Хозяин её жизни - Софи Росс

Я умирала без него.

Дамир исчез из моей жизни, и я пыталась жить дальше. Училась жить без него.

Каждую ночь просыпалась от кошмаров, в которых мои руки были все в его крови. Не только руки. Вся моя одежда была пропитана ею. Я часами в душе старалась оттереть ее с кожи, но перед глазами все равно стоял тот момент, когда я зажимала пулевую рану и ничего не видела из-за стоящих в глазах слез.

Артуру пришлось силой оттаскивать меня в больнице от каталки, на которой Дамира везли в операционную. Он держал меня в своих руках, сдавливал плечи, пока я не почувствовала обжигающий укол успокоительного и не осела на резко подогнувшихся ногах.

Медсестра сунула мне в одну руку вату с каким-то едким запахом, а в другую стакан воды. Только вот из-за дрожи я в ту же секунду пролила все на себя. Потом Артур принес откуда-то салфетки и попытался помочь мне избавиться от засохших бордовых потеков на коже, но одной пачки оказалось мало.

Я так и сидела несколько мучительно долгих часов в крови Дамира.

— Девушка, мне три красные розы. Заворачивать не нужно.

Мужчина с помятым лицом разглядывал стеклянный холодильник с дорогими букетами, пока я выбирала для него цветы и пересчитывала мелочь, которой он расплатился. Двести рублей монетками по рублю — то еще издевательство над продавцом.

Пару дней назад я вернулась на прежнее место работы. Мне просто повезло — владелице срочно требовалась девочка на дневные смены, а я проходила мимо магазина и зацепилась за эту возможность, буквально умоляя ее взять меня обратно.

Тратить деньги с карты, которую мне передал Артур, я не собиралась.

— Вашей даме обязательно понравится, — вежливо улыбнулась покупателю.

— Да главное, чтобы меня Людка домой пустила. Загулял я что-то в этот раз, — он хмыкнул, забрал цветы и ушел, перестав наконец-то распространять в магазинчике опьяняющие пары своего похмелья.

До вечера я пыталась по максимуму занять себя работой. Занималась какими-то абсолютно бесполезными вещами, вроде сортировки упаковочной бумаги по цветам и рисункам.

Карина позвонила мне ближе к вечеру. Она собралась покорять северную столицу, и я попросила ее предупредить об отъезде. Мы не общались весь этот месяц, но сейчас это было по моей инициативе — сестра после того дня пыталась сблизиться со мной, но я больше уже не смогу ей доверять.

Может, оно и к лучшему, что Карина уезжает.

Сможет начать все с чистого листа в новом городе, где о ее прошлом никто не будет знать. Вроде даже она собралась оставить жизнь за счет богатых мужчин. Нашла какие-то курсы от известного визажиста, продала украшения, которые ей дарили спонсоры, и сняла небольшую квартиру на окраине, отложив остальные деньги на карту.

Больше о ее жизни я ничего не хотела знать. Мы сухо попрощались, и я удалила ее номер из телефонной книжки. Совершенно не важно, что вся информация все равно хранится в «облаке», это был просто символический жест, с помощью которого я оборвала один удерживающий меня на месте канат.

Может, мне тоже стоит уехать?

Бросить все и сделать перезагрузку собственной жизни.

В конце дня я передаю ключ от помещения девочке, которая пришла сменить меня. Желаю ей удачи на прощание, выхожу на улицу и бесцельно иду вперед, чувствую, как ветер пронизывает до костей.

Я слишком легко оделась с утра, не думая о том, что после работы мне не захочется идти в пустую квартиру.

Гуляю по городу, периодически грею руки теплым дыханием, поднося ладони к губам, и иногда поправляю наушники, которые так и норовят выпасть.

Музыка немного отвлекает, помогает окончательно не свихнуться, когда в голову лезут разные ненужные мысли.

Сама не замечаю, как щеки пачкают соленые дорожки. Я предпочитаю думать, что у меня просто от ветра слезятся глаза.

Ветер.

Всего лишь ветер.

Это не очередная подступающая истерика, меня не душат слезы, я могу дышать.

— Аврора? — рядом со мной останавливается знакомая машина, я вглядываюсь в опустившееся окно и замечаю Тасю, которая из-за своего живота очень неуклюже дотягивается до руля. — Садись быстрее, здесь вроде нельзя парковаться. У меня и так в этом месяце превышен лимит по штрафам. Еще один и Артур заберет у меня эту красавицу.

— Да мне здесь близко уже, — пытаюсь вспомнить хоть что-нибудь поблизости, куда я могу идти. — Ты не стой, за тобой уже пробка образовалась…

— Так, давай ты сначала сядешь, а там разберемся. Беременной девушке нельзя отказываться, я могу разнервничаться и начать рожать прямо здесь.

Это работает. Я не хочу лишний раз заставлять Тасю волноваться. Она и без лишнего стресса очень рискует на таком сроке передвигаться без сопровождения мужа. Интересно, как она Артура уговаривает отпускать ее…

Чувствую я, без женских коварных хитростей в их паре не обходится.

— Замерзла, да? Сейчас я тебе подогрев включу. Осталось только разобраться, какую именно кнопку выбрать… — Тася задумчиво разглядывает приборную панель и примерно раза с третьего угадывает куда изначально должна была нажать.

Нам сигналят пару раз, но девушка никак не реагирует на это. По-моему, она привыкшая.

— Заедем в какое-нибудь кафе, ладно? Маленькие монстры внутри меня срочно требуют тирамису с пастой в сливочном соусе. Именно в такой последовательности, — она улыбается, я тяну ремень безопасности на себя и заламываю пальцы, когда на очередном светофоре Тася слишком пристально разглядывает меня.