Вкуси Меня - София Ваго

Игнат быстро спускался по лестнице. На телефоне горело одно короткое зашифрованное сообщение: “32-14, новый приказ: привезти её на XY координаты. После этого Ваше задание в России будет считаться завершённым”. Спецагент прекрасно понял, кто такая “она” в данном контексте, но в его голове не укладывалось, как, если задание было нацелено на то, чтобы найти компромат на ужасного Адама Уилсона, который, между прочим, не вызвал у него столько подозрений, сколько сам Куратор, что был готов убить спецагента на задании прямо на месте; именно ОНА могла завершить дело? Неужели беременная Кира и есть тот самый компромат?

Ох… И ещё этот вопрос с отцовством. Тогда на набережной он фактически поверил в то, что Кира не имеет к нему никакое отношение и является всего лишь несчастной жертвой обстоятельств, по совместительству “Госпожой” этого “Дьявола-манипулятора”... Внутри всё неприятно сжалось. А есть ли всё-таки шанс, что отец именно он? Он же не помнит целый кусок своей жизни… Как и Кира сейчас. Не с проста.

— До Шереметьева, пожалуйста! — Игнат поймал такси “по старинке”, выйдя на шоссе. Сейчас нужно оставлять минимальный цифровой след за собой.

Дверь захлопнулась. Мотор завёлся. Игнат посмотрел на вечернюю Москву. В голове с рёвом двигателя также “завелось” уже на котором репите и другое направление мыслей: Адам — вампир. Как из легенд или баллад. И самое страшное во всём этом: почему он, Игнат, человек 21 века, ни капельки не удивлён или даже поражён существованию отдельного животного вида среди людей? Где-то в бессознательном он всегда знал, что человечество не уникально… Интересно, сколько существует подвидов? И если есть вампиры, то какие ещё существа ходят среди “обычных” серых масс? Вервольфы? Феи? Хоббиты?

Взгляд по долгу службы и наработанной годами профдеформации зацепил боковое зеркало машины. Чёрный лексус, или машина без номеров, сильно напоминающая ту, в которой он вёз Киру до больницы ночью, перестраивалась из ряда в ряд за такси, будто преследуя.

— Дорогой, — обратился Игнат к водителю, — Перестройся, пожалуйста, в крайний ряд.

— Но нам же не надо поворачивать, — сказал, нахмурившись водитель, который машинально перевёл взгляд на навигатор.

— Я знаю, дорогой. Но ты перестройся, пожалуйста, включи поворотник на светофоре, а сам проедь прямо, и вернись в комфортный ряд. Я деньгами не обижу, — Игнат посмотрел в зеркало заднего вида.

— Да там же только “налево”! — начал набивать себе цену крутитель повелительной баранки.

Игнат просто засунул две розовых купюры в нагрудный кармашек мужчины и мотнул головой в стиле: “Исполнять!”. Водитель сглотнул и пришипился.

Спецагент взялся двумя руками за изголовья передних сидений. Такси выполнило манёвр, встав прямо на светофоре под стрелку. Перед ними никого. Чёрный лексус перестроился из второго ряда за ними через 2 машины. Он также включил поворотник “налево”.

Стрелка зажглась. Жёлтое такси рвануло с места в карьер, нарушая правила дорожного движения, а Игнат резко повернулся назад:

— ГОНИ-ГОНИ-ГОНИ! — прокричал он водителю, сердце которого ушло в горло.

***

— Игнат? — спросила я, не слыша даже собственный голос и смотря на тяжело дышащего мужчину перед собой.

Он кивнул и протянул свои руки ко мне.

— Что произошло? Что ты здесь делаешь? — я сощурилась, пытаясь прочесть ответ по его губам, — Я НЕ слышу, давай по слогам!

— Ки-ра, — я внимательно проговорила за ним его же слова, когда он поставил меня на ноги, — А-дам хо-чет у-бить те-бя и нашего с то-бой ребёнка!

Мои глаза округлились.

— Я рас-ска-жу те-бе всё в ма-ши-не, надо срочно бежать! — читалось по губам блондина.

Я посмотрела на двор через окно. Дверь Aston Martin была нараспашку открыта. Ричард дрожал под машиной.

— У меня там собака! — крикнула я Игнату, который уже подхватил меня на руки и начал бежать не вниз, а… вверх, на крышу.

Игнат что-то ответил, но я не поняла его бубнёж. В моей голове была каша, где было понятно только одно: я сама нерадивая мать на свете. Как для собственного ребёнка, так и для собаки.

Во время моих размышлений Игнат успел вышибить хлипкую дверь на крышу, и мы оказались на “вершине” моего умирающего дома. Мужчина начал вязать какие-то тросы, а я сложила руки на груди и посмотрела перед собой. Кто-то из соседей уже вызвал скорую, МЧС, полицейских… Что со мной вообще происходит? Как я оказалась в такой заднице? Кто меня проклял?

Меня взяли за плечи и развернули к себе. Дальше было тело техники: мужчина, тряся меня как куклу нацепил на меня какой-то жилет, а дальше привязал к себе системой карабинов.

— Пры-га-ем на счёт три! — сказал он громко мне в глаза, обжав моё лицо своими горячими ладонями.

— Я не… — но он уже потащил меня к краю крыши и… аккуратно, сойдя спиной вниз по стеночке вместе со мной на его торсе, мягко спилотировал нас на землю.

Это оказалось куда проще, чем я думала.

— Ту-да! — пригнувшись, между деревьями, Игнат потащил меня к отдельно стоящей ото всех карете скорой помощи.

Во дворе возникла паника. И толпа.

***

— Игнат, что за хрень происходит? — выговорила я, когда меня насильно положили на кушетку и приложили лёд к перегретой голове.

Врач без разрешения начала осматривать мой живот на УЗИ, беспардонно расстегнув кофту от спортивного костюма.

— Кира, — слух начал прорезаться. Хотелось есть. Очень, — Давай доберёмся до дома и я всё расскажу.