Мактуб. Ядовитый любовник - Лана Мейер

– Ты – не убийца. Ты ничтожество, Престон, – шипит она, сверкая глазами и отступая босыми ногами назад. Ее туфли валяются под колесами одной из машин вместе с сумкой. Кровь непрерывно льется из носа, но я не замечаю. Надвигаюсь, шаг за шагом, не свожу немигающего взгляда с женщины, которую имею полное право убить. Прямо здесь и сейчас. То, что она позволила себе – за гранью дозволенного. Неважно, что позволил я – она начала первая. Ума не хватило вовремя остановиться, пусть теперь пожинает плоды.

– Ты в тюрьму сядешь, ублюдок, – кричит она, – Будешь на стенах мои портреты кровью писать, пока я здесь ноги для нормальных мужиков раздвигаю.

Зарычав, я влепляю ей сильную пощечину, и она отлетает назад, падая на капот синего мустанга.

– Ты меня ударил, мразь! – шипит Рика, бросаясь на меня, но я успеваю перехватить запястье и толкаю спиной на капот. Склоняюсь, заводя ее руки за голову. Кровь густыми каплями падает на ее щеку, губы. Она кричит от ужаса, глядя в мои рассвирепевшие глаза. Что, не такого ждала от клоуна с кисточкой? Не нравятся жестокие игры от Джейдана Престона? Других не будет больше.

– И этого чертовски мало. Мы не в расчете, Эрика, – вибрирующим от животной ярости и похоти голосом говорю я, почти не чувствуя больше боли.

– Ненавижу тебя, Престон, – слизывая кончиком языка мою кровь со своих губ, она хищно ухмыляется. – Уже вижу, как ты дрочишь на мои портреты, сидя в одиночке.

Играет на нервах, сука. Специально провоцирует, реакцию проверяет. Жить надоело? Или такая отчаянная? Или просто идиотка конченная?

– Если я однажды окажусь в тюрьме, крошка. Меня обслуживать будет целый гарем тогда, когда я пожелаю и туда, куда потребую.

Наклоняясь, я захватываю ее дрожащую от гнева нижнюю губу зубами, оттягиваю, оставляя кровоточащую ранку. Смешиваю нашу кровь, вонзаясь яростным жадным поцелуем в распухшие губы. Сжимаю ее задницу, тяну на себя, собираясь закончить то, что она прервала. Она мычит отчаянно мне в рот, извиваясь, как змея. И я внезапно чувствую, как меня с силой отрывают от нее, дергая за рубашку. Я резко разворачиваюсь, чтобы выбить дурь из любого, кто посмел вмешаться. Окидываю тяжелым взглядом одетых в спецодежду мужчин. Двое из трех, непроизвольно отступают на шаг, разглядев на моем лице звериное выражение.

– Сэр, вам лучше успокоиться и отойти от девушки, – невозмутимым спокойном голосом произносит один из охранников чертовой парковки. Ни одного не видел по периметру, когда бежал сюда за Эрикой. По камерам наблюдения засекли, ублюдки вездесущие. Но как ни странно размеренный голос и мелькнувшая во взгляде говорившего уверенностью охлаждают мой пыл, заставляя внимательнее всматриваться во взирающее на меня с тревогой и напряжением лица. Прищурив глаза, я делаю то, что мне говорят. Поднимаю ладони верх, и отхожу в сторону. Мой мозг мучительно медленно возвращается к хладнокровному анализу ситуации, забирая контроль из вырвавшейся на волю животной сутью. Склонив голову к плечу, я поочередно и пристально рассматриваю каждого охранника. Конечно, я могу с ними справиться, но надо ли? Меня здесь вообще быть не должно.

Поворачиваюсь назад, и таким же сканирующим взглядом смотрю на застывшую на капоте и не скрывающую своего облегчения Эрику Доусон. Один из парней галантно подает ей свой рабочий пиджак, и она кутается в него, шмыгая носом и с неистовой злобой стреляя в меня ненавидящими взглядами.

– Мисс, с вами все в порядке? – спрашивает один их охранников. – Вызвать полицию?

