Мафиози и его Одержимость. Часть 2 - Джеймс Лайла

Я посмотрел на Валентина, заметив, как он доволен собой. Я всегда знал, что он никчемный придурок, но, черт возьми, сегодня он украл этот чертов трофей.

— Признаю, это было ошибкой. Слава богу, я передумал.

Он кивнул, прищурившись. — Я хочу заключить с тобой сделку.

Выражение его лица…мне оно не понравилось.

— Я не заключаю сделок, которые не в мою пользу, — прорычал я. — Я не понимаю, что у тебя есть такое достаточно хорошее, чтобы заключить со мной сделку.

Он усмехнулся себе под нос, уверенность скрывала его позу. — Сначала выслушай мое предложение. Тебе понравится оно.

— Говори, — пробормотал я, прежде чем опустошить оставшуюся бутылку. Алкоголя было не так уж и много, и сейчас мне этого было недостаточно.

Мне нужно было что-то покрепче, чтобы справиться с этим дерьмом.

Валентин растянул напряженное ожидание, закурив новую сигару и медленно положив ее между губ. Он не торопился, и я наблюдал, как он выпустил клуб дыма. С каждой секундой я все больше расстраивался, и у меня из горла вырвалось тихое раздраженное рычание.

— Терпение — добродетель.

— О, ты собираешься учить меня добродетели, старик? — я улыбнулся.

Он шмыгнул носом в ответ, прежде чем сделать еще одну сильную затяжку сигарой. Воздух в его кабинете был наполнен едкостью.

— Ты знаешь, чего я хочу, — начал он.

— Смерти Алессио, — ответил я на автопилоте. Больше года это просверливалось у меня в голове.

— Я хочу большего, и ты знаешь это.

— Ты хочешь власти, Валентин. Вот чего ты хочешь. И ты ее получишь. Я обещал тебе это.

— Быть Паханом всегда было моей целью. Она так близко, что я почти могу слышать ее запах. Но, видишь ли, я уже стар. Я недолго буду лелеять свой успех, а ты-мой наследник. Помни, однажды все, что у меня есть, будет твоим. Даже титул Пахана.

Он помолчал, склонив голову набок. — Но опять же, все зависит от тебя и от того, насколько хорошо ты выполнишь свою работу.

— Я знаю, что должен сделать, — прошипел я, ненавидя осуждение в его тоне. Как будто я был ниже его, значил меньше чем он.

— Алессио все еще жив. Тебе удалось избавиться от плода, но Майла, его дочь-тоже проблема.

— Ты думаешь это легко? Чтобы я просто ворвался и убил Алессио? Убил его семью? Ты дурак.

Точно так же, как нелегко было убить Валентина Солоника.

Когда могущественные, голубокровные люди скользят под нашим радаром, требуются месяцы и месяцы планирования настоящего убийства. Чтобы не оставлять никаких улик. В том числе и свидетелей.

Таких могущественных людей, как Алессио Иваншов, было немного.

И до сих пор никто из них не был убит.

Таково было наше негласное перемирие. У каждого из нас была своя территория, и мы оставались в ее пределах.

Если мы лажали…это означало войну.

Валентин правил Россией железным кулаком. Он был на вершине лестницы со слишком многими верными соратниками, чтобы пересчитать их по пальцам. Убить его было не простой задачей.

Валентин на мгновение ухмыльнулся, словно прочитав мои мысли. Его взгляд заострился на моем лице, и я поставил пустую бутылку.

— Хочешь закурить?

Я отрицательно покачал головой. Мои пальцы переплелись, и я наклонился вперед, положив локти на колени. — Что у тебя за предложение?

— Я полагаю, тебе нужен стимул. Что-то, чего ты ждешь с нетерпением после того, как сделаешь свою работу, — протянул он.

Мои челюсти сжались от его слов. Смысл его слов был ясен, и мне не нравилось, к чему он клонит. Меня бесило, что Валентин постоянно загонял меня в угол. Он играл мной, как будто я был его пешкой.

— Ты сказал, что очарован моей женой, не так ли, Константин?

В глубине моего желудка возникло тошнотворное ощущение. Пульсирующее ощущение нарастало в моей груди. Сглотнув вновь образовавшийся комок в горле, я лишь смотрел в темные глаза Валентина. Я отказался попадать в его ловушку.

— Вот моя сделка, сынок. И я знаю, что это то, чем ты будешь очень увлечен, — он помолчал и сделал маленький глоток водки. Мои кулаки сжались. Он играл с моим терпением.

— Ты убьешь Алессио…и его семью. Взамен ты получишь мою жену как свою.

Внезапно весь воздух в моем теле был высосан. Вена на моей шее пульсировала, а мышцы на скулах дергались. Боль горела ярче и жарче в моей груди.

Что же он за ублюдок?

— Это моя награда тебе, сын мой. Я это вижу. Тебя интересует Валерия. Ты уже проверил ее сегодня. Ты осмотрел ее очень тщательно, и я могу сказать, что она сделает твой член очень счастливым в долгосрочной перспективе. Она будет полностью твоей. Ни один мужчина не прикоснется к ней без твоего разрешения.

Его предложение звучало заманчиво. Понимающая улыбка на его лице сказала всё.

— Я отдам ее тебе сейчас, если это сделает тебя счастливее. Сегодня я дотронусь до нее в последний раз. Подумай о том, что я предлагаю. Она-мое самое дорогое достояние, Константин. Я отдаю тебе свою жену.

Я замолчал, колеса в моей голове завертелись.

Валери будет в безопасности. В безопасности в моих объятиях. Под моей защитой. Вдали от дьявола…

Это было все, чего я когда-либо хотел для нее… для нас…

Эта история была запятнана с самого начала. Этому не суждено было случиться. Запретная во многих отношениях, но…

Это была самая правильная вещь, которую я когда-либо делал в своей жизни.

Что бы ни говорил Алессио, что бы ни бросал мне Валентин, жизнь и сердце Валери теперь принадлежали мне.

Я встретился взглядом с Валентином. Его сделка была заманчивой. Но я не был эмоциональным дураком.

Валентин был не из тех людей, которые легко отдают то, что, по его мнению, принадлежит ему. Ни капельки.

— Ты предлагаешь хорошую сделку, — протянул я, стараясь выглядеть невозмутимым. Я откинулся на спинку сиденья, положив локти на подлокотник.

Поза показывала силу.

Сила всегда пугает вашего противника.

И прямо сейчас моя поза говорила, что я контролирую ситуацию. Судя по выражению лица Валентина, он был слегка напуган. Я пригвоздил его взглядом к сиденью, внимательно наблюдая за ним. — Хотя… …я не верю, что ты из тех людей, которые заключают сделки не в свою пользу. Это игра. В игре всегда есть правила. Итак, расскажи мне, Валентин.

Он откашлялся, и на его лице появилась тень улыбки. — Ты очень умный. Три недели, Константин. Это все, что тебе нужно, чтобы закончить свою работу. Три недели.