваюсь бродячих псов и всегда их сторонюсь. Даже к домашним не питаю особой любви. В промзоне, где я раньше жила, собаки часто стаями бегали и вот так же нападали на людей. Однажды порвали девочку из соседнего дома. С тех пор я с собой всегда носила перочинный ножик. С детства худенькая, небольшого роста, защитить особо было некому. Приходилось самой оборону держать. Вот я и держала. Как могла. И ничего с годами не меняется. Увы.

Ян отгоняет собак от женщины, помогает ей встать и, придерживая за руку, подводит к машине. Ждет, когда она сядет, закидывает порванную одежду и сумку в салон, открывает дверь с водительской стороны и кивает мне, чтобы перебралась на пассажирское сиденье. Глаза у Яна стеклянные, руки трясутся. Он бросает мне на колени электрошокер и сидит пару минут, глядя в зеркало заднего вида на рыдающую от стресса бедняжку, пока я достаю из бардачка влажные салфетки и убираю обратно орудие защиты.

— Ян, — трогаю его за плечо.

Не отзывается.

— Ян! — сильнее встряхиваю. — Женщина в крови, ей в больницу нужно.

— Сейчас поедем, — говорит он, мазнув по мне стекляшками, а потом трогается с места.

Всю дорогу Игнасас молчит. Его как будто подменили: от дерзкой уверенности не осталось и следа, а ко мне потерян всякий интерес. Наконец-то. Может, разыскать на базе собаку, посадить у двери в номер и натравливать на Яна, когда снова решится подойти?

Женщина приходит в себя и, размазывая слезы и кровь по лицу, бормочет благодарности и без конца повторяет имя какого-то Виталика. Я перебираюсь к ней на заднее сиденье, осматриваю руки и ноги. Псы прокусили голень в двух местах, плечу немного досталось, но в целом ничего смертельного. Мы успели.

— Спасибо, — хрипло произносит она, шмыгая носом. — Я думала, что все… Конец…

Я ловлю на себе взгляд Яна, и по телу опять бегут мурашки. Неживые глаза. Мертвые. А ведь несколько минут назад все было по другому. Что с тобой, Хулио? Правда перенервничал и стрессанул? Я тоже. Но меня отходняк позже накроет. Не переношу вид крови и страдания других людей.

Вытираю влажными салфетками слезы с женского лица, потом кровь с рук, слушаю, как бедняжка сбивчиво рассказывает, как шла домой, никого не трогала и повстречала собак. У нее сильный шок. Ей бы выпить или поесть, чтобы чуточку отвлечься.

— Булочку будете? — спрашиваю я и тянусь к бумажным пакетам из Макдональдса.

Протягиваю ей бутылку воды и чизбургер.

— Нет, не хочу.

— Нужно, — настаиваю я и кормлю, а потом снова вытираю салфетками ее руки и лицо.

В больницу отвожу бедняжку одна: Ян говорит, что останется в машине и сделает пару звонков. Сдаю пострадавшую врачам, на всякий случай беру ее номер, оставляю свой и возвращаюсь к джипу. Ян стоит на улице и курит. Вокруг него порядка шести или восьми окурков. Нет, все же девять. Да ладно, Хулио? Так испугался?

На улице холодно, снова срывается мокрый снег. Я забираюсь в салон и жду, когда Ян сядет за руль, но он не торопится это делать. Опять курит. Стучу в окно и приоткрываю дверь.

— Надеюсь, это не травка?

Ян чуть поворачивает голову в мою сторону и хмурится, разглядывая лицо.

— Я дороги обратно не знаю. Денег на такси нет. Ты обещал отвезти меня на базу.

— Телефон у женщины взяла?

Я утвердительно киваю.

Ян докуривает сигарету и садится за руль. Заводит двигатель. Глаза все такие же стеклянные и неживые, пальцы трясутся, губы белые.

— Что с тобой, Хулио? — подаю голос.

Не хватало еще, чтобы в аварию попали. Лучше тогда я сяду за руль.

— Ничего. — Он включает печку, заметив, что я дрожу.

Тянусь к бутылке с водой и салфеткам.

— Давай кровь вытру? — предлагаю. — Тебя тоже покусали?

— Задело немного. Не нужно.

Ян отдергивает руки и недовольно щурится, когда я его касаюсь.

— Прививку от бешенства пойдешь делать? — улыбаюсь, чтобы разрядить напряженную обстановку и убрать кислую мину с симпатичного мужского лица.

Ян только что человека спас, его поблагодарить нужно, но я ничего не могу поделать со своим языком. Не тянет говорить приятные вещи. Женщина его пусть благодарит, а я бы сейчас в номере на базе спала, если бы не чья-та упертость и желание заняться сексом. Ну вот чем Игнасасу Верочка не угодила? Та же комплекция, что и у меня. Плечи, правда, чуть пошире. Но зато светленькая, безумно милая и очень заинтересована Яном. А я ровно дышу к таким дерзким хамам. Властных замашек Родригеса хватает.

Хулио поднимает левый рукав пальто, осматривает руку и шумно вздыхает.

— Ладно. Помоги, — делает одолжение барин. — Под сиденьем аптечка, там должен быть бинт. Перевяжи. А то и так Михе всю машину кровью запачкали. Нытья теперь не оберусь. По-хорошему бы на химчистку заехать. Не желаешь?

У Яна богатая мимика. И красивая улыбка. Но сейчас она чем-то напоминает жутковатый оскал.

— На базу я желаю попасть, а потом ты хоть в космос лети на этом джипе. Но без меня.

Достаю аптечку и смотрю на руку Яна. Левое предплечье малость прокусили. Пару швов бы наложить. Чтобы шрама не осталось.

— Пока не уехали, может, покажешься врачу? Вакцина тоже нужна. Бродячие псы, и все такое… Вдруг заражение будет?

— Если почувствую дискомфорт, съезжу. Бинтуй. На базу вроде торопилась?

Ну ладно. Не маленький мальчик. Знает, что делает.

Остаток дороги мы едем в тишине, но в нескольких километрах от базы Ян вдруг сбавляет скорость и прижимается к обочине. Лицо бледное, держится за висок и громко дышит.

— Ян?..

— Тут буквально пять километров осталось, — обрывает он приглушенным голосом. — Пересядь.

Я сбита с толку его словами и просьбой. Но вида не подаю.

— Если ты решил мне отомстить, изображая обморок, то…

Осекаюсь, потому что Ян выставляет вперед забинтованную руку и делает ей предупреждающий жест, чтобы закрыла рот. Почему-то это задевает.

Ну ок. Создам тишину. Хамло ты, Ян, а не Хулио.

Игнасас выходит из машины, шатаясь, обходит ее спереди и садится на мое место. Держится за виски и закрывает глаза, больше не обращая на меня внимания.

Господи, поскорее бы наша поездка и странности этого мужчины остались позади. Меня полностью устраивает моя скучная и понятная жизнь. А вот Маркеловой прямая дорога на МРТ. Пусть сходит и проверит голову, если сохнет по такому придурочному.