Его одержимость - Полина Довлатова

— Если по части медицины мы уже закончили, вы можете идти, — оборачивается к врачу. — Лера оденется, и мы уедем.

Вежливо попрощавшись, доктор выходит из палаты, оставляя меня наедине с незнакомец.

Какое-то время мы оба молчим, смотря друг другу в глаза. Я всё жду, что сейчас он развернётся и выйдет, чтобы я могла одеться, но этого не происходит ни через минуту, ни через две.

— Кажется, я сказал тебе одеться, Лера. — мужчина первым прерывает тишину, бросая взгляд на лежащее на моих коленях бельё.

— Как? — непонимающе смотрю на него. — Вы же ещё в палате?

— И? — выгибает бровь.

— Я так не могу.

— Хочешь, чтобы это сделал я? — один уголок его губ едва заметно дёргается в ухмылке.

— Нет, — тут же вспыхиваю от подобного предположения. — Я имею ввиду, что не могу одевать бельё, когда вы здесь. Мне нужно, чтобы вы вышли.

Незнакомец направляется к двери, и я жду, что сейчас он выйдет, но вместо этого он проворачивает замок, запирая нас двоих изнутри. Медленно развернувшись, мужчина вперивает в меня хищный взгляд. Тот самый, что был у него, когда он только появился на пороге этой палаты. Моё сердце замирает, когда я наблюдаю за тем, как он плавной походкой двигается по направлению ко мне. И пускается в бешеный пляс в тот момент, когда он начинает по одной расстёгивать пуговицы на пиджаке и, приблизившись ко мне вплотную, полностью его с себя стягивает.

— Что… что вы делаете? — в панике отползаю к стенке, попутно, натягивая одеяло почти до самого подбородка.

Стреляю глазами по направлению к запертой двери и обратно на мужчину. Он ухмыляется. Судя по всему, моя реакция кажется ему забавной.

— Ты боишься меня, Лера? — спрашивает, вздёргивая вверх брови.

— Я… не знаю, — отвечаю, замявшись. — Я не помню вас. Мне просто пока сложно.

Опустившись рядом со мной на корточки, убирает моё бельё в сторону и кладёт руку мне на ноги, поверх одеяла. Медленно ведёт выше, чуть надавливая пальцами. Кажется, я перестаю дышать, наблюдая за его движениями. Этот человек настолько неоднозначен, что я теряюсь, не зная как вести себя рядом с ним и как реагировать на его действия.

В этот момент, воспользовавшись моим замешательством, мужчина сдёргивает с меня оделяло и откидывает его на пол, обнажая мне ноги. Берёт трусики, и, не успеваю я опомниться, как он одевает их на меня до щиколоток, а потом уже гораздо медленнее начинает вести тонкий белый хлопок выше, по икрам.

— Стойте, — хватаю его за запястье, в панике смотря за тем, как бельё скользит всё выше, уже достигая коленей. — Пожалуйста, не надо. Я сама.

Но мужчина словно не слышит и не замечает моего сопротивления. Его зрачки расширяются, делая глаза чёрными, а не голубыми.

Меня поглощает паника. Грудную клетку словно распирает изнутри, и я начинаю дышать тяжелее. Вены на висках пульсируют с такой бешеной скоростью, что, кажется, вот-вот разорвутся.

Однако, доведя бельё до края сорочки, он неожиданно останавливается и сам убирает руки.

— Страх — это хорошее чувство, Лера, — говорит холодно, вставая в полный рост. — Особенно, когда рядом с тобой мужчина гораздо сильнее тебя. Советую никогда об этом не забывать.

Подняв с пола свой пиджак, бросает его рядом со мной на кровать.

— Переоденешься и накинешь сверху. Тебе он как раз до середины бедра дойдёт, так что можешь не переживать. Ничего лишнего видно не будет.

После этих слов мужчина подходит к окну и, облокотившись о подоконник, встаёт ко мне спиной, ясно давая понять, что выходить из палаты он не намерен.

Впопыхах натягиваю на себя бельё, пытаясь по возможности прикрыться одеялом и, то и дело боязливо поглядывая в сторону незнакомца. Но, к счастью, мои опасения оказываются беспочвенны. Всё это время он смотрит в окно, кажется, вообще не шевелясь. Замерев, словно мраморная статуя.

Взяв в руки пиджак, накидываю его себе на плечи. Меня тут же окутывает запах парфюма этого мужчины. Немного терпкий, как и он сам. Возможно, мне это только кажется, ведь незнакомец продолжает стоять ко мне спиной, но я готова поклясться, что в тот же момент его плечи напрягаются.

— Я готова, — говорю неуверенно, застёгивая последнюю пуговицу.

Мужчина был прав, его пиджак на мне действительно выглядит огромным. Доходит даже не до середины бедра, а почти что до коленей. Мне приходится завернуть рукава чуть ли не до середины, чтобы они не болтались как у Пьеро.

Развернувшись, он окидывает меня тяжёлым взглядом, скользя с головы вниз до самых ног. К счастью, хотя бы обувь моя после аварии уцелела, потому что идти через всю больницу босиком было бы очень неудобно. Хватит стыда за то, что все увидят меня одетую лишь в мужской пиджак.

— Отлично, — одобрительно кивает, и, подойдя, хватает за локоть. — Пойдём.

После этих слов мужчина отпирает дверь и выводит меня в коридор, уводя из места, дарившего мне чувство защиты, наружу, в пока что неизвестный мне мир.