Продана криминальному авторитету - Лана Дэй

— Нет! Да как вы смеете?

Но Саид уже задирает край моего халатика и щупает трусики. Резко дёргает, срывая крошечный клочок ткани, разворачивает к себе лицом и делает жест руками, будто выжимает мои трусики.

— Мокрющие. Как после стирки…

Саид проводит моими трусиками по члену.

— Вон пошла! — порыкивает он. — Иначе я тебе устрою… Весёлую ночку!

Я убегаю прочь, заливаясь слезами. Меня так опозорили, просто нет слов! К тому же Милена… всё видела. Она встала как раз тогда, когда Саид резко сорвал с меня трусики.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Уснуть потом, конечно не получилось. Я всю ночь прорыдала в подушку. Такой грязной я себя ни разу не чувствовала. По мне как будто танк проехался и втоптал меня в болотную жижу. С головой. Сон сморил меня только под утро!

Саид был зол. Теперь он мне отомстит. Он ведь сказал, чтобы я вела себя как мыша. А я к нему в ночной рубашке заявилась. да ещё и подглядывать их дикое порно осмелилась! Они вели себя как животные… Ни в одном порно, которое я видела, люди так извращенно и жёстко не занимались сексом, как они!

Но едва я склонила голову на подушку, как ощущаю сильный тычок в плечо.

Это то, о чем я думала полночи. За непослушанием последует расплата.

Я разлепляю глаза. Тут же в лицо летит скомканная одежда! Зажмуриваюсь и автоматически щупаю грубоватую ткань. Что это?!

— Вставай! — грубо говорит женщина. Я рассматриваю посетительницу. Восточной внешности. Высокая и толстоватая. Грозное лицо, почти мужское, широченные брови, сросшиеся на переносице. Родинка над верхней тонкой губой, размером с горох. Одним словом, не красавица! Мужик какой-то. Разукрашенный. С косметикой, она конечно же перестаралась. На бабу ягу похожа.

— Хватит дрыхнуть! — рявкает незнакомка. — Развалилась она, барыня-белоручка, как на курорте!

— Кто вы? — недоумеваю. Что за вторжение и наглый тон?!

— Я твоя начальница. Господин Ахмедов пожелал, чтобы тебя поучили манерам. К тому же ты должна отработать свой хлеб. Вставай! — рявкает женщина. — Вся прислуга уже давно трудится, а ты жирные бока отлёживаешь.

— На свои посмотрите.

Я не хотела. Честно! Но сорвалось с языка. Меня же папа любит и балует. Я и работу чёрную никогда не делаю. Ручки у меня белые. Только постель застелить могу. Больше ничего. Хамского отношения никогда не было.

Хлопок! Ещё один! Здоровенная бабища со всей дури лупит меня по щеке. Потом по другой. Я ору и захлёбываюсь в слезах и боли.

— Ты тут никто. Запомни! Сегодня будешь сидеть на хлебе и воде. Усекла?

Кричит мне в лицо и брызжет слюной.

— У тебя две минуты. На сборы. Спустишься вниз. На кухню. Не явишься, будешь на горохе стоять! — угрожает толстуха и выходит, вихляя толстой задницей.

На горохе? Серьёзно?

Вот ведь… Как школьницу какую-то попустила.

Что у них за методы такие? Воспитания. Средневековые. Мы в каком веке живем?

В аду! Напоминаю я себе. Королевство Ахмедова — это отдельный мир. Беспощадный и могущественный. Центр преисподней.

Я в ступоре. В аффекте. Что это такое? Потом вспоминаю слова Саида: “Трахать тебя не стану, но работу найду!”

Вот какая это работа, значит? Чернорабочая на кухне? Или ещё хуже — унитазы чистить заставят?! Как в армии.

Всхлипываю. Слышу смешок. В комнату вплывает Милена, разодетая в короткий халатик сливового цвета. Она трогает пальцами длинную нить жемчуга, а на шее красуются свежие синяки.

— Подарок Саида, — ехидно говорит она, гладя перламутровые горошинки. — А тебе не стоило выходить из комнаты. Саид не любит, когда его не слушают. Тебя отдали под управление Заремы. Это не баба, а просто кошмар. Желаю успехов… — хихикает Милена и выходит.

Я натягиваю униформу. Как в тюряге строгого режима! Даже хуже…

Торопливо сбегаю вниз. Сразу же получаю тычок в бок здоровенным кулаком от Заремы.

— Зови меня Зарема-ханым. Я — твоя госпожа здесь, — трубит громко, на всю кухню. Потом толкает меня в угол и показывает на гору овощей. — Чисть живенько! Помощница заболела. Теперь ты будешь делать работу за неё.

— Какую?

— Какую скажу. Рот на замок! И за работу…