Грей. Продолжение - Катерина Коротеева

— Разве я давал тебе повод думать, что этого недостаточно?

— Нет.

— Тогда с чего ты взяла?

— Я знаю, какой ты. Что тебе… э-э… требуется, — запинаясь, проговорила она.

В отчаянии я закрыл глаза. Я действительно старался изо всех сил разорвать этот порочный круг, на который Флинн открыл мне глаза. Я старался не втягивать Ану во всю эту грязь. Неужели я произвел неправильное впечатление? Она думает, что я не доволен нашими сексуальными отношениями? Я очень доволен тем, что сейчас у меня есть. В наши отношения идеально вписывается ваниль с разными вкусностями, только почему я один это вижу? Почему она думает, что я хочу вернуться в прошлое?

— И что мне теперь делать?

Я правда не знаю, как ей доказать, что меня устраивает все как есть. Она дает мне гораздо больше того, о чем я мог когда-либо мечтать.

— Нет, ты меня не понял. В последние дни ты был замечательный. Но я надеюсь, что не вынуждаю тебя идти против собственной природы, притворяться.

Ну да, я пытаюсь быть тем, кем не являюсь. Я пытаюсь быть лучше.

— Я — это я, Анастейша, во всех пятидесяти оттенках моей порочности. Да, мне приходится перебарывать диктаторские замашки… но такова моя натура, так я строю свою жизнь. Да, я рассчитываю, что ты будешь вести себя определенным образом. Когда ты отказываешься, это одновременно тяжело и интересно. Мы все-таки делаем то, что мне нравится. Вчера, после твоей возмутительной выходки на аукционе, ты позволила мне отшлепать тебя, — это было освежающе. — Мне нравится тебя наказывать. Не думаю, что это желание когда-нибудь пройдет… но я стараюсь, работаю над собой, и это не так трудно, как я думал.

— Я не возражала, — прошептала она с робкой улыбкой.

— Знаю. Я тоже. Но позволь тебя заверить, Анастейша, что все это для меня в новинку, и что последние несколько дней стали лучшими в моей жизни. Я не хочу ничего менять.

— В моей жизни они тоже были лучшими, это точно, — сказала она, и эта новость позволила мне расслабиться и улыбнуться.

— Так ты не хочешь водить меня в свою игровую комнату?

Ни за что! Я тяжело вздохнул, вспоминая наш последний раз…

— Нет, не хочу, — заявил я со всей уверенностью.

— Почему? — прошептала она.

— Ты ушла от меня как раз оттуда, когда мы там были в последний раз, — спокойно ответил я. — Я боюсь всего, что могло бы побудить тебя снова меня бросить. Когда ты ушла, я был раздавлен, я уже говорил тебе об этом. Я не хочу повторения той ситуации. Ты мне нужна.

Эта комната теперь у меня ассоциировалась с местом, где все развалилось, потому что я не смог себя контролировать. Сейчас я физически ощущал ту боль, которую чувствовал после ее ухода. Тогда развалился весь мой мир. Я не могу вернуться в это чистилище. Я был зависим от этой комнаты долгое время как наркоман. Флинн сказал, что я не садист, что я со временем пристрастился к садизму. Я готов проверить эту теорию на практике. Я хочу отучить себя даже думать в этом направлении, но для этого мне потребуется некоторое время. Поэтому, я не могу рисковать и вернуться с Аной в эту чертову комнату.

— По-моему, это несправедливо. Твоя постоянная забота о том, как я себя чувствую, ведь это очень утомительно. Ты столько всего переменил ради меня… Я считаю, что тоже должна как-то пойти навстречу тебе. Не знаю, может… попробуем… какие-нибудь ролевые игры.

Твою ж мать… Я не верил своим ушам… Она выглядела почти разочарованной. Я вообще перестал ее понимать.

Она произнесла это, запинаясь и густо краснея. Видимо, она чувствовала себя виноватой, предполагая, что я приношу себя в жертву ради нее, и теперь она должна что-то сделать для меня. Ана не понимает, что уже делает меня счастливым.

— Ана, ты идешь мне навстречу даже больше, чем ты думаешь. Пожалуйста, прошу тебя, не думай об этом. Малышка, это были всего лишь одни выходные. Подожди немного. Когда ты ушла, я много думал о нас. Нам требуется время. Ты должна доверять мне, а я — тебе. Может, со временем мы сумеем вернуться к прежним штукам, но сейчас ты мне нравишься такая, какая ты есть. Мне приятно видеть тебя счастливой, беззаботной и спокойной, зная, что я причастен к этому. Я никогда еще… Прежде чем бегать, надо научиться ходить.

В голову мне пришла фраза, которую часто на наших встречах повторял Флинн.

Черт, такими темпами я скоро начну говорить с британским акцентом.

Я невольно рассмеялся от собственной мысли.

— Что тебя так развеселило?

— Флинн. Он постоянно говорит эту фразу. Я не думал, что стану его цитировать.

— Получается, «флиннизм»?

— Верно, — усмехнулся я.

Появился официант с закусками и брускеттой, разговор сошел на нет. Затем перед нами поставили большие тарелки с ужином. Я решил поговорить с ней на отвлеченные темы. Мне было интересно, где она была заграницей, оказалось, что она нигде не была, кроме США.

Ну, мисс Стил, я могу показать Вам мир, если Вы мне это позволите.

Я рассказал о тех местах, которые успел посетить. Мы мило болтали, доедая наш ужин. Мне еще никогда ни с кем не было так легко и комфортно, как с ней.

После вкусного и сытного ужина мы поехали в «Эскалу», под задушевное пение Евы Кэссиди. Всю дорогу мы ехали молча. У меня не выходили из головы слова Лейлы, которые она нацарапала ножом… Ты мой навечно… Неужели она таким образом заявляла на меня свои права? С чего это вдруг? У нас были идеальные контрактные отношения… Она была всего лишь моей нижней… Я никогда не хотел с ней большего, в отличие от нее… Поэтому мы и расстались… Почему, спустя почти три года она вернулась? Ее помешательство меня очень беспокоило. Беда в том, что когда ты пытаешься на некоторое время убежать от проблемы, то она становится еще больше, когда ты снова поворачиваешься к ней лицом.

Чем ближе мы подъезжали к дому, тем тревожнее себя чувствовал. Я всматривался в боковые улочки и тротуары. Интересно, где же сейчас Лейла? Ей нужна была срочная помощь психиатра… Если я был ей нужен, то почему она скрывалась от меня?

Когда мы въехали в гараж, заметил ожидающего нас Сойера. Я припарковался, и он любезно открыл для Аны дверь. После нашего замечательного дня, который мы провели на катамаране, мне не хотелось возвращаться в реальность.

— Здравствуйте, Сойер, — вежливо сказала Ана.

— Здравствуйте, мисс Стил, мистер Грей, — кивнул он.

— Ничего? — спросил я.

— Нет, сэр.

Черт, меня сильно нервировало, что нам до сих пор ничего не известно о местонахождении Лейлы.

Я взял Ану за руку и повел к лифту.

Куда ты опять пропала, Лейла Уильямс? Нам нужен какой-то план, хоть что-то… Мне нужно обсудить последние события с Тейлором… Я бросил взгляд на место, где еще вчера стояла «Ауди А3»… Хорошо, что машину забрали, вспомнилось то видео с камеры, когда она с особой жестокостью вонзала нож в каждое колесо… Она была явно не в себе… Лейла не должна добраться до Аны… Моей девушке просто нужно понять, что она не должна собой рисковать.