– Было бы здорово, – мстительно заявляет Эрика, не сводя меня сверкающих триумфом глаз. Я криво ухмыляюсь, вытирая кровь рукавом рубашки.

– Мы с моей подругой немного заигрались, парни. Она все еще в образе, – невозмутимо сообщаю охранникам.

– Иди на хрен, Престон. Я сама вызову копов, – уверенно заявляет она, обходит меня стороной и направляется за своей сумкой. Сканируя меня тяжёлыми мрачными взглядами двое охранников на всякий случай встают между нами. Серьёзно?

Если что и сдерживает меня сейчас, то точно не они и не никчемные угрозы Эрики. Она, конечно, может вызвать копов, но уже завтра ночью я жестко оттрахаю глупую сучку в ее же постели, и она пожалеет о каждом часе, который я проведу наедине со следователями. Мой взгляд отпускается на ее голые ступни, покрытые автомобильной копотью и кровью. Болезненное напряжение сдавливает грудную клетку, вызывая кратковременный приступ удушья. Она уверенно идет, прямо держа свою спину по сырому пыльному асфальту, как гребаная королева в разорванном платье, отвоевавшая только что как минимум целое королевство, а я не могу оторвать воспалённого взгляда от ее ног. Свирепый дракон сворачивается внутри, глухо застонав от боли. В голове мелькают кадры многолетней давности. Один за другим, я прокручиваю их с настойчивой дотошностью, отрицая саму возможность… Нет, бл*дь. Нет.

– Никаких копов, мисс Доусон, – появившись из-за неоново-синего джипа в сопровождении двух широкоплечих телохранителей, непоколебимым голосом заявляет Джадир Бин Кадир аль-Мааб. Одновременно с Рикой наклоняется за ее сумочкой и успевает схватить ее первым. – Все свои проблемы вы будете решать в Нью-Йорке, – выпрямляясь он смотрит ей в глаза, медленно скользит вниз, жадно шаря по телу, и возвращается к лицу. И мне, бл*дь, совершенно не нравится его взгляд, и в тоже время открывает многое, потому что сукин сын понятия не имеет то, кто сейчас наблюдает за ним.

– Никаких скандалов на свадьбе наследника шейха, мисс Доусон, – понижая интонацию голоса, вкрадчиво продолжает Джадир, продолжая пялиться на нее. – Чтобы не случилось между вами и мистером Престоном, вы выясните это сразу по прилету в Нью-Йорк. Надеюсь я понятно выражаюсь?

– Я не могу сейчас поехать в Нью-Йорк. Я сопровожда…

– Вы поедете! Вертолет пребудет через… – непререкаемо обрывает Мааб, и вскинув запястье, сморит на часы, блеснувшие в темноте благородным сиянием дорогого металла. – Три минуты. Личные вещи, включая телефон, получите в аэропорту перед самой посадкой на рейс до Нью-Йорка. То же самое касается мистера Престона, – он кивает своим парням и те уверенно приближаются ко мне, один разводит мои руки, другой обыскивает карманы, а я не свожу вызывающего пристального взгляда с Джадира Мааба. У меня забирают телефон и бумажник и оставляют в покое. Я отступаю назад, застёгивая ремень и ширинку на брюках, которые до этого момента не удосужился застегнуть. Мааб, выразительно выгнув бровь, наблюдает за мной невозмутимым взглядом. Я могу уйти прямо сейчас, и должен это сделать…

Рика наклоняется за своими туфлями и ищет что-то еще. Видимо сережку, которую я сорвал с ее уха и выплюнул на асфальт во время нашей незабываемой драки.

– Ваш багаж доставят в вертолёт и вернут при посадке. За сохранность можете не волноваться. Мои люди сопроводят вас до аэропорта, чтобы не допустить возникновения нестандартной ситуации.

– То есть нас выпроваживают? – прижимая к груди свои туфли, гневно спрашивает Рика. – На меня напали. Не понимаю, почему я должна уехать?

– Ваше поведение недопустимо для высокого уровня мероприятия. Я обязан поступить согласно обстоятельствам.